Развод. (не) твой малыш

Глава 5

Захлопнувшаяся дверь отрезает меня от мужа, оставляет в полной тишине в большой пустой квартире. Несколько секунд я продолжаю пялиться на ручку, почти веря в то, что она сейчас опуститься. Вернется Наиль, обнимет меня, назовет глупышкой. Все это настолько ужасно, что похоже на дурной розыгрыш, но никак не на правду.

Слишком много информации, которая наконец, когда я осталась один на один с собой, начинает просачиваться в меня, разъедая, как кислота.

На негнущихся ногах доползаю до стула в кухне. Меня потрясывает, и немного кружится голова.

Оно того стоило, Ляля?..

Наиль считет, я ему изменила. Решила забеременеть от кого-то, чтобы… Что? Привязать его к себе сильнее? Он и впрямь считает, что я могу быть настолько отвратительной? Он ведь мой единственный мужчина. Во всех смыслах. Как он может…

Я. Не могу. Иметь. Детей.

Прикрываю ладонью рот. Муж так уверенно это говорил. Выходит, есть подтверждения? Медицинские данные? Он сдавал анализы? Не понимаю ничего. Как же это возможно?

Я повидал баб, пытавшихся повесить на меня свое чадо...

В уголках глаз скапливаются слезы, я шмыгаю носом. Может, так он и узнал? Не поверил какой-то. Решил удостовериться. Я не совсем идиотка, отлично понимаю, что на такого, как мой Наиль, засматриваются. И что есть женщины, способные на все, чтобы получить его. Но как наиль мог меня записать в этот список? Он ведь знает меня.

Это все только ради наследства…

Откинувшись на спинку стула, пытаюсь ровно дышать. Боль душит, ложится на горло, сдавливает. Я отлично помню тот момент, как Наиль сказал, что хочет от меня детей. Обнял, поцеловал в макушку, когда мы ложились спать. И сказал.

У меня тогда сердце чуть из груди не выпрыгнуло. Немного страшно было, конечно. Но… Тот факт, что Наиль захотел ребенка от меня, вознес до небес. И я парила там до сегодняшнего дня, пока сам же муж не скинул меня в пропасть на острые камни.

Боже, как больно. Он не хотел детей, он хотел получить дедушкин остров. Не верю, не верю. Не могу верить в такое.

Я не хочу знать, от кого ты нагуляла… Избавляешься от ребенка…

Взгляд цепляется за коробочку на столе. Две полоски на тесте кажутся теперь какой-то насмешкой судьбы. Как еще можно это назвать? Я беременна от Наиля. От своего мужа. И я что, должна доказывать ему это? Унижаться, умолять мне поверить, что его анализы оказались неверными? Делать ДНК-тест?

А он хочет, чтобы я просто избавилась от ребенка. Он его даже не воспринимает как живое существо. Кладу ладонь на живот. Я знаю, что мама с папой не планировали третьего ребенка. Но когда она забеременела, даже мысли не возникло об аборте. Пусть они не были лучшими родителями, но по крайней мере не желали хладнокровно меня убить.

Конечно, Наиль думает, что это не его ребенок. Но все равно…

Боже мой. Я опускаю лоб на стол, шершавая скатерть неприятно покалывает кожу. Наилю нравятся белые и накрахмаленные, как в ресторанах. И я, как дурочка, ищу такие, слежу за их чистотой, чтобы не было ни единого пятнышка. Потому что хочу, чтобы мужу было приятно. А он…

Господи, что же мне теперь делать?

— Что-то случилось, Ляль? – Геля звонит на перемене.

Я отписалась, что не приду, на большее меня не хватило. Приняла душ, пытаясь успокоиться. Легче не становилось. Жестокие холодные слова мужа так и крутятся в голове, постоянно сбивая пульс. Несмотря на то, что тепло, я лежу, укутанная в одеяло, и не могу унять дрожь.

— Неважно чувствую себя.

— Токсикоз? – спрашивает подруга, понизив голос.

Прислушиваюсь к себе. Ничего такого я пока не чувствовала. А может нервы просто перебивают все остальное.

— Типа того, – вру Геле, хотя и чувствую себя неловко.

Но сказать правду не могу. Мне кажется, у меня просто язык к гортани прилипнет, и все. Даже просто думая об этом, чувствую, как сохнет рот. Тянусь за стаканом на тумбочке и делаю несколько глотков.

— Отстой, – вздыхает подруга. – А как отреагировал муж?

Почему-то она не может называть его по имени. Делает это редко и как будто себя пересиливая. Кажется, стакан сейчас треснет в моих руках – так сильно я его сжимаю, пытаясь успокоиться. Одно напоминание о сегодняшнем утре, и меня снова колбасит.

— Пока не сказала, – снова вру. – Готовлю небольшой праздник.

— Ясно… Ну он будет рад, да? Он же сам этого хотел.

— Конечно.

Я как будто разучилась говорить, с таким трудом заставляю себя произносить простые слова. Не могу больше, не могу.

Прощаюсь с подругой и откидываю мобильный в сторону. Плачу, растирая слезы по щекам.

Не может все быть так. Просто не может. Мы с Наилем не поняли друг друга. Ошиблись, запутались. Такое бывает. Он вспылил, но за день отойдет. А вечером мы поговорим, все обсудим. Он ведь сам сказал, что выбрал меня.

Значит, я ему нужна. Дорога. Он любит меня. А все остальное – просто ужасное недоразумение.

Мы все решим. Обязательно.

Восьми часов я жду с замиранием сердца. Страх ползет по коже мурашками. Когда слышу звонок в дверь, чувствую такую дрожь, что на секунду хватаюсь за косяк.

Все будет хорошо. Мы все решим.

Взгляд мужа такой же холодный, как и утром. Наша квартира должна была уже покрыться льдом, по крайней мере, я чувствую себя именно так – словно меня заморозили.

— Привет, – выталкиваю еле слышно.

Испуганно шарю по его лицу взглядом, надеясь увидеть хоть какое-то проявление тепла. Наиль стягивает обувь и идет в комнату, на ходу отвечая на приветствие.

Я плетусь следом, замираю на входе, наблюдая, как он стягивает одежду. Надо начать говорить, но я не могу.

Муж поворачивается в мою сторону, бросая рубашку на кровать, и спрашивает:

— Ты записалась на аборт?