Развод. Не позволю уйти

Глава 22. Стефания

Есть категория мужиков, которые прилепятся к женам – не отодрать. А истинных любимых могут динамить годами. Заливают сказки про детей, которые должны вырасти, про обязательства, а по сути, это всего лишь тетка, живущая рядом, к которой он ничего уже давно не чувствует.

Так почему не уходишь-то, раз она тебе так надоела? Боишься потерять привычный уют? Или дедушкино наследство напрямую зависит от наличия образцовой семьи?

Мне пришлось почти полгода потратить на то, чтобы Игорь купил мне дом. Тут намекнула, там идею подкинула. Подвела все к тому, чтобы он сам созрел до этого решения.

Очень тебя понимаю, это замечательно жить рядом с детьми, видеть, как они растут, прийти на помощь, если что.

Как жаль, что мы не можем быть постоянно вместе.

Вот было бы здорово, если бы мы с тобой жили рядом!

И вот у меня свой собственный таунхаус! Да все мои подружки от зависти ядом захлебнулись. Их максимум – дорогая побрякушка. А я – девушка ценная, от Вениамина досталась машина, от Игоря недвижимость. Что дальше-то просить?

Обожаю ставить цели и потом их достигать. Я не расходный материал, я – стратегический актив.

Квартиру в Москва-Сити хочу! Точно! Такого жилья ни у кого из моих знакомых нет.

А у меня будет!

Когда я заселялась в соседний с Игорем дом, думала, что он теперь все свое время будет уделять мне. Но на деле все оказалось сложнее. Ему, видите ли, неудобно просто так уходить из дома. Нужна причина!

Хорошо, что подвернулось это открытие клуба отдыха, оторвемся по полной.

Игорь приезжает поздно, когда праздник уже в разгаре, сразу на меня набрасывается. Я вообще-то планировала на ужин сходить, новое платье выгулять, а не торчать весь вечер в номере, но он хочет меня снова и снова.

– Сына родишь мне? – шепчет на ухо, рисуя пальцем узоры на моем обнаженном теле.

От его вопроса впадаю в ступор. Мне всего лишь двадцать три, какие дети?

– Стешуль, родишь, а? – рычит от удовольствия. – С тобой быть хочу. Сына подаришь – сразу женюсь.

Сдурел, что ли, хочется мне закричать. Но вместо этого я поднимаюсь с кровати, включаю свет, встаю перед ним, сексуально изгибаюсь, а потом медленно поворачиваюсь вокруг себя.

Игорь садится, тянет ко мне руки, но я отталкиваю его.

– Не шевелись, просто смотри, – холодно приказываю, откидывая волосы назад. – Видишь грудь?

Он послушно кивает.

– Сейчас она здесь. – Поглаживаю, слегка приподнимаю ее. – А после родов будет воооот здесь. – Оттягиваю ее вниз, прижимаю к ребрам. – Причем приплюснутой и обвисшей.

– К чему это ты?

– А талия нравится моя? – Извиваюсь змеей, эротично танцую. – Сейчас она тонкая и гибкая, кожа – бархат. Можешь потрогать, но только слегка, я еще не закончила.

Прикасается, пытается утянуть меня на кровать, но я вырываюсь и отхожу еще дальше.

– После родов, – продолжаю ледяным тоном, – она будет в два раза толще, если не в три. Ты этого хочешь?

– Нет, конечно… – В его глазах мелькает растерянность. – Стеш…

Останавливаю его взмахом руки.

– А вот здесь, – тыкаю пальцем в живот, завожусь от собственной злости, – появятся растяжки. Тут, – показываю на бедра, – целлюлит. Ты этого хочешь? – Последний вопрос чуть не выкрикиваю. – Хочешь, чтобы я превратилась в толстую уродливую корову?

– Нет, конечно… – бормочет, опустив голову. – Чего ты вообще завелась? Я просто думал…

– Что ты думал? Что я мечтаю стать свиноматкой?

– Думал, что все женщины хотят детей…

– Так и я хочу! Честно! Очень хочу. Но только не сейчас. Лет через десять-пятнадцать. Пока условия не подходящие. Сейчас у меня есть дом, но для семьи с ребенком он маловат, конечно.

От этих слов Игорь заметно дергается.

– Мне нужен отдельный коттедж, подумай об этом, раз уж хочешь от меня сына. Еще мне нужен свой работающий бизнес, три-четыре коммерческих помещения под сдачу и миллионов двадцать на счету, чтобы я была спокойна за свое будущее.

– Это ж сколько работать надо… – Игорь хватается за голову, на его лице появляется страдальческое выражение.

– Начинай, дорогой. Время пошло!

– Но сына-то я хочу сейчас! – В его голосе звучит почти детская обида.

– Так я тоже хочу, но фигура… сам понимаешь.

– А если… – Он поднимает на меня взгляд, полный внезапной надежды. – Если сын у нас будет, но рожать будешь не ты?

Я замираю. Что за идиотская идея?

– Пожалуйста! – Складывает руки в просящем жесте.

Что ж… Возможно, из него можно выжать еще что-то. Стоит потянуть время.

– Хорошо, – говорю я с неохотой. – Это можно обсудить.

– Да! Я знаю, что ты у меня самая лучшая! И мамочкой будешь прекрасной! – Он снова пытается притянуть меня к себе.

– Нет! – Отталкиваю его. – После такого разговора я тебя не хочу. Ты портишь мне весь вечер.

– Ну, Стешуль… Мы же договорились!

– Веди меня на ужин. И хорошенько подумай, как исправить мое душевное состояние. Оно сейчас стоит очень дорого.