Развод. Мы (не) нужны тебе.

Глава 10

Мы остались с Германом один на один в тесном замкнутом пространстве кабины лифта.

В панике отступаю в самый дальний угол, прижавшись к зеркалу.

– Что ты делаешь? - бывший муж нажимает на кнопку экстренного торможения.

Лифт останавливается, включается аварийное освещение.

– Я просто хочу поговорить, - делает шаг вперед.

– Стой! Или я буду кричать! - взгляд мечется в панике.

– Сомневаюсь что в это время кто-то еще работает, - Герман наиграно качает головой и делает грустный вид.

Еще шаг ко мне.

– Здесь камера! - практически срываюсь на крик.

– И пусть, - еще шаг.

– Ты не смеешь, у тебя нет права, - смотрю в его глаза с вызовом.

Пытаюсь оттолкнуть Германа, но он хватает меня за запястье и прижимает к себе.

В эту секунду я успела вспомнить все, что было и представить что будет дальше. От нарушения моей неприкосновенности до убийства. Неужели он так сильно нас ненавидит, неужели, он так сильно ненавидит меня?

Вопреки ожиданию, бывший крепко обнимает меня так, что я носом утыкаюсь в его широкую грудь.

Смес аромата едва уловимого мускуса, бразильского палисандра, кедра и рома ударяет мне в нос. До боли знакомая полусладкая композиция. Всегда поддавалась этому пьянящему запаху специй и экзотических цветов.

Помню, как теряла голову и часами вдыхала этот манящий аромат, не в силах противостоять. Меня тянуло словно магнитом. С каким наслаждением я лежала ночами на груди Германа, гладила его, а он нежно проводил пальцем по моей спине, вызывая мурашки.

Герман утыкается носом в мои волосы, словно пытается напитаться моим запахом.

Словно в старом кино, картины нашего прошлого покадрово переносятся перед глазами. Мы счастливые, беспечные, принадлежим только друг другу.

Спустя какое то время результатом нашей любви стало появление Артемки, а уже через год и Ванечки.

Помню, как на меня ругалась гинеколог, что мы не выждали и организм еще не успел восстановится. Но мы так хотели большую семью.

– Я скучал, малыш, - шепчет Герман над самым ухом.

Двое мальчишек… Да любой отец мечтает о таком больше всего на свете! Двое наследников, продолжателей рода, мамины защитники, папина гордость. И Герман так легко от всего этого отказался. Променял семейный уют, тепло любящей жены, объятия двух малышей на любовницу и дочку.

Если он так хотел девчонку, я родила бы ему, не задумываясь! Моей любви обязательно хватило бы и еще на нескольких детей, лишь бы любимый и любящий супруг был рядом.

Герман же променял все это.

У меня нет ненависти или злости к его дочери, она не виновата, что её отец оказался женатым подлецом без стыда и совести.

– Отпусти меня, - шиплю я сквозь зубы.

Герман прижимает меня еще сильнее, целует в макушку. Отстраняется и берет моё лицо в ладони, пристально смотрит в глаза.

Моё сердце бешено стучит. Пульсирующая кровь отдает в виски. Дыхание перехватывает. Его аромат, его взгляд сводят меня с ума. Я снова делаю над собой усилие, напоминая себе причину, по которой мы больше не вместе.

– Или снова ударишь? - с вызовом смотрю в его лицо.

Но в глазах Германа нет злости. Он смотрит на меня бездной темно-карих глаз, в которых отражается вся боль этого мира.

– Больше никогда, - он мягко опускает одну руку мне на плечо, второй беря меня за подбородок. - Этого никогда больше не повторится.

– Не верю ни единому твоему слову, - пытаюсь отвернуться, но бывший муж крепко держит меня за подбородок.

Он бросил нас. Откупился. Ударил меня. Привел в дом дочь любовницы. Наверняка и женщину, разрушившую нашу семью, тоже. Оля, какого черта ты все еще не пошлешь этого человека в пешее эротическое?!

Ловлю себя на мысли, что за этот год мне так не хватало сильного мужского плеча рядом. Сильной мужской груди, ложась вечером на которую, все проблемы отступали на второй план.

Но я не настолько оголодала по мужскому вниманию, что бы кинуться в объятия бывшего мужа. Нет, Оля, этому не бывать! Возьми себя в руки!

– Я тебе не верю! И никогда не прощу, - тихо произношу, а у самой слезы на глазах.

Ну почему я не могу их сдержать?! Злюсь на себя за то, что проявила слабость. Он будет думать, что ему все дозволено. Но я уже не так невинная овечка, которую он брал в жёны. Я сильная женщина, которая сумела за год наладить свою жизнь. И папу своим мальчишкам я обязательно найду, когда они подрастут и у меня появится время.

Сейчас мысли о мужчинах редко прорываются в моих снах, потому что в другое время просто некогда. Меня хватает лишь на то, чтобы после укладывания ребят, самой доползти до подушки и отрубиться.

– Я заставлю тебя передумать, - страстно шепотом произносит Герман и тянет мой подбородок к себе.