Развод. Начинаю с нуля

Глава 2

Я смотрю на этих наглецов и у меня буквально все внутри кипит:

– Слушайте, ребята, эта квартира моей бабушки. И вы тут рядом не стояли. Давайте, выметайтесь.

Игорь встает, выходит из кухни, возвращается с пластиковой папкой. Достает из нее бумаги и раскладывает веером передо мной:

– Прочитай внимательно, Марина. Вот договор о дарении. Твоя бабушка перед смертью подарила мне эту квартиру, – у меня внутри все замирает. Перед смертью? Бабуля умерла? Почему я не знаю об этом? – Вот свидетельство о смерти бабушки. Мы с Ингой, кстати занимались похоронами, тебе же некогда было…

Я перебирала бумаги и пыталась собрать разбегающиеся мысли в кучку. Бабуля подарила квартиру Игорю. Зачем она это сделала? У нее была только одна наследница – это я, но она сотворила какую-то глупость. Как Игорь смог уговорить ее пойти на этот шаг? Впрочем, моя любимая бабуля всегда была очень доверчивой и наивной женщиной, так что обмануть ее ничего не стоило. Тем более. что Игоря она любила как родного.

Когда я уехала на стажировку, бабушка решила пожить у своей сестры и сказала мне:

– Мариночка, нам будет вдвоем веселее, да и Игоря я не хочу обременять. Зачем ему слушать мое ворчание? Мы с Верочкой прекрасно поживем вдвоем.

Бабушка действительно очень дружила с Верой, своей младшей сестрой.

– Как ты мог не сообщить мне о смерти бабушки? – я размазывала слезы, которые ручьем текли из моих глаз.

– А ты сама не понимала. что бабушка старенькая и может умереть в любой момент? Но ты предпочла, не задумываясь об этом, спокойно жить в Праге.

– Вообще-то я там работала. И, между прочим, зарабатывала приличные деньги, которые ты не стеснялся тратить… Мерзавец! Я добьюсь правды, так и знай! Я найду на тебя управу.

Игорь холодно смотрит на меня:

– Ищи. Все законно. Придраться не к чему. Бабушка была в твердом уме, справка от врача тоже есть. Так что, Марина, угрозы свои оставь при себе. И я думаю, что тебе лучше уйти.

– Хорошо, я уйду. Но знай, что вернусь я с полицией!

Я вскакиваю, хватаю свой чемодан и выбегаю из квартиры, громко хлопнув дверью.

Спускаюсь по ступенькам, волоча за собой чемодан.

Надо решить, куда мне сейчас поехать.

На самом деле, вариантов не много. Даже скорее, их совсем мало.

Родственников у меня нет. Была только бабушка, но как сегодня выяснилось, что ее тоже не стало…

Пробую сосредоточится. Наконец, достаю телефон и набираю номер. Единственный номер, который я могу набрать в любое время суток и хозяйка которого всегда будет мне рада.

– Оксан, привет! Можно я к тебе сейчас подъеду?

Оксанка радостно гудит, что могла бы и не спрашивать. Вызываю такси и еду к ней.

Кем числится Оксана на нашем телеканале, никто точно не скажет. Но все совершенно уверены, что если, не дай боже, Оксанка вдруг надумает уволится, все тут же пойдет прахом.

Оксана всегда знает, где можно найти реквизит или как уговорить зазнавшегося до неприличия ведущего шоу прийти в себя и даже извиниться перед коллегами за грубость.

Сколько лет Оксане я не знаю, она никогда не говорила, а я не спрашивала. Думаю, что за сорок.

У нее черные волнистые волосы, черные же пронзительные глаза и вечная сигарета в углу рта.

Кстати, только Оксане я прощаю эту пагубную привычку.

Оксанка разговаривает низким, чуть хрипловатым голосом и очень заразительно хохочет.

Подруга она надежная, можно сказать, что боевая. Из тех, кто на поле сражения не бросит и будет до последнего тащить тебя на себе.

Подъезжаю к дому Оксанки, поднимаюсь на лифте.

Подруга распахивает дверь и я сразу попадаю в ее объятия:

– Маринка, как же я рада! Дай посмотрю на тебя? Небось, там в Европах совсем нас забыла? А глаза чего такие? Заболела?

Подруга засыпает меня вопросами.

– Оксан, дай чуть передохнуть…

Оксанка внимательно смотрит на меня, достает с полки уютные тапочки:

– Пошли в кухню, буду тебя кормить. Эх, жаль, не знала, что ты сегодня объявишься, а то купила бы коньячку что ли. За встречу по пять капель.

Я расстегиваю молнию чемодана и вытаскиваю завернутую в полотенце бутылку “Бехеревки”.

– Вот, везла в подарок своему… козлу одному, короче, но не пригодилось.

Оксанка ставит на стол тарелки с дымящимся борщом, салат из помидоров, тонко нарезанное сало.

– Ой, Оксан, как все вкусно! Я полгода борщ не ела, да еще и сало с черным хлебом. Вот знаешь ты, чем порадовать!

Мы выпиваем по маленькой рюмке чешской водки, едим борщ.

Я ем и тепло разливается по телу. Чувствую, что меня ,наконец, отпускает.

– Ну, подруга, рассказывай, что там у тебя происходит? – Оксанка прикуривает сигарету и встает около открытого окна.

– В двух словах – муж козел оставил меня без денег и без жилья, – не удержавшись всхлипываю и вываливаю Оксанке все, что случилось сегодня.

Она слушает меня, не перебивая.

Когда я в очередной раз принимаюсь вспоминать во всех деталях утреннюю встречу с Игорем и его новой зазнобой, Оксана капает нам в рюмки бехеровки:

– Все, Мариш, хорош. Ну их к чертовой матери. Гнида, твой Игорь, конечно, редкостная, но ты ничего уже не исправишь.

Сходишь к хорошему юристу на консультацию, узнаешь можно ли что сделать с квартирой. Про деньги, скорее всего, придется забыть. Поживешь пока у меня. Места хватит, я одна, никому не помешаешь, а мне веселей будет. Выйдешь на работу, и сразу легче станет, работа иногда спасает.

У нас, кстати, новый продюсер. Бабы наши писают кипятком. Как же – такой мужик! Богатый, красивый, да еще и холостой. Но характер, скажу тебе сразу, не сахар – всех строит и маршировать строем заставляет.

Запускаем новое шоу. Конечно же, кулинарное, мать вашу, куда ж мы без этого?

Ведущий шоу тоже тот еще фрукт, шеф-повар известный, короной притолоки все посшибал. Разосрался со всеми режиссерами, никто не хочет с ним работать.