Развод. (не)сможешь без меня

Глава 18. Жестокие условия

Это самые страшные три дня в моей жизни.

В больнице со мной не делают ничего особенного, но постоянно осматривают и проводят миллион анализов, чтобы убедиться, что ребёнок в порядке.

Пожалуй, одни только мысли о нём и держат меня в состоянии адекватности. Я листаю сайты для мамочек, читаю статьи о том, как всё обустроить, подготовить кота к рождению малыша и минимизировать риски возникновения аллергии, потому что мне совсем не хочется, отдавать куда-то Лео.

Пытаюсь придумать, что нужно купить и как всё это должно выглядеть, но каждый раз прихожу к мысли, что моя идея с разводом рискует пойти лесом. Одна только коляска стоит так, будто я беру автомобиль. Можно, конечно, посмотреть объявления и купить с рук, но всё же своему ребёнку хочется взять самое лучшее. К тому же эти сложные и непонятные вопросы о типах колясок. В одних статьях пишут о том, что нужно покупать трансформеры, съёмные люльки и кресла, в других, что лучше купить отдельные модели на разные жизненные периоды.

Я беременна всего ничего, а уже понимаю, что форумы для мамочек — страшное место, в которое заходить нужно с очень большой осторожностью.

— Ты всё лежишь, — в палату входит Лера.

— Рановато ты, — я откладываю телефон. — Мне ещё не выдали никаких документов.

— Ну и что? Вещи собрать не хочешь? У нас так-то полно дел сегодня.

— Знаешь, я не уверена в том, что мне стоит съезжать сейчас, — опускаю взгляд. — В конце концов, беременность — это не шутки, я давно хочу ребёнка, а поднять его самой… не знаю даже.

— Слушай, ну он же помогать будет финансово. Нет так заставим! — Лера решительно распахивает шкаф и кидает на мою постель спортивную сумку, в которой я привезла те немногие вещи, что у меня были. — Ты что, всю жизнь собираешься это терпеть? Головой-то подумай. Твой муж уехал с грудастой помощницей в «командировку». Мы обе видели фотку, на которой он очень однозначно раскладывал её на столе. Ты готова мириться с подобным, пока сама будешь бегать и менять подгузники?

Я поджимаю губы. Не знаю я. Есть ли правильный ответ на этот вопрос? Пока в моей голове вертится столько цифр, что я ловлю себя на понимании, что я готова мириться с изменами Саши, лишь бы мой ребёнок ни в чём не нуждался. Гордость против потребностей ребёнка, возможности обеспечить его всем необходимым.

В то же время вопрос Вани, про то люблю я мужа или уже нет, не выходит из моей головы. Я до сих пор не знаю на него ответа.

Пожалуй, я просто трусиха. Та, кто не готова отказаться от комфортной жизни и взять на себя ответственность. Если бы не ребёнок, решиться было бы проще. Я не уверена, что справлюсь со всем сама. Мне было бы легче просто собрать вещи и уехать, заботиться только о себе, но сейчас, когда от этого решения зависит только моя жизнь, я не знаю, как поступить.

Ребёнок — это очень дорого, а я не представляю, как успеть всё и одновременно с этим ещё и работу искать. Помощи ждать неоткуда, мама изведёт меня, а Лера сама из тех, о ком приходится заботиться. Засада.

— Сашка-то свалил уже в свои Таити?

— Что? — не понимаю я.

— Я думаю, он не в Москву полетел, а повёз любовницу к морю. Пожарить на белом песочке.

— Лер, не надо, — я опускаю взгляд. — Я видела фото, он действительно на выставке, его снимали там.

— Вот и славно, не будет тебе мешать доделать начатое. Одевайся давай, сейчас поедем к тебе за вещами, но сперва заскочим в одно место.

— В какое? — настораживаюсь я.

— Увидишь.

Пока я собираю то немногое, что успела привезти сюда, Лера идёт к врачам и добывает мне выписку. Если ей нужно, она бывает крайне настойчивой и пробивной. Мне даже неловко оттого, что сестра столько ради меня старается.

Гадкий голосок внутри требует, чтобы я была осторожной и не надеялась, что это бескорыстная помощь. Лера обязательно попросит меня о чём-то позже. Я отмахиваюсь от него как могу, но выходит неважно. Голос прав. Я была бы совсем идиоткой, если бы не запомнила за всё это время, что у Леры всегда есть скрытые мотивы.

Одеваемся и выходим на улицу. Перед крыльцом дожидается Оля, которая, видимо, взяла машину матери. Мы садимся, пристёгиваемся и выезжаем. Я ловлю себя на том, что нервничаю сильнее обычного.

— Только едь аккуратнее, пожалуйста, — прошу я.

— Путаешь меня со своим муженьком? — усмехается подруга.

— Почти-бывшим-муженьком, — хмыкает Лера, вбивая адрес в навигатор. — Но с ним мы разберёмся.

— Сперва всё выясним, — осторожно обозначаю я границы.

— Да, — кивает Оля. — Я встречалась с парнем одним. Он адвокат. Теоретически я могу попросить его помочь отжать часть бизнеса при разводе.

— И что я буду с ней делать?

— Настюх, не тупи, — закатывает глаза Лера. — У тебя ребёнок будет. Купишь себе квартиру где-нибудь, всякие пелёнки-подгузники и вот это всё. Тебе что, деньги лишние?

— Вот, — соглашается Оля. — А жить с изменщиком — это себя не уважать. Сегодня бабу на столе раскладывает, завтра на конференцию с ней уедет, а потом что? Тебя выгонит на мороз, а той клуше ребёнка твоего отдаст и скажет, что теперь она мать?