Развод. Начинаю с нуля

Глава 5

Я перестаю писать и поднимаю глаза на Ярославцева:

– Простите, Николай Вениаминович, я не совсем вас понимаю…

– Я предлагаю вам съездить со мной на пару дней в Питер. Будем считать это служебной командировкой.

– Зачем мне ехать с вами? Простите… я не понимаю о чем речь, – я встряхиваю головой, словно пытаясь уложить в голове странные фразы босса, – Вы меня запутали совсем.

– Я должен поехать в Питер. Во-первых у меня там деловая встреча, а во-вторых… Мы встречаемся с друзьями, такая у нас традиция, каждый год мы собираемся в разных городах и странах, в этом году у нас – Питер. Так вот. В прошлом году я поспорил с приятелем, что на следующую встречу приведу свою женщину, – босс предостерегающе поднимает руку, поняв, что я готова возразить, – Вы, Марина… Владимировна, подходите мне. Вы умная, красивая, и вас никто не знает. Мы встретимся с моими друзьями, они вполне успешные и приличные люди, уверяю вас, посидим, поговорим, и на этом все. Вы не должны со мной спать, сами понимаете, что я легко найду кандидатку для этого случая.

Конечно, нам придется перейти на “ты”, может быть я поцелую вас, очень сдержанно, обещаю. Что еще? Остановимся в одном номере, но кровати будет две. Так как, вы согласны?

Я совсем растерялась:

– А что будет, если вы приедете без… женщины? Или может выберете другую кандидатуру для столь ответственного мероприятия? Как-то я не привыкла к таким поворотам.

– Если я приеду один, то, в принципе, ничего страшного не произойдет. Не считая того, что мои друзья будут всячески прикалываться надо мной и придумывать разные истории и шуточки. Второе. Про другую женщину. Не хочу другую, мне нужна именно ты.

– Мы уже перешли на “ты”?, – растерянно спрашиваю я, пытаясь разобраться в своих мыслях.

Вроде бы все понятно. Старые друзья, свои приколы, шуточки и прочее, но я-то с какого бока в этой катавасии?

Ярославцев чуть прищуривает глаза:

– Ну, решилась? Или не терпится начать работать под началом Звягинцевой? –

Вот ведь гад, по больному бьет. Меньше всего на свете я хочу работать с Звягинцевой.

Вздыхаю:

– Хорошо, но вы можете гарантировать, что с вашей стороны не будет никаких, так сказать, поползновений?

– Я с женщинами имею дело только по обоюдному согласию, Марина. Так что, как захотите, так и будет. – чувствую, что краснею, – Напишите адрес, за вами заедет машина. Поезд в восемь вечера. Да, и, если что-нибудь будет нужно, то купим в Питере, не переживайте, плачу за все я.

Я киваю и иду к двери.

– До свидания, Николай Вениаминович.

– До вечера, Марина.

Боже, во что я позволила себя втянуть?

Дома бросаю в дорожную сумку все, что может понадобиться.

Записываю голосовое Оксанке, мол, отправили в командировку, позвонить нет возможности, приеду все расскажу, не волнуйся.

Разговарить не хочу, не представляю, как отвечать на вопросы подруги, которая, наверняка, начнет отговаривать меня от очередной авантюры.

Ладно, может мне на пользу пойдет эта поездка. Да и в Питере я сто лет не была, и когда еще доведется.

Смотрю на себя в зеркало, как он сказал? “Мне нужна именно ты”. Недурное такое начало.

Звонок мобильного, машина у подъезда, бегу вниз.

На перроне вижу Ярославцева. Он сменил костюм на джинсы, на боссе белый пуловер, который, признаться, ему идет. В руках у Ярославцева сумка.

– Добрый вечер, Марина.

– Добрый, Николай Вениаминович.

Мы проходим в вагон. Ну, конечно же, это СВ, значит, мы всю ночь будем ехать вдвоем…

– Марина, давай договоримся. Никаких “вы” и отчество тоже не надо. Мы же едем, как пара.

– Я постараюсь, но не уверена, что получится, извините… то есть извини.

Ярославцев чуть улыбается:

– Все получится, располагайся, я пока выйду, чтобы не путаться под ногами.

Решаю, что не буду переодеваться, ехать не так долго, вполне могу остаться в джинсах и футболке, куртку вешаю на плечики, причесываю волосы, все-таки Оксанка молодец, что отправила меня к Светочке.

Сажусь к окну. Поезд начинает движение, за окном мелькают огоньки.

Стук в дверь, входит Николай Вениаминович, в руках у него бутылка шампанского и шоколадка.

– Не будем изменять традициям, в поезде принято выпить по чуть-чуть и закусить.

– Только, помню, что раньше обязательно на столе присутствовала жареная курица, бутерброды с докторской колбасой и огурчики.

Мы смеемся.

– Да, и пили обычно что-нибудь покрепче, но думаю, что шампанское вполне подойдет, – Ярославцев разливает шампанское в стаканы, – За то, чтобы наша поездка прошла на высшем уровне!

– За Питер, – мы пьем сладкую шипучку.

– Не самое лучшее, что доводилось пить, но другого в здешнем ресторане не водится.

– Ничего, вполне себе.

Мы выпиваем еще по бокалу, поезд стучит колесами, слегка покачивается вагон, немного кружится голова. А все-таки хорошо, что я согласилась на эту поездку!

Рядом со мной садится Ярославцев и берет меня за подбородок. Его губы касаются моих, и мне совсем не хочется отталкивать его. Как же он целуется! Черт побери, я за полгода совсем забыла, что это так приятно и так волнительно.

Твердые и, одновременно нежные, губы Ярославцева осыпают нежными поцелуями мое лицо и шею… его руки уже под моей футболкой, прикрываю глаза.

Я знаю, что нужно остановится, но не знаю, хочу ли, чтобы он останавливался…