Развод. Обойдусь без тебя

Глава 5. Знакомое лицо

Ехать в автобусе с таким багажом — не вариант. Хорошо, что Ольга мне заплатила больше положенного, а Эдик забыл забрать у меня деньги. Возьму такси до автовокзала. А там два часа на старом пазике, и я дома. Заранее позвоню маме, чтобы встретила меня на автостанции.

Я вызвала такси и принялась ждать. Когда приехал водитель, то удивленно посмотрел на Марусю.

— Девушка, это ни в салон, ни в багажник не влезет, — почесал он затылок, — а у нее нога отстегивается?

— Точно, — я хлопнула себя по лбу ладонью, — она же выкручивается.

Вскоре я упаковала сложенную ногу манекена в один из баулов, а черный корпус усадила рядом с собой на заднее сиденье.

Все же хорошо, что Эдик заставил меня Марусю забрать с собой. Это поможет мне в дальнейшей работе. Снова он прав, а я — дура, которая хотела бросить свой рабочий инструмент. Только коробку со швейной машинкой и ящик с кучей портновских прибамбасов на дно сумки первым делом уложила…

Так! Стоп!

Хватит снова восхвалять этого гада, а себя унижать! Как там говорила Ольга: «Он тебе внушил, что ты глупая и никчемная. Просто критиковал все твои действия, чтобы ты поверила в свою безмозглость и зависимость от его советов».

Надо снова учиться мыслить нормально и самостоятельно. А Марусю я чуть не оставила от растерянности и огорчения. У меня горе, между прочим!

Видимо, все мысли читались на моем лице. Водитель поглядывал на меня в зеркало заднего вида, но с вопросами не приставал. Хотя ему явно было интересно, чего это зареванная дамочка на себя манекен повесила…

Не его дело. Лишь бы билеты в кассе до моего Ольховска были.

Пока мы ехали, я смотрела в окно на весенние улицы города, на первые маленькие листочки, что пробивались на голых березовых ветках, и робкие головки одуванчиков, которые выглядывали среди ранних сорняков на газонах.

Совсем скоро я буду в родном доме. Мама с бабушкой уже вырастили рассаду и на Майские праздники будут пересаживать ее в парник и теплицу. Я возвращаюсь к самому началу посадочных работ, а значит, сидеть без дела времени совсем не будет. Еще бы работа в поселке по специальности нашлась… Надо будет поспрашивать… В крайнем случае пойду работать на ферму, как и половина населения Ольховска.

Правильно, лучше я буду думать о новой работе и сельскохозяйственных буднях, чем о муже-подлеце. Так будет легче пережить все, что со мной сегодня приключилось.

Такси остановилось у привокзальной площади. Я вылезла из машины, оглядываясь по сторонам. Вокзал гудел, как растревоженный улей. Люди сновали туда-сюда с чемоданами, сумками и баулами. Крики носильщиков, объявления диспетчеров, шум прибывающих и отъезжающих автобусов — все смешалось в единую какофонию.

С трудом протискиваясь сквозь толпу, я тащила за собой свои объемные сумки и манекен. Маруся болталась у меня за спиной, привлекая к себе всеобщее внимание. А что поделать, если руки у меня всего две?

У кассы выстроилась длинная очередь. Я прибыла в самый обеденный час пик. Люди переминались с ноги на ногу, нервно поглядывая на часы, ворчали и неспешно продвигались к заветному окошку, за которым сидела мордастая тетка с отрешенным видом. Я заняла место в хвосте и принялась ждать. Марусю я переместила вперед себя и обнимала ее руками, бережно прижимая к груди. Некоторые пассажиры начали меня втихушку фотать. После каждого шага приходилось наклоняться и передвигать сумки. Чувствую, спина мне сегодняшний аттракцион с тяжестями не простит…

Кажется, с такой скоростью на ближайший автобус я не успею. Придется куковать тут до семи вечера, когда пойдет следующий, он же последний рейс… Столько времени потеряю.

Минуты тянулись мучительно долго. Очередь двигалась черепашьим шагом. Я чувствовала, как усталость подступает к ногам. Спина ныла от таскания по лестнице дома тяжелых баулов, а руки затекли от веса Маруси. Я даже жалела, что не взяла такси прямо до Ольховска. Но тогда бы точно все деньги закончились. А висеть на шее мамы и бабушки не хотелось.

Вдруг сквозь гам вокзала, я отчетливо услышала громкий, командный голос:

— Кому ехать до Ольховска? Есть одно место!

Обернувшись, я даже не поверила своим глазам. Набрав воздуха, я покрепче прижала одной рукой к себе Марусю, а второй замахала в воздухе:

— Дядя Олег, меня возьмите!