Развод. (не) красивые обстоятельства

Глава 7

Полина

Прикрываю глаза, снова и снова вижу одну и ту же сцену – как Агата обслуживает моего мужа.

Сказать, что это неприятно, значит ничего не сказать.

Отвратительно. Мерзко. Гадко.

Вою, спрятавшись под одеялом. Слышу, как в палату вошли, не вылезаю из «домика».

Шаги мягкие, но уверенные, и я узнаю их – они принадлежат моему лечащему врачу – Антонине.

- Полина, вы спите?

- Нет, - бубню я. Уснешь тут, когда твоя жизнь переворачивается с ног на голову.

Улавливаю нотки своего голоса – истеричные и задушенные.

- Всё хорошо, выползайте из панциря. Ваш муж не причинит вам больше боли, я сказала ему так, как просили вы через свою сестру.

Прикусываю губу, и теплая кровь с металлическим привкусом оказывается у меня во рту. Моментально вспоминаю, что мое тело бренное и требует заботы, а также, зачем я здесь – не для страданий, а для сохранения жизни малыша.

Вылезаю из берлоги, сажусь в кровати. Снимаю с запястья резинку для волос, затягиваю длинные русые волосы в хвост.

Слышу легкий цокот каблучков, он замирает за моей дверью, и я вздрагиваю.

- Она ушла?

- Кто?

- Агата? Невеста моего… брата.

- Ушла, но оставила свой номер телефона, сказав, чтобы я звонила, если что-то вам понадобится.

- Хорошо.

Врач легонько гладит меня по руке, чуть наклоняется, словно собирается защитить, шепчет:

- Всё будет с ребеночком в порядке. Кровотечение остановлено. Матка еще в тонусе, но за сутки нормализуем. Главное, не волнуйтесь, Полиночка.

- Не буду, - давлюсь словами.

- У меня одна просьба к вам, переведите меня в палату к девочкам. Одной скучно и страшно.

Озабоченное лицо женщины напряжено.

- Не получится, они могут догадаться, что вы по-прежнему беременны. А вы желаете скрыть данный факт от мужа. Я права?

Мнусь.

Предложение Агаты оказалось очень хитроумным и заманчивым. Я ухватилась за него как за соломинку.

Сжимаю руку врача, и глаза у меня на мокром месте.

- Каждый божий день обещаю молиться за вас, только спасите меня и моего малыша, - повторяю беспрестанно.

- Хорошо.

Антонина уходит, а я засыпаю, просыпаюсь от легкого толчка в плечо.

Считаю до трех, молюсь всем богам на свете, чтобы это была не Агата или ее тень, преследующая меня.

Судорожно сжимаю одеяло застывшими пальцами, открываю осторожно глаза, и вижу мужа.

Он сидит рядышком на стуле.

- Наконец-то, - улыбается мне так, будто ничего плохого не произошло. – У меня для тебя супер хорошие новости.

Серьезно?

У нас якобы «погиб» малыш, а он о хорошем?

Так и подмывает сказать ему пару «ласковых», но я держусь, тщательно скрываю свое настоящее настроение и состояние.

Твержу как заклинательница змей, чтобы рептилия поскорее сцедила свой яд, и убралась отсюда.

Верховцев будто считывает мои мысли, встает на ноги.

- Тороплюсь, у нас с Агатой ресторан заказан! Повод-то какой шикарный!

- Какой? – спрашиваю, едва шевеля губами.

- Агата беременна! Так что больше не переживай о потере. Скоро у нас будет ребенок.

Закатываю глаза.

Господи!

Откуда в человеке так много мерзости и безразличия к другим людям?

Он даже не переживает о моем малыше, будто не имеет к нему отношения. Прячу руки под одеяло, глажу живот, защищаю его руками.

- Романтично… - шепчу я.

- О чем ты?

- Про ресторан.

- Просто огонь! Я как узнал, от радости чуть с ума не сошел. Наконец-то у меня мальчишка родится. Наследник Верховцев! Так что готовься к выписке родная. Будешь помогать Агате с беременностью.

- Это как? – хлопаю непонимающе глазами.

- Ну, не знаю. Заниматься с ней зарядкой для беременных, кормить ее, готовить ей правильную еду с витаминами.

- Стану ее домработницей?

- Не утрируй. У нее наш ребенок, она теперь в доме главная! А ты потерпишь девять месяцев. А потом… - замолкает.

- Что потом? – округляю глаза шокированно. – Ребеночка кормить надо, ему мама нужна, та что родила, у которой есть молоко.

- Не путай меня!

- Твои планы не путать? – смотрю на мерзавца прищурившись, изучаю его.

- Что ты хочешь знать? – злится уже.

- Мать ребенка куда?

Знаю, что он ответит, но спрашиваю, потому что хочу записать и отправить аудио ей – девчонке, разрушившей мою семью. А сейчас разрушающей свое собственное будущее.