Развод. Нас обманули

Глава 3

— Я что, не могу зайти к любимому мужу в кабинет?

— Можешь, — как-то холодно отвечает он, будто совсем не рад возвращению домой. И снова отворачивается.

Подхватывает с кресла грязную рубашку, в которой только что пришел. Проходит мимо меня, даже не взглянув. А я вдруг чувствую запах табака. И он исходит как раз от той рубашки, которую муж относит в стирку. Оборачиваюсь и смотрю, как он кладет ее в стиральную машинку и включает режим быстрой стирки.

Но я уже успела почувствовать…

Сто лет он не курил. Как только мы познакомились, я поставила ему ультиматум, что буду встречаться с ним, если он бросит. И он бросил! И не брал в рот эту мерзость до… сегодняшнего дня…

Я смотрю на мужа молча и не понимаю, что вдруг между нами изменилось, что у него такого произошло, что он снова взял эту отраву в рот и закурил?

Муж возвращается и достает из шкафа новую чистую рубашку. Я закрываю дверь и подхожу к Матвею. Пальцы жжет, как мне хочется провести по его коже, обнять, почувствовать его крепкие объятия. Чтобы поцеловал, приласкал. Похоже, гормоны делают свое дело, делают меня чувствительной.

— Я не ждала вас так рано. Что-то случилось? — подкрадываюсь к теме разговора, от которой внутри все сжимается.

— Нет.

— Ты курил? Табаком пахнет.

Муж молчит, так и не повернувшись ко мне.

— Нет. Там много кто курил.

«На детском празднике?» — думаю я. Могли, конечно, но что тогда Матвей вдруг делал с курильщиками? Как затесался в такую компанию?

Муж наконец смотрит на меня, и я не понимаю его взгляда. Он будто борется с собой, чтобы подойти ко мне, но продолжает держать дистанцию. Он застегивает манжеты.

Как же я люблю своего мужа, я ведь без него не смогу жить.

Влюбилась с первого взгляда. Вчерашняя выпускница и уже успешный бизнесмен. Матвей старше меня на десять лет. Мы встречались совсем недолго, между нами все так быстро завертелось, что уже через три месяца после знакомства Матвей сделал мне предложение и мы подали заявление, а еще через месяц узнали, что станем родителями. А сейчас я смотрю на так когда-то горячо любимого мужа и не понимаю, что между нами происходит.

— Ты куда-то собираешься? Уходишь? — удивляюсь я.

Потому что сегодня выходной. Это наш день, который мы проводим обычно семьей. Я рассчитывала рассказать Матвею о долгожданной беременности… только вот теперь не знаю, расскажу ли вообще, потому что сперва нужно выяснить все подробности того, что произошло на празднике.

— Мне нужно на работу, — с запинкой отвечает муж.

— Как это? — искренне удивляюсь я.

— Дотошный клиент попался, нужно поработать сверхурочно.

— Но сегодня же воскресенье.

Матвей подходит и кладет ладони мне на плечи, вынуждая остановиться и не продолжать свои причитания.

— Форс-мажор.

— Как Витька на празднике? Хорошо себя вел?

— Нормально, как обычно. Под конец, правда, надулся что-то и захотел вернуться домой.

Я часто моргаю, чтобы не заплакать. Сыночек был шокирован и больше не хотел играть и веселиться. У меня до сих пор в ушах стоит его вопрос, который мгновенно вошел мне в грудь, как холодный нож. Резко и больно. До самого сердца. Но мой мальчик не виноват, он сам не знал, какую рану нанесет мне, когда говорил об этом. Дети чистые, искренние, они говорят правду и не могут врать.

— И никак не получилось его уговорить остаться?

— Никак, только твоя сестра смогла его отвлечь, пообещав ему какого-то робота.

— Удивительно, не замечала раньше за ней подобного, она редко с ним общается.

Матвей пожимает плечами и отходит.

— Даже удачно вышло, я побольше поработаю. Не хотел оставлять Витька с твоей сестрой.

Я закатываю глаза. Если его не остановить, опять начнет на нее наговаривать.

— Я хотела с тобой поговорить.

— Мне нужно ехать, — говорит муж и выходит из комнаты.

Я догоняю его в прихожей.

— Ты даже не поцелуешь меня? — спрашиваю я и надеюсь, что он не слышит, как дрожит мой голос.

Я очень нервничаю, мне нельзя, но я ничего не могу с собой поделать. Потому что мне кажется, что если он сейчас уйдет, то уже навсегда, то наша счастливая жизнь закончится.

Матвей оборачивается. Он высокий, выше меня почти на голову, я ему только до плеча достаю. Он наклоняется и целует меня в лоб.

— Пока.

Прежде чем он отвернется, я успеваю заметить, как он морщится.

Как будто от боли…

Он врет… он скрывает от меня что-то… и просто сбегает от разговора.

Возможно, он даже в курсе, что Витька застал его. Но я больше не успеваю ничего возразить, потому что входная дверь уже закрылась.

Мне нужно с кем-то поговорить, с кем-то обсудить, узнать подробности. Слышу из детской звук работающего телевизора: Витька включил мультики. Но не к нему же идти с расспросами.