Развод = новая жизнь

Глава 7

День не задался с самого утра. Шел сильный дождь, машина завелась лишь с третьей попытки, демонстрируя мне, что ей давно пора на заслуженный отдых, ну или хотя бы в сервис.
– Знаю, милая, знаю, – уговаривала я ее, как живую, пока дворники еле справлялись с потоками воды, – Ну потерпи немного. Обещаю, что в выходной отвезу тебя на техосмотр, – Машина недовольно заурчала, но все же сдвинулась с места, плюхнувшись в очередную лужу с таким звуком, что я вздрогнула. "Хорошо хоть, не заглохла", – подумала я мрачно.

В клинике я едва успела заскочить в лифт как раз перед тем, как двери начали закрываться. Вздохнула с облегчением, прислонившись к стенке, снимая мокрый плащ. Но облегчение было преждевременным.

– Извините, – буркнул низкий, недовольный голос справа.

Я оторвала взгляд от пола и обомлела. Мой мокрый зонт нечаянно зацепил ногу мужчины, стоявшего рядом. А точнее – его идеально отглаженные брюки и... мои же собственные колготки. С характерным неприличным звуком тонкая ткань порвалась, обнажив добрый кусок кожи на лодыжке. Краска стыда залила лицо.

– Ой! Простите, я нечаянно... – залепетала я, отдергивая зонт.

– Не страшно, – отрезал тот самый голос, ледяной и безразличный, – Просто будьте осторожнее.

Я подняла взгляд, готовая извиниться еще раз, и... замерла.

Мужчина. Лет сорока, не больше. Высокий, с мощными плечами, в идеально сидящем, явно дорогом темно-сером костюме. Лицо – резкое, с сильным подбородком и высокими скулами. Властный взгляд холодных серых глаз под густыми бровями скользнул по мне сверху вниз, оценивающе и без тени симпатии. От него исходил легкий, но очень дорогой и уверенный аромат – что-то древесно-кожаное с ноткой мяты. Не парфюм, а заявление. Он выглядел как воплощение власти и контроля посреди моего мокрого, безрадостного утра. И он явно считал меня неловкой неудачницей, испортившей ему брюки.

– Да, конечно, – пробормотала я, чувствуя себя гадким утенком в своем мокром плаще, промокших балетках и теперь еще с порванными колготками. Отличное начало дня , Александра. Просто блеск.

Он отвернулся, уткнувшись в телефон. Лифт медленно полз вверх. Каждая секунда тянулась вечностью. Я пыталась незаметно прикрыть дыру на колготке плащом, мысленно посылая к черту и дождь, и старую машину, и особенно этого высокомерного красавца в костюме.

Наконец, лифт остановился на нашем этаже. Я рванула вперед, стараясь выскользнуть первой, но он шагнул одновременно со мной. Его плечо слегка задело мое. Касание было мимолетным, но таким... твердым. И снова этот дьявольский парфюм.

– После вас, – он отступил на полшага, сделав жест рукой. Вежливость была безупречной, но в ней сквозило снисхождение. Как будто пропускал назойливого щенка.

– Спасибо, – процедила я, проскальзывая мимо и устремляясь к ординаторской. Мне срочно нужны были запасные колготки из шкафчика и глоток кофе. Хотя бы кофе.

Я уже почти добежала до двери, когда услышала за спиной взволнованные голоса медсестер и громкий, властный голос нашей старшей сестры Галины Викторовны:

– Коллеги, внимание! Позвольте представить вам нашего нового заведующего отделением! Доктор Волков, Арсений Владимирович. Прошу любить и жаловать! Арсений Владимирович, это наш коллектив...

Я замерла как вкопанная, медленно оборачиваясь. Сердце упало в пятки.

Там, посреди коридора, окруженный почтительно замершими медсестрами и ординаторами, стоял он. Тот самый мужчина из лифта. Властный. Холодный. В безупречном костюме. С каплей дождевой влаги на идеально уложенных темных волосах. И теперь он смотрел не на меня, а поверх голов собравшихся, тем самым ледяным, оценивающим взглядом. Взглядом хозяина, пришедшего осматривать новые владения.

– Волков Арсений Владимирович, – его голос, четкий и громкий, без тени сомнения, прокатился по коридору, – Рад приступить к обязанностям. Ожидаю от каждого профессионализма, дисциплины и полной отдачи. Первый обход – через полчаса. Будьте готовы. Галина Викторовна, пройдемте в кабинет, обсудим текущие вопросы.

Он повернулся, его взгляд скользнул по коридору... и остановился на мне. На моем мокром плаще. На моих, наверняка, перепачканных дождевой грязью балетках. И, кажется, на той самой дыре на колготке, которую я так безуспешно пыталась прикрыть. В его глазах мелькнуло что-то – не узнавание, нет. Скорее легкое презрение и насмешка. Он едва заметно кивнул в мою сторону Галине Викторовне, словно спрашивая: "И этот человек тоже работает здесь?"

Галина Викторовна засуетилась:
– Да, да, Арсений Владимирович! Это наша Александра Петровна, один из наших опытнейших терапевтов, психотерапевт по совместительству. Александра Петровна, познакомьтесь, это…

– Мы уже... пересекались, – сказал он, перебивая ее. Его голос был ровным, но в нем явственно прозвучала ледяная вежливость, – В лифте. Надеюсь, ваш рабочий вид не всегда столь... экстравагантен, доктор?

Он не улыбнулся. Это не была шутка. Это был выстрел. Точный и язвительный.

Весь коридор смотрел на меня. Я чувствовала, как горит лицо. Гнев, стыд и дикое желание провалиться сквозь землю боролись во мне. Но двадцать лет работы, недавняя война с бывшим мужем и необходимость выживать закалили меня. Я выпрямила спину, посмотрела ему прямо в глаза, игнорируя насмешливые взгляды пары ординаторов.

– Утро выдалось дождливым, доктор Волков, – сказала я спокойно, хотя внутри все дрожало, – Но моя работа, в отличие от моего внешнего вида, всегда безупречна. Если позволите, я приведу себя в порядок и присоединюсь к обходу. Добро пожаловать в отделение.

Я не стала ждать его ответа. Развернулась и вошла в ординаторскую, громко закрыв за собой дверь. Прислонилась к ней, закрыв глаза. Сердце бешено колотилось.
Арсений Владимирович Волков, – пронеслось в голове. Новый начальник. Тот самый тип из лифта. И я только что устроила ему сцену... или он устроил ее мне? Или мы устроили ее друг другу?
День, который не задался с утра, обещал стать просто адским.