Развод. Недостойная жена

Глава 3

— Но это же детские игрушки! — я чувствую, как горячие слезы обжигают щеки, оставляя мокрые дорожки на ледяной от ужаса коже. — Они ни в чем не виноваты! Это всего лишь...

— Виноваты в том, что родились от такой матери! — голос свекрови, словно лезвие, перерубает мою последнюю надежду на капельку сострадания. Она стоит на верхней ступени, возвышаясь надо мной, как судья в черной мантии. Ее поза, ее скрещенные на груди руки, ее подбородок, задранный вверх… все кричит о непреклонности и праведном гневе.

Сабина, услышав этот безжалостный вердикт, начинает рыдать еще громче, с новой силой. До ее детского сознания доходит чудовищная правда: любимую куклу Амелию, с которой она не расстается даже во сне, придется оставить.

— Амелию... я хочу Амелию... — всхлипывает она, отчаянно протягивая пухлые ручки к дому, к своей комнате, к своему маленькому миру, который только что рухнул.

Я от ужаса прижимаю ее к себе еще сильнее, стараюсь хотя бы объятиями защитить от такой жестокости.

Мне срочно надо уходить отсюда! Мне нужно оказаться как можно дальше отсюда!

Это слишком жестоко. Слишком чудовищно.

Я не могу с детьми на руках бороться против человека, которую считала собственной матерью. Только ужасно обманывалась.

В одночасье все обрушилось беспощадной лавиной предательства..

Мадина стискивает зубы так сильно, что на щеках проступают желваки. Она сжимает кулачки, пытаясь быть сильной. Но я вижу, как дрожит ее подбородок, как в ее больших, умных глазах блестит непролитая слеза. Она думает обо всем, что составляло ее жизнь.

А Милана уже не сдерживается. Ее тихий, полный обиды и непонимания плач разрывает мое сердце. Она, должно быть, представляет своего плюшевого мишку Брауни, который останется один-одинешенек в большой, теперь уже чужой комнате.

— Все хорошо, малышка. У тебя все будет, обещаю, — шепчу я, пытаясь успокоить Сабину, но слова застревают в горле, превращаясь в ком. Я и себя стараюсь успокоить, придумать, что делать дальше, но меня накрывает паника.

— Когда будет? — она поднимает ко мне заплаканное, опухшее личико. И столько боли, столько взрослого отчаяния в ее детских глазах, что я готова вырвать собственное сердце и отдать ей, только бы она перестала так страдать.

Я поворачиваюсь, отчаянно желая уйти. Но голос свекрови останавливает меня.

— Постой, — говорит она холодно.

Я замираю, не оборачиваясь. Не хочу видеть ее лицо.

— Я хочу, чтобы ты знала, — продолжает она, и ее шаги по каменным ступеням звучат гулко, приближаясь ко мне. Она подходит вплотную, больно хватает за локоть и со злостью шепчет мне у самого уха. — Это не спонтанное решение. Я слишком долго терпела. Пятнадцать лет я смотрела, как увядает мой сын рядом с тобой.

— Увядает? — я резко оборачиваюсь. От ее слов перехватывает дыхание. — Адилхан счастлив, – шепчу, упрямо глядя в ее глаза. – Он любит меня, он любит своих дочерей!

Я верю, что когда Адилхан узнает о произошедшем, он… он…

— Любит? — она усмехается, и эта усмешка полна яда. — Он жалеет тебя, Латифа. Жалеет, потому что ты пустышка. Красивая оболочка без содержания. Он женился на тебе по молодости, по глупости, ослепленный твоей тогдашней красотой. А я терпела и ждала. Ждала, когда ты подаришь мне внука, когда докажешь, что достойна носить фамилию Макашевых. Но ты не смогла. Трижды не смогла.

Ее слова впиваются в меня, как раскаленные иглы.

Пустышка. Увядающая красота.

— Мой сын — глава рода! Он должен оставить после себя наследника, а не выводок девчонок, которые уйдут в чужие семьи! — ее глаза горят фанатичным огнем. — Я исправляю его ошибку. Я даю ему шанс на настоящее счастье, на полноценную семью. С женщиной, которая подарит ему сына.

До меня не сразу доходит, что она сказала

– С женщиной? – шепчу одними губами.

________

Сегодня редкая скидка!

ИЗМЕНА. ВТОРАЯ ЖЕНА МУЖА

https://litnet.com/shrt/dTlf