Развод. (не) проси все вернуть...

Глава 6

Я схватила трубку. Сердце учащенно забилось.

— Что? Кто это? — я отодвинула трубку от уха, чтобы увидеть номер звонившего.

— Фух, Ириночка Игоревна, это Александр Михайлович, — раздался в трубке знакомый голос заведующего. — Напугал?

Я насторожилась. Так глав врач заискивающе звал меня по имени-отчеству, когда ему что-то было от меня нужно.

— Нет. Все нормально.

— Так какие планы на вечер?

— Да какие планы… — устало ответила я. — Пока нет планов. Вы что-то хотели?

— Ириночка Игоревна, ты должна меня выручить. Слушай, тут такое дело… Ты, конечно, дама семейная, не знаю, отпустит ли тебя муж… — он запнулся. — В крайнем случае я готов за тебя поручиться, можешь дать мужу трубку, я тебя у него лично отпрошу.

— Подождите, подождите, — перебила я. — Александр Михайлович, вы о чём? Куда вы меня собрались отпрашивать? Что за ночные посиделки?

— Ириш, понимаешь, в чём дело… — затараторил он. — У одного оч-чень дорого человека заболела оч-чень дорогая лошадь. А лошадь, ты же понимаешь, содержать в городе несколько проблематично. Этот оч-чень дорогой человек, соответственно, живёт за городом. Лошадка семьей нежно любимая, а этот человек, который, к слову, готов очень дорого заплатить за её лечение, очень сильно нервничает. Понимаешь?

Я решительно ничего не понимала. В мою квалификацию уход за крупными животными не входил.

— Не очень, — я нервно хохотнула.

— Так я же накануне оставался с внуками и, сдуру, ходил с ними в аквапарк. И, ты не поверишь, сегодня полдня не могу разогнуться. А скакать вокруг лошади… Да еще и добираться туда… Ну, ты сама понимаешь… Плюс возраст, нюансы…

Я, мягко говоря, растерялась.

— Но, Александр Михайлович, я так не… — я хотела сказать, что не могу. И тут мой взгляд упал на переноску, из которой раздался громкий, душераздирающий мявк. Мой бедный Бубенчик! Истомился бедненький. А ведь в клинике его тоже не выпустишь, так и придется ему сидеть на передержке в клетке…

И тут я подумала: «А почему, собственно, не могу-то? Я теперь свободна, как ветер...»

Губы мои растянулись в горькой усмешке. Видала я такую свободу…

— Подождите, Александр Михайлович, — сказала я уже спокойнее, — Расскажите нормально.

— Нужно ехать за город, с ночёвкой. Лечить лошадь. Ну. Или хотя бы диагностировать, снять болевой синдром.

— А где там ночевать? На конюшне, что ли?

— Боже вас упаси, Ириночка Игоревна! Там хороший, большой загородный дом. Я эту лошадь вёл практически с рождения. Она содержится в прекрасных условиях. Я, если честно, не понимаю, что с ней произошло. Возможно, банальная простуда. А может быть, девочка беременна, такое случается. Они планировали. Не думаю, что возникнут серьёзные осложнения. Вся проблема в том, что заказчик находится удалённо от города. Это по Северному шоссе километров семьдесят, и потом ещё в сторону. Но я вам скину геолокацию, навигатор вас четко приведёт. Понимаете, спина — дело такое. Плюс возраст, как я уже говорил. Я бы мог поехать, конечно, завтра… Но я не уверен, что завтра мне станет легче, к сожалению. Ну так что, Ириночка Игоревна, вы же меня выручите? Вы же такая хорошая девочка! Я могу за вас ручаться с твердой уверенностью, что животному вы не навредите. Я вас доверяю, как себе! Можно вам доверить и клиента, и лошадку.

Ох и льстец…

Я тяжело вздохнула. Далеко, конечно. Да и вечер уже. Я не собиралась так далеко ехать. Но если там нормальные условия для ночёвки…

Да и с деньгами сейчас было не очень… Вот уж я не рассчитывала, что останусь без крыши над головой и без поддержки самого близкого мне человека… Нет бы откладывать, копить заначку на черный день. Но кто же о таком думает? Или нормальные люди думают, а это у меня одной ветер в голове, что я так безоговорочно доверяла мужу?

— Ирина? Ты тут?

— Ах, да. Хорошо, Александр Михайлович. Я поеду.— ответила я решительно.

— Ириночка Игоревна, вы даже не представляете, как вы меня выручаете! Сейчас же отзвонюсь заказчику и предупрежу, что вместо меня приедете вы. Спасибо вам огромное! Буду должен, честное слово.

Главнюк положил трубку, а я вздохнула и посмотрела на Бубенчика. Он сжался в дальнем углу переноски, только огромные глаза светились в темноте. Кот был напуган. Немудрено стресс за стрессом. Я приоткрыла клетку и просунула руку внутрь.

— Малышенька мой, не бойся. Вот видишь, как всё хорошо складывается. Вот уже и с ночёвкой определились. Ещё немного покатаемся, и я смогу тебя выпустить. Разомнёшься и подуспокоишься. Давай, малыш, поспокойнее. Всё хорошо, мамочка рядом.

Я укрыла кота его любимым одеялком, надеясь, вдруг уснет.

От слов утешения в адрес кота мне и самой становилось спокойнее.

Как же замечательно, что в нашей жизни есть животные! Этот маленький комочек, это существо, которое любит тебя всем своим маленьким сердечком безгранично и бескомпромиссно. И никакие обстоятельства не могут повлиять на его отношение к тебе. Его любовь, его преданность всегда греют душу.

Я честно не понимала, как люди живут без животных. Я всю жизнь их любила. Начиная лет с пяти, тащила в дом подбитых мальчишками из рогаток воробьев, хромых кошек, недоклеванных воронами ежей.

Родители часто пропадали по командировкам. А бабуля, которая жила с нами всю свою сознательную жизнь и меня, можно сказать, вырастила, лишь руками всплескивала, но, отдать должное, никогда не запрещала и не прогоняла с непосильной ношей.

Напротив, она помогала мне их лечить, хранила мою тайну до последнего, скрывая «пациента» в своей небольшой комнатке.

Мама же вечно ругалась, что я тяну в дом заразу. Правда, зачастую аргументов у нее не находилось. Раз уже две недели прожил, карантин прошел, никого не заразил, чего уж теперь выгонять животинку?

Так и прошло мое детство, отрочество, юность.

Я помогала в школьном зооуголке. А после в приюте для бездомных животных.

Никогда не вставало вопроса кем я стану, когда вырасту. Я знала буквально с рождения: моя миссия в этом мире — лечить и спасать животных.