Развод. Моё нежданное бабье лето

Глава 7

Домик Алексея был один в один копией того, в котором я провела одна последние несколько суток, и от которого сейчас остались только руины.

– Посиди пока здесь, я сейчас вернусь. – бросил мне через плечо Алексей и вышел из машины.

Кутаясь в мужскую куртку, смотрела, как он подошёл к дому, открыл ключом дверь и скрылся за ней.

Не было Алексея минут семь. За это время я снова успела словить небольшую панику, задаваясь вопросами: что я буду делать без документов, без телефона, которые остались где-то в развалинах дома, без одежды в конце концов? Как сообщить сестре и Петру о том, что случилось? Чтобы приехали и забрали меня поскорее. Как я домой в Тверь буду без паспорта добираться? Пётр или Наталья меня отвезут?

Наконец из домика вышел Алексей и решительно направился к машине. Открыл дверцу с моей стороны и протянул руки.

– Давай ко мне. Отнесу тебя.

– Может, я сама? – нерешительно подвинулась к краю сиденья.

– Босиком поранеными ногами? – хмыкнул Алексей и, решительно подсунув руки мне под колени и спину, без усилий вытащил из машины. – Терпи уже Вера, не капризничай. Как говоришь, фамилия твоего Петра?

– Не моего. – пискнула я, вцепившись в плечи Алексея. – Сестры моей Натальи. Попов. Пётр Сергеевич.

– Ясно. – коротко и непонятно кивнул Алексей.

Холодный мелкий дождик неприятно коснулся босых стоп, и я невольно поджала пальчики на ногах.

– Аварийный генератор я запустил. Свет в доме есть, вода нагреется минут через сорок, сможешь принять горячий душ. Или баню затопить? Попаришься?

Я замотала головой. Какая баня? В доме наедине с чужим, незнакомым мужчиной?

– Ладно, тогда баню до вечера отложим. Сейчас другие задачи. – скупо кивнул Алексей.

И снова я не поняла о чём он, но почувствовала себя неуютно. Лишней. Помехой, нарушившей чужие планы. Напряглась, съёжилась и втянула голову в плечи, пытаясь стать меньше.

– Я помню номер сестры наизусть. Я могу позвонить им с Петром. У вас же есть телефон. – тихо попросила я.

– Телефон есть, связи нет.

Алексей занёс меня в дом и бережно сгрузил на диван в гостиной. Помог снять ставшую влажной от дождя куртку. И сходив в соседнюю комнату, принёс тёплый, пушистый плед.

– Укутайся пока. Я сейчас камин зажгу, будет теплее.

В нашем домике у причала тоже был камин, но без Петра и Натальи я не решилась его разжигать, хотя в декоративной дровнице ровненькими рядками лежали сухие поленья. Я до мозга костей была городской жительницей и никогда не топила печки. Встречалась с названиями "заслонки", "поддувало" и на этом мои знания о печах и каминах заканчивались.

А вот Алексей очень уверенно задвигал какие-то заслонки, задвижки, сложил поленья в камине, плеснул на них жидкостью для разжигания огня и бросил туда горящую спичку.

Затрещали, запрыгали огненные язычки, облизывая поленья и вгрызаясь в них. Запахло дымком.

– Давай поближе к огню? – Алексей закрыл прозрачную дверцу и обернулся ко мне.

Не дожидаясь ответа, пододвинул к камину достаточно тяжёлое, массивное кресло.

Да меня за всю жизнь столько на руках не носили, как за сегодняшний день. Я только охнула и снова очутилась прижатой к мужской груди.

– Я тяжёлая. – сдавленно пробормотала, сжимаясь в комочек.

– Ты-то, Вер? – хмыкнул со смешком Алексей, усаживая меня в кресло. – У тебя бараний вес.

Мне было странно, неправильно. Приятно и одновременно неловко. Так, что краска смущения разливалась по лицу и шее. Ко мне никогда не прикасался чужой мужчина. Никто, кроме мужа. Ну врач только, когда я рожала Любашу, но он же врач. На тот момент мне было так страшно и больно, что я его и за мужчину не посчитала, только за человека, который мне помогал. А Алексей...

С момента, как он занёс меня в дом и мы оказались одни, я словно какую-то запретную грань переступила. Уж больно щепетильная ситуация получалась, и она вызывала смятение в душе.

– Сиди спокойно. – невозмутимо скомандовал Алексей. Вот его точно ничего не смущало. – Я сейчас вернусь.

Впадая в состояние вязкого транса, смотрела на огонь в камине, на пляшущие языки пламени и уходящий вверх в трубу сизый дымок и краем уха прислушивалась к звукам в доме. Хлопала входная дверь, шумел на кухне закипающий чайник, чем-то гремел в подсобном помещении Алексей, а я, согревшаяся и размеренная у огня, тихонько проваливалась в дрёму.

– Сейчас будем лечить твои ноги. – раздался над головой мужской голос.

Я открыла слипающиеся глаза и потёрла ладонями лицо. Алексей поставил у моих ног коробку с аптечкой, бросил на подлокотник кресла большое махровое полотенце и снова вышел из комнаты. И через минуту вернулся с пластиковым тазиком, над которым вился лёгкий парок. Поставил его мне под ноги и опустился рядом на колени.

– Сначала промоем раны. – непререкаемым тоном ответил на мой молчаливый вопрос и начал ловко закатывать штанины спортивных брюк на моих ногах.

– Что вы... – растерянно кинулась я отбирать у него свои штанины. – Я сама...

– Сама, сама. – согласился, однако руки мои отвёл. Легко, почти невесомо провёл твёрдыми, шершавыми ладонями по икрам, приподнял мои ноги и аккуратно опустил их в таз с тёплой водой.

– Не горячо?

Я только втянула сквозь зубы воздух, потому что защипало и заломило израненные ступни.

– Терпи боец – генералом будешь. – приподняв одну мою ногу, начал мягкой салфеткой промывать все мои ранки и царапины. – Ничего страшного, глубоких порезов нет. Быстро заживёт.

– Я сама. – снова потянулась я, пытаясь отобрать у него салфетку.

Это было непривычно и странно. Мужчина моет мне ноги. Чужой мужчина!

И при этом Алексей совсем не выглядел подкаблучником, как непременно охарактеризовал бы ситуацию мой муж. Николай никогда не был особо заботливым, а уж такое и вовсе не допустил бы.

– Самой тебе будет неудобно. – безапелляционно и невозмутимо выдал Алексей и легонько нажал ладонью на моё плечо, заставляя откинуться на спинку кресла. – Поверь, я знаю, что делаю, Вера. Я разбираюсь в ранах и в оказании первой помощи.