Развод. Не позволю уйти

Глава 24

По сравнению с моим детством, мы с Игорем жили шикарно. У нас всегда был полный холодильник, и еду покупали не тогда, когда предыдущие запасы уже протухли или закончились, а просто потому что хотелось чего-то вкусного. Одежда появлялась в шкафу не потому, что прежняя уже рассыпалась на нитки – наступал новый сезон и пора было обновить гардероб.

Про наряды для девочек я вообще молчу. Их Игорь готов скупать бесконечно.

А еще у нас был дом! Не комната в коммуналке, не угол у родственников, а свое отдельное жилище. Ну и машины, конечно. У Игоря – крутая, солидная, «по статусу», как он любил говорить. У меня – скромная, из категории «лишь бы ездила».

Базовые потребности, если говорить сухим экономическим языком, у нас были качественно закрыты. Но все остальное… То, из чего на самом деле и состоит жизнь, а не существование, оставалось за кадром.

Мы ни разу не были на море: дорого, некогда, не сезон, опасно, давай позже обсудим. Редко выбирались куда-то семьей: устал, не сегодня, в другой раз, не интересно, вот когда будет что-то классное, обязательно сходим. Причины не делать находились всегда.

У меня не было перед глазами другого примера семейных отношений, где в отпуск ездят все вместе, пусть и раз в год, а по выходным ходят в кино или просто гуляют в парке, смеются, едят мороженое, катаются с детьми на каруселях.

Зато у меня было свое жилье, муж, дети, увлечения, крошечный садик под окнами и любовь. Долгое время мне этого было достаточно. Да что там говорить, я искренне верила, что это и есть предел мечтаний.

Игорь иногда уезжал в командировки. Возвращался отдохнувшим, посвежевшим. А после одной, двухнедельной, вернулся загорелым. Не просто подрумяненным от городского солнца, а именно бронзовым, со светлыми пятнами от солнечных очков.

– Ты… был на море? – осторожно спросила я. В голове не укладывалась мысль, что он мог поехать в отпуск без нас.

– Я же ездил в Абхазию! – мгновенно взвился, будто я ткнула его раскаленной спицей, а не задала логичный вопрос. – Там горы, солнце, понятно, что я загоревший! Или мне с партнерами нужно было по ночам общаться, а не спать? Да? Ты что думаешь, я по ночным клубам шлялся?

Он так разозлился, так наорал на меня, так яростно обвинял в недоверии и мелочности, что я почувствовала себя виноватой.

Вина засела глубоко, как заноза, и гноилась все эти годы. Сейчас рана вскрывается, пазл складывается, и я понимаю: мне не просто так казалось, что в этих «командировках» было что-то неправильное.

Так же, как и в этой нынешней ситуации, когда Игорь запер нас в дыре, а сам умотал развлекаться.

В том, что он именно развлекался, у меня не было ни капли сомнения. Иначе к чему был весь этот цирк?

Спешу к дому, сердце колотится где-то в горле. Я настолько на взводе, что готова вцепиться ему в лицо, вырвать клок его ухоженных волос, растерзать.

Пусто. Дом встречает тишиной.

У входа сдвинут коврик. Вчера мы спешили, Игорь хотел поскорее попасть на базу (издевательское ха-ха), торопил нас и торопился сам. Зацепился кроссовком за коврик, психанул, пнул его и не стал поправлять.

Это, конечно, не показатель того, что здесь не ночевал, но… была бы я Шерлоком, сочла бы уликой.

Арина поднимается в свою комнату, а я с Настеной на руках обхожу жилище, начинаю с кухни.

Все так, как мы и оставили перед уходом. Чашки в сушке стоят вверх дном ровно в том порядке, в каком я их расставила. Если бы Игорь реально был здесь, он заглянул бы в холодильник хоть раз, прошелся по полкам, оставил бы след, хотя бы крошку. Или кинул грязную посуду в раковину, никогда не кладет ее в посудомойку.

А вот это уже более конкретный показатель.

Я знаю, что его не было, но упорно ищу доказательства обратного. Зачем?

Потому что мне страшно…

Страшно признаться самой себе, что мой брак рушится.

Рассыпается на мелкие детали, они разлетаются настолько далеко друг от друга, что собрать обратно в единое целое невозможно.

Дальше мне придется жить самой, решать все проблемы, свои и детей, искать деньги и силы. Сейчас в этом пустом доме я ищу не доказательства его измены, а зацепку, которая покажет, что я ошибаюсь, что у нашего брака еще есть шанс.

Я ошибаюсь?

Вздрагиваю от резкого звонка. Игорь. Сейчас он развеет все мои сомнения или окончательно их подтвердит.

– Лизунь, как спали? – Включает бодрость по максимуму. – Собираюсь к вам выезжать. Может, надо что-то захватить? Ты ничего не забыла вчера?

– А ты сейчас дома? – еле сдерживаюсь, чтобы не заорать ему в трубку все, что я о нем думаю. Пока не время.

– Конечно! А что? – В его голосе тут же появляется знакомая напряженная нотка.

– Да так, просто. А в какой комнате? – спрашиваю почти невинно.

– Лиз, давай конкретнее, – нервно бросает. – Я полночи провозился с этими ремонтниками , рухнул на диван уже под утро, сейчас быстро кофе выпью и к вам. Дома нужно что-то?

На диване спал, говоришь? Интересно.

– Игорь, в какой ты сейчас комнате? – повторяю, мой голос становится тише и холоднее.

– Так, понятно, опять твои тупые придирки начались. Ладно, я поехал, буду через пару часов.

– Игорь, – говорю я, глядя на пустой, нетронутый диван в гостиной. – Я сейчас стою напротив этого дивана. Тебя на нем нет.

Он глубоко дышит в трубку, потом срывается на мат и сбрасывает звонок.