Развод. Не моя семья

Глава 3

Диана

- Это просто дурной сон. Очень плохой и случившийся так не вовремя, - бурчу себе под нос. При этом хватаюсь за сердце, чем сильно пугаю притихших детей и Миру.

- Мама, ты его знаешь? – спрашивает умненькая дочка и глядит на меня внимательно.

Я же открываю ноутбук, надеваю компьютерные очки, чтобы спрятать глаза в которых набухли горькие слёзы.

- Мой одноклассник и однокурсник Макар Дмитриевич Ярцев, - выдыхаю едва слышно и адская боль пульсирует в сердце.

Лелею лишь одну надежду, что дети не зададут больше вопросов. Но как назло оба не сводят с меня внимательных глаз. Хотя я ошибаюсь, на меня глядят три пары заинтересованных сканирующих глаз.

- Кто. Он? – спрашивает почти по слогам Мира и таким тоном, будто она моя начальница, а не наоборот.

- Макар Ярцев, мой… одноклассник. Вместе поступили в Бауманку, но с парнем случилось что-то, он бросил учебу и укатил за кардон, - произношу невнятный набор слов.

- Я помню эту историю, - выпаливает Мира. – Отец рассказывал, что Ярцевы разорились…

Бросаю на девушку гневный взгляд. Но она не слышит меня, продолжает:

- Какая-то невнятная история случилась между Ярцевыми и Самойловыми, и потом…

- Просто замолчи! – выдыхаю со злостью.

Мира округляет глаза:

- Это были вы???

- Проехали! Не хотите погулять? – киваю детям на дверь, но они мотают светлыми головками. И я достаю из кармана банковскую платиновую карту. Уверена, этот сильный аргумент убедит их. – Можете сгонять в Сочи. Вы же хотели?!

Мира обжигает меня ненавидящим взглядом, таким будто ударяет наотмашь.

Ясно-понятно. Я снова разрушила ее планы. А планы у нее одни – затеряться в дебрях сети.

Эх, если бы мои дети так сильно любили сеть, как она.

- Нам не нужно будет заниматься программированием, если мы поедем в Сочи? – в глазах дочери загорается неподдельный интерес к предложению.

- Не нужно!

- Слава богу компьютеров Аплу! – ласково произносит дочурка, закатывает глазки к потолку, складывая ладошки у груди.

- Почему ты называешь айтишного бога Аплом? –спрашиваю на полном серьезе. – Ну у меня ноутбук Апл, у тебя, у брат, - отвечает рассудительно синеглазка.

- Но у няня Дэлл. Тогда как понять?

- Ну, - дочка снова закатывает глаза, выпячивает губки уточкой, - её компьютерный бог Дэлл.

- Мне твоя точка зрения ясна, - закругляю разговор.

- И на лыжах нам не придется кататься завтра за сегодня? –спрашивает сынок.

Хмыкаю. Насколько сильно Лея не любит программирование, настолько же Марс не любит катание с горных вершин.

Что за дети? Им ничего не нравится из того, что люблю я.

Сразу видно в кого пошли!

- Не придется! Только завтрашнюю норму, - успокаиваю сыночка.

Дети с няней поспешно собираются, пока я не передумала избавляться от них, и уезжают, оставляя меня в полном раздрае чувств.

Пытаюсь спрятаться в работе, гляжу на монитор, символы расползаются от меня в стороны, и передо мной лишь темное пятно с крапинками.

«- Я хочу, чтобы ты немедленно убралась из моей жизни! Шлюха! – орет Макар, и заносит над моим лицом руку.

- Ты будешь жалеть о том, что ударил меня всю жизнь, - говорю, глотая слезы. – Никогда не простишь себе этого.

Знаю, как сильно он меня любит – больше жизни. Если ударит, то потом что-нибудь сделает с собой. А тогда я сойду с ума от горя, ведь так сильно люблю его.

Моего друга, парня, первого мужчину, мужа…

- Я хочу, чтобы ты убралась из этого дома! Немедленно. Собирай вещи и уматывай. Ничто не должно напоминать о тебе! – Мак открывает шкаф и бросает мои вещи мне под ноги.

Стою, не шелохнувшись, гляжу на любимого, и поверить не могу, что мы были женаты ровно сутки.

А теперь всё кончено. Абсолютно всё. Годы детской дружбы, подростковой влюбленности и юношеской любви перечеркнуты одним мазком.

- Этот дом нам подарил мой отец. Ты же помнишь, что твои родители не вложились в подарок, - выдыхаю еле слышно.

Сглатываю ком и сердце обжигает адской невыносимой болью.

- Но если ты поверишь мне, а не им, то сможешь остаться.

- Я лучше стану бомжом и буду питаться на помойках, чем приму от тебя подачки! Самойловское отродье!

Любимый мужчина разворачивается и не прощаясь идет на выход.

- Вещи собери, завтра друг заедет за ними! – бросает через плечо и исчезает за дверью.

Сердце разбивается на осколки.

Я бы могла попросить у Макара прощения, как он хотел. Но я не изменяла! Так за что мне извиняться?

Нещадно тошнит. Падаю на диван, сворачиваюсь в клубочек, считаю до пяти. Позывы тошноты становятся невыносимыми. Сползаю с кровати, плетусь в туалет. Снова выворачивает.