Развод. Мой бывший миллиардер

Глава 7

Мой обед проходит в одиночестве. На душе паршиво. Муж меня предал. Я лишилась новой подруги. На работе аврал. Встреча с Матвеем сулит мне неизвестно что. Я чувствую, что нервы на пределе.

Когда возвращаюсь в офис, мне звонит Кирилл.

– Меня сегодня не будет дома, можешь приехать за остальными вещами. Домработница тебе откроет.

Я даже удивляюсь, что за акт добродушия. После того как Кирилл буквально вышвырнул меня из дома, я думала, он скажет Лиде выбросить те вещи, что я не унесла сразу. Но наверное, он решил не нагружать лишней работой ни себя, ни свою любовницу. Интересно, в какой момент она забьёт на уборку, потому что почувствует, что имеет над Кириллом власть?

В суматохе рабочий день быстро подходит к концу. Настя мне больше не пишет. Матвея я не встречаю. Вечером еду в квартиру Кирилла, решительно настроившись покончить с этим делом как можно скорее.

Дверь мне открывает Лида. Домработница выглядит по-хозяйски расслабленно. Вместо формы на ней мой белый шёлковый халат.

– Смотрю, чувствуешь себя, как дома, – говорю ей и прохожу в квартиру.

– Я тут практически живу, – победоносно произносит она, следуя за мной на кухню.

Я достаю из нижнего ящика две большие сумки и иду в спальню.

– Сильно на это не рассчитывай, ему же нужно будет куда-то водить остальных любовниц.

– У него нет других любовниц, – отвечает она, по-детски топнув ножкой.

– Ну да, – я отворачиваюсь от неё и начинаю перекладывать остатки своей одежды из шкафа в сумку.

Лида всё это время наблюдает за мной, сидя на кровати, закинув ногу на ногу.

Я управляюсь со всем за полчаса. Взяв в каждую руку по сумке, обуваюсь на пороге и бросаю на Лиду последний взгляд.

– Халат можешь себе оставить.

Она недовольно выпячивает губы и поправляет шёлковую ткань на груди.

Что Лида пытается доказать этим поступком? Нацепила мою вещь, чтобы продемонстрировать, что она захватила тут власть? Выглядит смешно. И меня уж точно никак не задевает.

– Я и квартиру оставлю себе, – дерзко отвечает она. – Кирилл вложился в новый бизнес. Денег будет с лихвой. Он хочет купить себе пентхаус, а эту квартирку мне подарит. За труды. Он говорит: я лучшая любовница в его жизни, – она хитро улыбается.

– Ну, удачи вам. – Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но следующие слова Лиды заставляют меня остановиться.

– Я знаю ещё кое-что, – властно произносит она. – Слышала его телефонный разговор с братом. Когда Кирилл вернётся в город, хочет сообщить тебе какие-то важные новости. Что-то насчёт его доли в вашей старой квартире.

От последней фразы меня, как током прошибает. Я смотрю на Лиду нахмурившись.

– Что именно?

– Я не знаю.

Она закрывает дверь. У меня в голове начинают крутиться неприятные мысли. Это мамина квартира. Я совсем об этом забыла за прочей суетой.

Я выхожу из подъезда и складываю сумки в багажник. Достаю телефон и набираю номер Кирилла. На том конце провода говорят, что абонент недоступен. Я звоню ещё раз, и опять то же самое.

У нас в Рязани есть общая двухкомнатная квартира, которая уже много лет разделена по долям. Одна доля принадлежит моей маме, вторая раньше принадлежала её сестре. Тёти Тамары не стало шесть лет назад, и её сын, Андрей предложил нам купить у него долю, чтобы вся квартира была нашей. У нас с мамой не было таких денег, а вот у Кирилла были. Тогда мы с ним уже встречались, но ещё не были женаты. И он сам сказал, что не против выкупить долю Андрея, чтобы к маме не подселили чужих людей.

Тогда я была безумно благодарна Кириллу за такой поступок. Всё было отлично. Мы с ним жили в его квартире, мама в своей. Она работает школьной учительницей начальных классов, и накопить деньги, чтобы выкупить долю, за эти годы возможности так и не появилось. Да мы и не думали, что это необходимо. Мама считала, что так и так потом квартира достанется нам.

Когда мы с Кириллом переезжали в Москву, свою квартиру он продал. Но долю в маминой не трогал. Я и подумать не могла, что наши отношения распадутся. А теперь у Кирилла какие-то новости насчёт этой квартиры. Он, наверное, предложит выкупить долю. Но у нас с мамой всё ещё нет таких больших денег. Нужно будет что-то придумать. Потому что, если мы её не купим, он же может продать её чужим людям.

Эта новость тревожит меня. Я снова набираю номер Кирилла, но он недоступен. Не знаю, чего мне ждать. И как сказать об этом маме? Она будет нервничать, опять давление подскачет. А я ей даже про развод ещё не сообщила…

Я решаю не беспокоить маму, пока не поговорю с Кириллом и не узнаю, что у него за новости. Успокаиваю саму себя, что всё решится нормально. Наверняка есть много вариантов, как поступить в этой ситуации. Я обязательно что-то придумаю. Но с чужаками мама жить точно не будет. Этого не допущу.

Вечером я раскладываю оставшиеся вещи по ящикам. Стараюсь не думать о новой проблеме, которую подбросил бывший муж. И тогда мои мысли уходят в другое русло. Ещё один вопрос тревожит меня.

Я вспоминаю встречу с Матвеем. Почему он не посмотрел в мою сторону, когда уходил из нашего отдела? Может, поговорив с Марией Викторовной, он решил, что от меня тоже необходимо избавиться? Хотя это маловероятно, я только устроилась и ещё не успела как-то отличиться на работе ни в плохом, ни в хорошем смысле. Может, он просто решил не привлекать ко мне лишнее внимание сотрудниц? Так ведь могло быть, если бы он снова стал смотреть на меня…

На следующий день, утром я жду лифт на первом этаже своего офиса. Ещё рано и в вестибюле пока тихо, даже слышно, как охранник перелистывает журнал посещений. За моей спиной входные двери распахиваются, и я слышу мужской голос и заливистый женский смех.

Оборачиваюсь и вижу Матвея. Высокий, крепкий силуэт. Чёрный костюм идеально сидит по фигуре. Будто смотрю на брутального красавчика в каком-нибудь рекламном ролике, когда он уверенной походкой движется прямо на камеру. Никольский выглядит хозяином положения. Рядом с ним идёт стройная брюнетка в коротком чёрном платье и на каблуках. На вид ей лет двадцать, красивая. Её длинные волосы собраны в высокий хвост.