Развод. (не) твой малыш

Глава 7

В кухне я остаюсь одна. Тишина кажется осязаемой, давит на плечи. Мне хочется просто осесть на пол. А лучше лечь, свернувшись калачиком. Он действительно это сказал? Он. Мне. Сказал. Это.

Чтобы я собирала вещи и уходила?

Вот так запросто. Не поменявшись в лице даже. Словно ему все равно – уйду я или останусь. Словно он меня не любит.

Я бросаюсь в спальню, замираю на пороге, разглядывая все такое же спокойное лицо Наиля. Он полулежит на кровати с ноутбуком в руках. А я не к месту думаю, когда мы вообще проводили вечера иначе? Мужа или нет дома, или он чем-то занят. Доделывает какие-то срочные дела, я не вникаю. Все равно ничего не понимаю в этом.

Потом мы обычно занимаемся сексом, и он ложится спать. Вот и все. Выходные тоже не всегда удается провести нормально. Наиль таскает меня по своим друзьям-бизнесменам.

Боже, о чем я думаю вообще?

— Так и будешь молчать? – интересуется муж, не отрывая взгляда от экрана ноутбука. Что-то печатает.

— Ты меня выгоняешь? – спрашиваю бестолково.

— Если ты собираешься рожать, то нам не по пути. У меня сейчас другие планы на жизнь, Ляля.

— Вот так просто? Ты что, совсем не любишь меня?

— Я тебя? – он вздергивает бровь, все же переведя на меня взгляд. – Я готов простить тебе измену.

— Я не изменяла!

— Задолбала, – качает Наиль головой. – К чему упрямишься, Ляль. Все ведь было хорошо, пока ты не решила выкинуть этот финт.

— Сделаем тест днк, – выпаливаю я. – Сделаем его. И ты поймешь, что я говорю правду.

Щурится, сканируя меня внимательным взглядом.

— И что ты будешь делать дальше? Подкупать врачей? Говорить о врачебной ошибке?

— Наиль, пожалуйста, – не выдержав, я подбегаю и сажусь рядом с ним на кровать. Хватаю его руку в свои, сжимаю. – Поверь мне. Я люблю тебя. Одного тебя. Я на все готова…

— Сделай аборт.

— Не могу, – мотаю головой.

— Значит, не на все, – тяжело вздохнув, муж высвобождает руку и трет виски. – Слушай, Ляля, я дико устал и разгребать твои детские истерики не имею никакого желания. Я ясно тебе сказал: сейчас для ребенка неудачное время.

— Я не пойду на аборт.

Твердость в голосе удивляет даже меня саму.

Наиль убирает ноутбук в сторону и резко тянет меня на себя, усаживает сверху. Скользит взглядом по оголенным плечам, груди, аккуратно гладит мои бедра. Чувствую, что начинает возбуждаться. Вдавливает меня в себя.

Я кусаю губы, видя знакомый, полный желания взгляд. Еще через мгновение оказываюсь придавлена сильным горячим телом. Наиль гладит и сжимает, оставляя дорожку поцелуев на шее. Раньше от таких ласк я моментально улетала, переставала соображать.

Но сейчас навязчивая мысль никак не уходит: а не вредно ли для малыша, если мы будем заниматься сексом? Как это вообще все там устроено?

— Наиль, Наиль, подожди, – шепчу я, когда он стягивает с меня майку, обнажая грудь. – Я… Я так не могу.

— В смысле? – хмурится муж.

— Ну… Это может быть вредно… Я… Я не хочу…

— Охренеть ты придумала, Ляля, – низким голосом с угрожающими вибрациями замечает муж. – Решила меня еще без секса оставить?

— Нет! Нет… Я просто… Это все… Я так не могу.

Наиль матерится, вставая с меня. Молча достает из шкафа джинсы и футболку. Я наблюдая, как он переодевается.

— Ты куда? – спрашиваю недоуменно.

— Прогуляюсь, – кидает муж, не удостоив меня взглядом. А потом тупо уходит. Больше ничего не сказав.

Когда закрывается входная дверь, я таки укладываюсь на кровати и поджимаю ноги. Плачу, не стирая слезы. Все должно было быть не так. Это должно быть счастливое событие. Наша жизнь после него должна была измениться к лучшему, наполниться новыми смыслами.

Как он мог уйти? Наговорить мне таких гадостей и просто бросить одну. Выгонять меня. Но это несерьезно он, я знаю.

Боже, но как же объяснить ему все? Как заставить поверить, что я не лгунья и не изменница?

Почему он так со мной? Такой холодный, жестокий, как он так может?

Следующий час я провожу примерно в таких мыслях, а потом начинаю волноваться, что Наиль не возвращается. Набираю, но он сбрасывает через несколько гудков. Так несколько раз. Тревога сдавливает грудную клетку, мешая дышать.

Звоню снова, Наиль присылает короткое смс:

“Я хочу побыть один”

Откидываю телефон на кровать и кусаю губы. Я не могу сидеть тут вот так, с ума сходить в одиночестве.

“Ты где?” – пишу, доставая красивое платье.

Оно мне очень идет, но сейчас я думаю об этом совершенно отстраненно. Наиль говорил, я выгляжу в нем шикарно. Изысканно и одновременно соблазнительно.

Сообщение прочитано, но ответа нет. Глухая горечь сушит глаза, не оставляя слез. Ощущение, что мой мир раскалывается на части, а я упорно пытаюсь склеить их обратно. Жаль, что Наиль не хочет мне помочь.

А что, если он меня действительно бросит?

Роняю платье на пол, сама опускаюсь следом. Я не переживу. Просто не смогу. Это звучит равнозначно выпотрошить наживую. Без Наиля я не могу. Я без него ничто. Вся моя жизнь сосредоточена на нем.

Он ее центр, смысл. Он так помог мне. В Москве было одиноко и страшно, казалось, никто не понимает меня. И тут мы встретились. И Наиль сразил меня наповал. Одним взглядом. Сильный властный самоуверенный.

А теперь…

Нет, нет, он так не поступит со мной. Он ведь, даже решив, что я изменила, сказал, что прощает. Потому что любит меня.

А что, если действительно сделать аборт? Я могу забеременеть и позже… Тем более я-то точно знаю, что Наиль может стать отцом. Когда-нибудь он созреет, и тогда…

Кажется, я перестаю быть в ладу с самой собой. Просто… Какой во всем происходящем смысл, если рядом не будет Наиля?