Развод (не) нужен

Глава 1. Опять двадцать пять

Дверь в нашу ипотечную двушку на окраине Москвы захлопнулась за мной с глухим стоном, который идеально отражал мое внутреннее состояние. Девять часов вечера. Я доползла. После рабочего дня, который состоял из горящих дедлайнов, совещания с начальством, где я полтора часа доказывала, что мой маркетинговый план гениален (а не просто «ну, норм»), и давки в метро, где мне чуть не оторвали пуговицу на пальто, сил не осталось даже на то, чтобы разозлиться. Хотелось только одного: рухнуть на диван, заказать пиццу и тупо пялиться в сериал, где герои живут красивой жизнью без кредитов и мужей-раздолбаев.

— О, Викусь, привет! А я тут… — голос Димы, моего благоверного мужа, раздался из гостиной. Бодрый такой, радостный. Слишком радостный для вечера вторника, когда до зарплаты еще неделя, а ипотечный платеж маячит на горизонте, как Дамоклов меч.

Я скинула ботинки, бросила сумку на пуфик и поплелась на голос, уже предчувствуя неладное. Димина бодрость обычно означала одно из двух: либо он придумал гениальный (на его взгляд) план, как разбогатеть, не работая, либо он что-то купил. И судя по огромной коробке, занимавшей половину нашего и без того не самого просторного дивана, сегодня был второй вариант.

Я заметила, как Дима на секунду замер, быстро сунув телефон в карман шорт, прежде чем обернуться ко мне. На его лице на мгновение промелькнуло выражение, которое я раньше не видела — сосредоточенность хищника, но оно тут же сменилось его привычной, дурашливой маской «вечного подростка».

— А ты тут… что? — я остановилась в дверях гостиной, скрестив руки на груди и пытаясь унять подступающее раздражение. Внутри коробки угадывались очертания чего-то футуристического, с проводами и шлемом. — Опять ограбил банк? Или это гуманитарная помощь для беспечных тридцатилетних?

Дима, сидевший на полу перед коробкой с горящими глазами, как ребенок под новогодней елкой, поднял на меня голову. Обаятельная улыбка, растрепанные волосы, футболка с дурацким принтом – ну чисто подросток, только с трехдневной щетиной и паспортом, в котором стоит штамп о браке со мной.

— Викусь, ты не поверишь! — он вскочил на ноги. — Это же VR-шлем последнего поколения! С полным погружением! Я урвал по скидке, представляешь? Чисто случайно наткнулся на акцию! Будем летать в космос, сражаться с драконами… Это же огонь!

Он подскочил ко мне, обнял, попытался поцеловать, но я увернулась. Запахло чем-то дорогим и ненужным.

— С драконами, значит? А с ипотекой сражаться кто будет, Дима? Или она сама себя оплатит от восторга перед твоим полным погружением? — я старалась говорить спокойно, но голос предательски дрожал от усталости и злости. — Сколько это «по скидке» стоит?

— Ну-у-у… — он замялся, улыбка стала чуть менее уверенной. — Не так уж и дорого, учитывая, какие эмоции оно дарит! Это ж инвестиция в отдых, в настроение! Ты вечно напряженная, тебе тоже полезно будет расслабиться. Вот увидишь, тебе понравится!

— Дима, цену! — я повысила голос. — У нас через неделю платеж по ипотеке. И за коммуналку за прошлый месяц еще не заплачено, потому что ты «забыл». И мне нужны новые зимние сапоги, потому что старые разваливаются. Мы это обсуждали? Обсуждали. Сколько стоит твой космос?

Он почесал затылок, отвел взгляд и пробубнил что-то нечленораздельное про «чуть больше сорока».

— Сорока?! Сорока тысяч?! — я почувствовала, как кровь приливает к лицу. — Ты потратил сорок тысяч на игрушку, когда у нас дыра в бюджете?! Ты серьезно?

— Ну Вик, ну что ты начинаешь? — он снова включил обаяние, делая шаг ко мне. — Ну да, сорок. Но это же… это надолго! Это не просто игрушка, это целая вселенная! Мы же работаем, зарабатываем. Не в каменном веке живем, чтобы на всем экономить! Нужно же себя радовать иногда! Я вот порадовал. И тебя порадую, вот увидишь!

— Радовать? — я отошла от него, чувствуя, как внутри все закипает. — Знаешь, что меня порадовало бы? Если бы ты хотя бы раз подумал не только о своих «хотелках», а о нас! О нашей семье! О том, что нам нужно платить за квартиру, в которой ты живешь! О том, что я уже полгода не могу себе позволить сходить к косметологу, потому что вечно латаю дыры после твоих «инвестиций в настроение»!

Это был наш вечный спор. Пластинка, заезженная до дыр. Я – ответственная зануда, вечно пилящая про деньги и планы. Он – легкий на подъем «кайфушник», живущий одним днем и искренне не понимающий, зачем «париться», если можно «чилить». И ладно бы это было раз в год! Но это происходило с удручающей регулярностью. То новая гитара, потому что он решил «тряхнуть стариной» и собрать группу. То супер-навороченный велосипед, на котором он прокатился три раза и забросил на балконе. То «выгодное вложение» в какие-то мутные криптовалюты, которое предсказуемо прогорело. А я потом сидела ночами с калькулятором, перекраивала бюджет, отказывала себе в мелочах, чтобы мы могли свести концы с концами.

— Опять ты за свое! — надулся Дима, обаяние испарилось, сменившись подростковой обидой. — Вечно ты всем недовольна! Вечно деньги, деньги, планы! Нельзя же жить только ради ипотеки! Я тоже устаю на работе, между прочим! Имею я право расслабиться так, как хочу? Почему ты вечно пытаешься контролировать каждый мой шаг, каждую копейку? Ты мне жена или бухгалтер?

— Я тебе жена, Дима! — выкрикнула я, уже не сдерживаясь. Слезы обиды и бессилия подступили к глазам. — Жена, которая устала быть единственным взрослым в этой семье! Устала тащить все на себе! Устала бояться, что мы завтра останемся на улице из-за твоей очередной «гениальной» покупки! Я хочу нормальной жизни! Хочу стабильности! Хочу знать, что у нас есть завтрашний день! А с тобой я этого не чувствую! С тобой я чувствую, что мы вечно балансируем на грани пропасти!

— Ой, всё! Начинается! — он махнул рукой и отвернулся к своей драгоценной коробке. — Не хочешь радоваться со мной – не надо! Пойду тогда сам погружаться в космос, раз ты такая скучная и приземленная!

Он сел на пол и начал с энтузиазмом распаковывать свой шлем, делая вид, что меня больше не существует. А я осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как внутри что-то окончательно ломается. Опять двадцать пять. Опять тот же сценарий. Он накосячил, я разозлилась, он обиделся и ушел в свой мир, оставив меня одну разбираться с последствиями и чувством вины за то, что я «испортила ему настроение».