Развод. Мы (не) нужны тебе.

Глава 16

Герман злобно улыбается и начинает подходить ко мне снова.

– Не подходи ко мне! - я делаю несколько шагов назад, упираясь в стену, а Герман продолжает наступать. - Я не твоя личная игрушка, чтобы мной так помыкать!

Я продолжаю говорить, пытаясь защититься, но Герман словно не слушает. Он как заворожённый все ближе и ближе подходит ко мне, пока не оказывается вплотную, так что мне не пошевелиться. И снова перед глазами всплывает сцена в лифте, но на сей раз мои ноги не подкашиваются от его запаха, никакого влечения нахлынувших воспоминаний.

Я не испытываю страха лишь злость. Ненависть к человеку, который посмел посягнуть на самое святое - на наших детей. Пытаюсь понять, для чего ему все это.

– Герман, зачем тебе это? Зачем я нужна тебе?

Он пристально смотрит в мои глаза. Дышит мне прямо в лицо.

– Ты знаешь, что я делаю, – говорит он, тихо и угрожающе. – Ты знаешь, что я могу для этого сделать.

Я отворачиваю голову, чувствуя, как меня охватывает ужас. Но не от Германа, не от его присутствия. А от осознания того, что он говорит правду. Он может сделать все, что захочет. Он может уничтожить все, что я люблю. Он может уничтожить меня. И я не могу этого остановить.

– Нет, – борюсь я с этим ощущением. – Нет, я не знаю. Я не знаю, что ты делаешь, и я не знаю, зачем тебе это. Ты похитил и разлучил нас!

Герман проводит рукой по моим волосам. Я чувствую его прикосновения. Внутри зарождается чувство. Но это не страсть, это не желание. Это что-то еще. Это что-то, что я не могу описать словами. Что-то похожее на отвращение.

– Мне нужна ты, мне нужна семья. Меня словно окатывают из ведра ледяной воды.

– Ты что, шутишь? Какая семья? Какая я? Ты же сам отказался от нас.

Заглядываю в его пустой тёмный взгляд, пытаясь нащупать хоть каплю понимания и доброты, но вместо этого натыкаюсь лишь на стену непонимания.

– Ольга, ты останешься здесь, - безапеляционно заявляет Герман.

Теперь ведро воды сменилось на тяжелую кувалду. Кувалду, которой Герман меня огрел.

– Мы с тобой обязательно поговорим, но завтра. Сейчас мне нужно возвращаться к ребятам. А ты останешься здесь.

Я бросаю на него взгляд, полный непонимания и шока. В смысле здесь?

– Поживёшь, расслабишься, придёшь в себя. Поверь мне, ты ни в чем не будешь нуждаться. Ты будешь всем обеспечена, - нежно целует меня в макушку. По всему телу проходит электрический разряд тока. Словно я коснулась оголенного провода. И это ощущение мне не приятно.

– Герман так нельзя. Я не птица в золотой клетке. Я живой человек. Да и все вещи у меня на съёмной квартире, - понимаю, что привожу слишком слабый аргумент в свою защиту. Но другие доводы на нём не работают.

– За это не переживай. Их уже привезут завтра. И про квартиру можешь забыть, больше ты там не живешь.

Я стою и не знаю, что сказать.

– Как тебе удалось все это организовать? - шепчу, едва шевеля губами.

Сил на борьбу с бывшим мужем у меня больше не осталось.

– Деньги нынче решают все.

Может быть, это и так. Вот только я не все. Я не позволю так со мной обращаться. Я не какая-то его очередная игрушка!

– Кстати, у меня для тебя подарок, - ехидно замечает мужчина, все также не сводя с меня взгляда.

Боже, он больной, он явно не здоров. Кто в своём уме станет так поступать? Неужели Герман совсем ничего не боится? Это аморально и незаконно!

Пока я вижу единственный выход в том, чтобы придать произошедшее огласке. Я слышала много историй, где именно репортёры решали судьбу тех, кому не помог ни закон, ни власть, ни деньги, ни угрозы.

Герман удаляется в соседнюю комнату. А я, не теряя ни минуты, сразу же бросаюсь к входной двери. Несколько раз дёргаю за ручку, но безуспешно. Заперта на ключ. Отчаянье окончательно захватывает меня и я близка к истерике. Почему я до последнего надеюсь на чудо, на возвращение любящего и заботливого мужа и отца, которым Герман когда то был? Почему я все еще люблю его? Того, кто будил меня по утрам, помогал с детьми и защищал. Где же тот самый и кто этот Герман, которого я совершенно не знаю?

Герман возвращается и некоторое время наблюдает за моими тщетными попытками выбраться, практически насмехаясь, произносит:

– Не пытайся, тебе не хватит сил.

– Я все равно отсюда выберусь! - бросаю ему в лицо.

Хотя от меня веет только страхом и отчаянием, как бы я не пыталась держаться, я все еще крепко стою на ногах и буду бороться до последнего!

– Каким образом? - коротко спрашивает, но в голосе явно звучит насмешка. - Через окно?

– Да хоть через него!

– Ну, дорогая, это тебе тоже не удастся. Все заперто. И даже если, предположим, тебе каким-либо образом удастся телепортнуться на улицу, я тебя разочарую. Сергей, один из тех охранников, что тебя сюда привёл, будет дежурить снаружи.

Я поворачиваюсь к выходу спиной. И прислоняюсь, ища опору. Чувствую себя словно загнанный зверь.