Развод. Моя сестра между нами

Пролог

Любовь.

Плохие новости обычно валятся как снег на голову. Накатывают лавиной, цунами, чем-то неизбежным.

И когда ты думаешь, что хуже быть не может - домой, после нескольких часов ожидания, приходит муж и признается в измене с сестрой.

Но обо всем по-порядку.

Утро не задалось хотя бы потому, что сломалась кофемашина. Фирменная, подаренная нам с Глебом еще на свадьбу. С нее начиналась каждое наше утро, и казалось, что надежнее рожкового аппарата нет ничего на свете, но как только я повернула выключатель в позицию чашки, чтобы добыть любимый напиток, машинка хрюкнула, а потом начала плеваться. Кипятком.

- Вот черт, - зашипела я, успев вернуть переключатель в исходное положение и отскочив на два шага назад.

На черную пластиковую коробку уставилась словно теперь это враг номер один.

В этот же момент сильные и теплые руки легли на плечи.

- Что такое? - Глеб прошелся пальцами от плеча до запястья и внимательно посмотрел на кожу, где уже алел след от кипятка. - Обожглась? Сейчас принесу мазь.

Я кивнула и обернулась, чтобы обнять его, но муж уже скрылся в ванной, где мы держали аптечку.

Мне повезло - честное слово! Видимо в прошлой жизни я была сестрой милосердия или спасла кого-то очень важного, раз в этой жизни меня наградили Ярославским.

Глеб был таким мужем, о котором пишут… романы. Те, которые я, конечно, не читаю, но просто представьте - метр девяносто абсолютной и неприкрытой мужественности, облаченной в дорогой костюм, готовый в любой момент прийти на помощь. Серые глаза, небольшой шрам над переносицей, черные кудри и хватка акулы бизнеса.

Уверена, что большинство мужчин не в курсе где дома находится мазь от ожогов. А он знает и вот уже спустя минуту помогает убрать катастрофу на кухне, усадив меня на диван, чтобы я обработала ожог.

А потом поцеловав уходит на работу.

Я же на свою попадаю не без проблем. Машина не завелась без видимых причин (тогда я точно поняла, что день пойдет по звезде), такси задрали цены, словно это не утро вторника, а новогодняя ночь, да еще и время поездки увеличилось втрое из-за большой аварии в центре и гигантских пробок.

Класс.

- Любовь Викторовна, - с порога офиса на меня взъерошенную накинулась Аллочка из канцелярии, - мне очень жаль, но… - и застыла, когда я остановилась и подняла на нее взгляд. - У вас все хорошо?

Я улыбнулась и Алла сникла еще больше. Видимо вид у меня был еще тот.

- Говори уже.

- В отделе закупок напортачили и направили договор с “Оливером” по адресу “Арматы” и наоборот.

- Что?

Черт. Вот черт!

- Мне позвонила Светлана из продажников “Оливера”, уверяла, что дальше преамбулы договора она не продвинулась, но ни от них ни от “Арматы” я такой щедрости не ожидаю. К тому же они теперь будут в курсе цен конкурентов. Шум поднимется.

Еще какой.

Это не первая ошибка, допущенная канцелярией в подобном ключе, но эти два договора между конкурентами на поставку тканей были слишком деликатной темой и мы старались очень грамотно поддерживать нейтралитет.

А значит мне предстояло не только провести несколько неприятных телефонных разговоров, но и снова поднять тему введения электронного документооборота в компании, в том числе и подписания контрактов.

Ведь именно так работают люди в двадцать первом веке!

Спустя девять часов измотанная и кажется не способная даже шевелить языком я добираюсь до дома, набираю Глеба, но он не берет. Записываю голосовое, обещая ему ванну с пенкой и кое-что погорячее если он только сможет снабдить меня коробкой любимых шоколадных конфет и холодного шампанского.

Но спустя час после того как я пришла домой его все еще нет. Спустя два он все еще был недоступен.

И только к часу ночи, когда я перечитала все новости в городских группах про аварии и всевозможные ЧП, ключ в двери повернулся.

Муж аккуратно, не включая свет, разулся и снял куртку. Так же аккуратно прошел на кухню и щелкнул выключателем.

- Привет, - я вышла из спальни и обняла его со спины.

Он не вздрогнул и не был удивлен. Привычный жест, отточенный годами брака. Как и то, что я прямо сейчас прижалась щекой к его широкой спине.

Он дома. Все хорошо. Этот ужасный день окончен.

- Люба, нам нужно поговорить.

Или нет?

Все еще холодные с улицы руки расцепили мои ладони. Глеб усадил меня на диван, прямо как утром. Тогда я и заметила насколько он был уставшим. Вымотанным.

Он выглядел так, словно его сейчас стошнит.

- С тобой все хорошо? Ты выглядишь так, словно отравился. Ты был в больнице?

- Да, я был в больнице, - он кивнул. - С Ларисой.

От имени сестры я непроизвольно напряглась.

- Ей снова нехорошо?

Вопрос слишком простой, но ответ как будто напрашивался сам собой.