Развод на миллион. Вакансия: помощница

Глава 3

Это просто что-то невозможное.

Столько потрясений в моей жизни - и всего за одни неполные сутки.

Мужчина, который стоял во дворе и играл мускулами, обсыпанными капельками воды, словно драгоценностями… От него просто глаз нельзя было отвести!

Никита - красивый. И тело у него хорошее.

Но я всегда выбирала людей по принципу наличия мозгов, а не мышц! Чтобы интеллект и воспитание были, а не вот это вот все!

Считала всю жизнь, что лучше - умный вурдалак, чем глупая, зато красивая горилла…

А теперь подбирала слюну. Потому что смотреть на такое тело и не облизываться - подвиг, уму непостижимый. Вот и я этот подвиг не смогла совершить!

- Идиот. Дебил! Зачем ты это сделал?! - Хлопковый сарафан, подаренный тетей Машей, насквозь промок. С него ручьями стекала студеная колодезная водица.

Зато наваждение сгинуло: передо мной стоял все тот же противный, невыносимый, отъявленно наглый Степан. И любоваться на него уже совсем не тянуло.

Вот плюнуть ему в лицо - было бы в самый раз!

- Извини. Реакция организма такая… - На довольной роже не было ни грамма раскаяния. Или даже сочувствия.

Наоборот: ему все очень даже нравилось! Иначе, зачем бы с таким упоением меня рассматривать? И любоваться тем, как превращается в тряпку прекрасная, вручную расшитая вещица?!

- Какая реакция? Доводить до икоты и спазма постороннего человека?!

- А зачем ты ко мне подкрадывалась? Кто-то царапнул за бок - я начал отбиваться. Как умел…

- Ты - дикарь, Степа! Настоящий деревенский…. Балбес! Понял?!

Так и хотелось чем-то ему врезать! Больно! Чтобы запомнил мою тяжелую руку, раз и навсегда!

Полотенце - тоже хорошее оружие. Замахнулась от души. Вспомнила, как когда-то гоняла дурного козла… И чем от него Степан отличается?

- Я думал, тебе хватило…

Утробный смешок из груди. Почему-то я к ней прижата оказалась. В глазах потемнело от неожиданности: вот только что мокрая тряпка летела на голову Степану, вот он поднял руку, чтобы прикрыться… И зачем-то потянул меня на себя!

Горячая кожа под моей щекой парила. Сердце колотилось: мое или мужское - непонятно… От грохота уши закладывало.

Зато почему-то опять стало жарко.

- Выпусти меня!

- Угу.

С таким же успехом я могла бы толкать и стучать кулаками по бетонной стене. С одной лишь разницей: стена чуть потверже, и колотить по ней не так приятно…

- Я тебе нравлюсь, что ли? - Больше мне уже ничего не могло прийти в голову. Никаких вразумительных причин такого поведения найти не выходило.

- Нет.

Он отрицательно помотал головой. И прижал меня еще сильнее.

- Тогда зачем так сильно меня держишь? Я не могу дышать! Выпусти! - Кстати говоря, не соврала: дышать становилось все труднее.

И жара, и близость мужского раскаленного тела просто сводили с ума. Мысли путались, превращаясь в какую-то безумную карусель…

- Жду, когда успокоишься. И перестанешь размахивать руками… - И, в полный противовес его словам, жесткие мужские пальцы зачем-то прошлись по моей спине - пробежались по ребрам, талии, немного на ней задержались…

У меня от этих движений все сжалось в животе. Мышцы подтянулись от напряжения.

- Я уже спокойна. Все. Можешь отпускать.

Почти не врала. Но могла бы поклясться: бить его уже совсем не собиралась. Хотелось отпрыгнуть подальше и бежать. Бежать от него, как можно быстрее!

Мне совсем не нравилось, какое действие на меня оказывал этот странный, резкий, очень притягательный человек!

- Не могу. - Большая ладонь весомо легла на мою ягодицу.

- Да что ты себе позволяешь? Прекрати меня лапать, Степан!

Завозилась в его объятиях, пытаясь выпутаться. Но сделала только хуже: он меня еще крепче сжал.

- Я проверяю, достаточно ли ты остыла…

- Послушай. Пожалуйста, послушай меня.

Я слышала, что вести переговоры с террористами - дело бестолковое и глупое.

Но мне уже ничего другого не оставалось! И, с трудом подбирая слова, я честно попыталась!

- Я - весь внимание. - Вторая ладонь оказалась рядом со второй. И сжала меня с такой же немалой силой. - Ты вся дрожишь. Замерзла?

Невинный вопрос. И задан с таким участием, что можно было бы даже поверить: Степан обо мне переживает.

Но что-то мне подсказывало, что это - чистой воды издевательство!

- Зачем ты меня сюда привез? Чего добиваешься? Неужели, реально хочешь уложить в постель? Это слишком дорогой эксперимент, тебе не кажется?!

Так много звуков пришлось из себя выдавливать, что даже горло пересохло. И то, что начиналось как уверенная речь, закончилось тихим, сдавленным шепотом…

- У тебя муж - козел, который ни во что тебя не ставит. Разве этого не достаточно, чтобы от него уехать?

- Я могла бы уйти в другое место! - Моя обида на Никиту сыграла дурную службу: только сейчас начало доходить, какую глупость я совершила: ведь могла бы просто уйти от него! Послать ко всем чертям и уйти! Вместо этого, зачем-то потащилась в глушь к Степану!

- Ты мне очень мешала на своем месте. Могла бы настоять на расторжении договора…

Это прозвучало так обыденно и просто, что захотелось сначала зажмуриться… А потом - заорать. В голос! Так, чтобы у этого душнилы уши заложило и не отложило потом никогда! Чтобы больше не мог обсуждать никакие договоры!

- Что?! Ты хотел разорить нас? И для этого затеял весь спор?!

- Не тебя. Никиту.

- Но это же наш с ним бизнес!

Идотство! Бред! Белиберда!

Стоять в обнимку с чужим полуголым мужиком, прижатой к нему всем телом, и обсуждать, как он планировал нас кинуть!

- Теперь уже - не ваш, а его. А ты свои деньги получишь, по-любому.

- Твою ж налево, Степан! - Тело пыталось меня предать, самым бессовестным способом. То есть хотело расслабиться, прижаться, получать удовольствие от объятий постороннего мужика. Пусть и очень привлекательного…

- Могу и направо. Мне не сложно… - Он продолжал цинично ухмыляться и смотреть на мой рот. Что там увидел - черт знает. Может быть, крошки от булочек тети Маши, которыми она нещадно меня угощала, да еще и с парным молоком?