Развод. Моя вера

Глава 9

Леон

Хотелось верить, что я родился в рубашке. Но если бы не эта медсестричка, то не понятно, чем бы все закончилось. И как же она меня затащила в свое логово? Как бедняжка не надорвалась? Но как не крути, она вытащила меня почти с того света.

Я вышел на балкон и сделав глоток свежего утреннего воздуха подумал о том, все вокруг меня выглядело убого. Старая мебель, старые обои, вид из незастекленного балкона тоже не был романтическим: обычный двор с ржавыми качелями и деревянными скамейками у подъезда, на которых обычно засиживались старушки и щелкали семечки. И как я забрался в такую глушь? Я даже представить не мог, что в Москве есть такие районы, отделенные от гламурной, светской столичной жизни. Я максимум видел такое в мелодрамах, которыми засматривалась Милка, а после бурного секса пересказывала мне.

Спал на дешевом скрипучем диване, пружина которого впивалась мне в спину. Ел куриный бульон, при этом недавно говорил, что меня тошнило от фуагра. Где моя моя кровать с гидромассажем и подставкой для игристого? Где мой бар коллекционными напитками, где цена одной бутылки, как две таких квартиры? Единственное преимущество всего этого, что я остался жив. И кто же такой смелый, который решился свести со мной счеты? Живьем бы его закопать.

Мою машину скорей всего нашли, лужу крови возле ее подъезда обнаружить тоже не составит никакого труда. Нужно будет сказать, если к ней придут из ментовки, чтобы она молчала, как рыба.

Нужно во всем разобраться. Кто меня мог заказать? Пока я это не выясню, побуду здесь. В этой несчастной халупе с дешевыми занавесками и отломанной ручкой на двери. Интересно, у нее хоть отвёртка есть? Ладно и нож сойдет. Делов прикрутить пару шурупов.

Я побродил немного по кухне, где царила идеальная чистота. Почти, как в операционной. А у моей Милки комната постоянно завалена каким-то хламом. Точнее книгами, причем такими толстыми, что хрен поднимешь.

Почему свет в туалете не горит? Может, отключили за неуплату. Так, нужно вспомнить все прелести жизни в обычной квартире. Милка рассказывала, когда она жила в своей деревне у них отключали свет, а еще у них вместо водопроводного крана был колодец, откуда она и таскала воду. Хотя не похоже, может перегорела? Кажется на кухне я видел запасную. Она одиноко лежала на полке и ждала своей очереди.

Итак, когда я вкрутил лампочку и вернулся на кухню, то увидел толстого кота, который растянулся вдоль батареи. Нет, он был не просто толстым. Он был жирным и его пузо свисало до самых лап. Я пнул его в бок тапком, которые выдала мне медсестричка. Он приподнял свою рыжую башку и не открывая глаз уставился в одну точку, потом снова развалился и захрюкал, как свинья. Вот это рыжее чудище. Наверное, он охраняет дом, когда она уходила на работу. Теперь я понимал откуда на моем диване столько шерсти. Похоже этот рыжий кот гадил везде. И в душу и в тапки.

Телевизор у нее тоже был старенький. Хорошо, что цветной. Милка рассказывала, что у ее родителей был черно-белый. Что-то я часто о ней стал вспоминать, наверное заскучал. Мне было интересно, как она. Заказала пышные похороны или все же надеется, верит и ждет. Нужно ей позвонить, услышать ее взволнованный голос и все встанет на свои места.

А еще из соседней комнаты несло лекарствами. Ах, да она же медсестра, но любопытство сыграло роль и я заглянул в эту комнату. Похоже это была детская. Небольшая кровать в форме машины. А еще было куча игрушек. Всяких там роботов, солдатиков. В детстве, я тоже играл в них. На письменном столе раскраски, фломастеры и тоже все аккуратно сложено. Значит, у нее есть сын и мои предположения подтвердили фотки светловолосого мальчика, который похоже интересовался шахматами, потому что я также увидел на его столе доску с фигурами. Я подошел ближе и взял со стола фигурку слона и сжал ее в своей ладони. Что-то похоже на ностальгию нахлынуло на меня. В детстве я любил играть со своим отцом в шахматы. Но это было очень давно, может тридцать, а может тридцать пять лет назад.

Медсестричка пришла с работы и залетела на кухню. Начала суетиться. Выкладывать из сумки помидоры, лук и еще какую-то магазинную ерунду. Суетилась и отчитывала меня, как школьника. Я решил, что такой женщине лучше не попадаться под горячую руку и вернулся в зал. Сел возле телевизора в чистых семейных трусах, которые она мне выдала. Похоже я превращаюсь в обычного мужика, жена которого пришла с работы, готовит обед, наглаживает рубашки. Черт побери! Но мне это нравилось! До ужаса нравилось. Только вот ремонт в квартире не нравился. Хотя после моего дворца мне все казалось нищебродским.

Когда я спросил у нее о сыне, она переменилась в лице. Скорей всего это для нее больная тема. Скорей всего история банальна до мозга костей. Она мать одиночка, возможно разведенка. Кольца на пальце не было, хотя это еще ничего не значило, потому что я обручалку всегда снимал, когда наносил визит очередной пассии. Однажды забыл его в бардачке машины, Милке сказал, что потерял, она три дня плакала, при этом тихо приговаривая, что это плохая примета. Короче я не стал носить его совсем, чтобы лишний раз не видеть ее слезы.

Говорить о своем сыне и муже медсестричка напрочь отказывалась. Увиливала, меняла тему. Я же сказал, что не женат. Что я обычный водила, который возит олигарха, в которого стреляли, а попали в меня. Но она умная баба, прицепилась к моим туфлям из последней коллекции Армани, пришлось соврать очередной раз соврать, что мне выдавали форму, чтобы соответствовать статусу своего босса.

- Такое странное имя Леон? - задала вопрос она, продолжая нарезать помидоры.