Развод. Не позволю уйти

Глава 19

Наехал на ровном месте. От такой наглой, беспричинной несправедливости подкатывают слезы. Сжимаю зубы, чтобы не разреветься, не дам ему этого удовольствия. Внутри все обрывается, чувствую себя абсолютно беспомощной. Игорь знает, что я не стану скандалить при детях, и пользуется этим, как козырем.

Я себя не узнаю. Эту жалкую, растерянную женщину, которая ловит каждый его взгляд, пытаясь разгадать, что за чудовище притаилось в теле мужа. И его не узнаю тем более. Посторонний в знакомом облике.

Мечется между ролями так быстро, что у меня кругом идет голова. Только что он был грубым, почти жестоким тираном, а теперь – само воплощение нежности, заботливый отец. Валяется на полу с Настей, щекочет Арину, заливисто смеется вместе с дочками, смотрит на меня таким виновато-молящим взглядом, будто действительно осознал, как сильно меня ранил.

– Мамочка, давай к нам! Как раньше будем валяться! – Аришка тянет меня за руку.

Вот как ей объяснишь, что «как раньше» уже не будет? Что папины объятия теперь пахнут чужими духами, а мамина улыбка держится на одном лишь нервном напряжении. Что тот самый папа, который сейчас строит рожицы Насте, полчаса назад с холодными глазами говорил, что я «зажралась»…

– Что за куча ниток? – Игорь поднимается, подходит к моей сокровищнице, запускает руки в мотки, вытягивает тот самый, который я только что смотала, подкидывает на руке. – А говорила белых нету, надо купить. – Подмигивает мне. – Ну прости-прости, разгадал твой сюрприз. Сделаю вид, что не увидел, не знал, что ты все же услышала мою просьбу насчет белоснежного шарфа.

Я не реагирую на его слова, чувствую опустошение. Неведение – вот, что меня отравляет, высасывает все силы.

– Лизунь, я просто хочу, чтобы у нас по-прежнему все было хорошо. – Игорь мягко касается моих волос, отводит прядь за ухо. – Я стараюсь, как умею. Не знаю, в чем я перед тобой провинился, но… В общем… Пытаюсь все исправить. Не отталкивай меня, пожалуйста. Я ради тебя и девчонок… Сама ведь знаешь.

Обрывает фразу, но я понимаю, что это не попытка исправить, это – усыпление бдительности. Он боится потерять не меня, а контроль. Ведь гораздо проще жить, когда жена сидит дома, вяжет шарфики (которыми ее же можно попрекать) и не задает лишних вопросов.

– Мамочка, мы ведь поедем? Ну, пожаааалуйста! – Ариша смотрит на меня таким умоляющим взглядом, что мое сердце тает. – Мы ведь так давно нигде не были. Все куда-то уехали, – добавляет с обидой и разочарованием, – одни мы тут сидим.

Дочь права. Это лето у нас почти полностью прошло в поселке, не считая редких выездов к Иннокентию Павловичу. Соглашаюсь на эту поездку только ради нее.

За рулем Игорь обычно активно общается, не может ехать молча. Меня это жутко раздражает, сейчас нет никакого желания с ним разговаривать. Хорошо, что к беседе подключается Ариша, щебечет о балете, о новых пуантах и о том, как мечтает поскорее вернуться на занятия. Игорь подхватывает, начинает жаловаться на работу, дел у него выше Эвереста и вообще устал как собака. Он говорит громко, увлеченно, бросает на меня оценивающие взгляды.

Зачем маленькой девочке такие подробности из взрослой жизни? Или это чтобы я услышала и почувствовала себя виноватой за свою «неблагодарность»? Бедный уставший кормилец, чьи жертвы мы не оценили…

– Папочка, хорошо, что мы сейчас едем все вместе, и нет никакой твоей работы, – вдруг говорит Арина. – Ты будешь только с нами, а то тебя всегда так мало.

Устами младенца, как говорится… Игорь подмигивает мне и одобрительно кивает, не считывает иронию.

Отворачиваюсь в сторону, мне и без него есть о чем подумать. В боковом кармане сумки лежат моточки зеленой пряжи, и мне уже не терпится начать вязать.

Шикарная новая база отдыха оказывается старой полузаброшенной дырой…

Вид у нее такой, будто здесь не открытие готовят, а, наоборот, закрылись лет десять назад и только сейчас решили вывезти последний хлам. По территории бродит несколько человек, ни один из них не похож на партнера по бизнесу. Скорее, такие же недоумевающие приезжие, как и мы.

– И ради этого ужаса ты брал три дня отгулов?

Сердце замирает, а потом начинает биться с новой, тревожной силой. Что это за место? И зачем он на самом деле нас сюда привез?