Развод. Она хочет моего мужа

Глава 2. Шила в мешке не утаишь.

Марина

В трубке повисает тишина, нарушаемая лишь взволнованным дыханием Иры. Я же, напротив, стою на месте и, кажется, вообще не дышу. Впадаю в тотальный ступор, теряя всякую связь с реальностью. Только в голове эхом проносится ее последняя фраза: «По-настоящему, Марин. Взасос…»

Поверить не могу. Мой муж действительности целовался с какой-то девицей?

Господи…

Раньше я думала, что, узнав об измене Давида, испытаю адские страдания. Но, как ни странно, боли почти нет. По крайней мере, пока. Зато есть скорбное осознание, которое оседает в душе горьковатым послевкусием.

Ну, теперь-то все ясно. Почему он отдалился. Почему избегал. Почему стал вести себя так, будто семья ему в тягость.

Вопросы, которыми я задавалась на протяжение нескольких последних лет, внезапно получили ответ. Обидный. Гадкий. Ранящий. Но при этом многое объясняющий.

Если Назаров и впрямь завел молодую любовницу, то нет ничего удивительного в том, что он больше меня не хочет. Я ведь уже далеко не девочка. Дважды рожавшая. Со шрамом от кесарева на животе и морщинами в области лба. Как мне тягаться с двадцатилетней нимфой, которая на ощупь наверняка напоминает волейбольный мяч? Упругая, гладкая, подтянутая.

Моргаю. Скопившаяся в уголках глаз влага изливается наружу, оставляя влажный след на щеке, и я торопливо утираю его ладонью. Сейчас не время проявлять в эмоции – неподалеку дети.

– Мариш, ты тут? – интересуется Ира, находящаяся на том конце провода.

– Да, – киваю я, судорожно сглатывая.

– Скажи, я зря это все рассказала? Может быть, нужно было сохранить увиденное в тайне?

– Нет-нет, ты правильно поступила, – спешу избавить подругу от мук совести. – Шила-то в мешке не утаишь, я бы все равно узнала. Нет от тебя, так от кого-нибудь другого.

– Я тоже так подумала… Но теперь чувствую себя гонцом, который принес дурную весть… А за такое раньше головы отрубали…

– Если кому-то и следует отрубить голову, то точно не тебе, – во мне откуда-то берутся силы на сарказм.

– Да уж… – вздыхает. – Что будешь делать, Марин?

– Не знаю, – отвечаю честно, потому что в голове пока правда ноль идей. – Мне нужно время, чтобы прийти в себя и осмыслить случившееся.

– Понимаю, – в голосе Иры сквозит сочувствие. – Имей в виду: я рядом.

– Хорошо. Спасибо тебе.

– Да было бы за что…

– Я перезвоню.

Сбрасываю вызов и несколько минут гипнотизирую взглядом сумрачную даль за окном. Ну надо же. Еще вчера я была убеждена, что у нас с Давидом просто временный кризис, который мы непременно преодолеем, а теперь…

Теперь у меня такое чувство, словно я на полной скорости лечу в зияющую бездну. Ухватиться не за что. Спастись невозможно. Только свист ветра в ушах и звенящая пустота в сердце.

Тринадцать лет брака. Двое детей. Общее имущество. Тесно переплетенные родственные связи. Неужели это все ничего не значит? Неужели интрижка на стороне стоит таких жертв?..

– Мам, ну ты где? – меня окликают заждавшиеся дети.

У них на уме лишь игра в «Монополию». Никаких других проблем. И я должна сделать все, чтобы так оставалось как можно дольше.

– Иду-иду, – нарочито бодро отзываюсь я, пряча мобильник в карман халата. – На чем мы остановились?

Проходит еще полчаса, прежде чем Макс и Анька окончательно меня разоряют. Деланно ворчу из-за проигрыша, а затем отправляю детей чистить зубы и готовиться ко сну.

Сама тем временем прибираюсь на кухне, запускаю посудомоечную машину и поднимаюсь к себе. Сегодняшний день был насыщенным и активным, но я истощена совсем не по этой причине. Новость, которую преподнесла Ира, подкосила меня. И я понимаю это только сейчас, оставшись наедине с собой.

Забираюсь в постель и, свернувшись калачиком, закрываю глаза. Я не строю иллюзий, что у меня получится уснуть до прихода Давида, но, по крайней мере, хочется хоть немного набраться сил. А то такое ощущение, будто меня грузовик переехал: голова трещит, поясница ноет, в глазах неприятная резь.

Интересно, чем сейчас занят мой муж? Работает? Или проводит время со своей новой женщиной? У них уже был секс? Или они только на пути к этому?

До меня внезапно доходит, что Ира видела Назарова и его любовницу не в ресторане и не в отеле, а в автосервисе. Не самое очевидное место, согласитесь? Тут два варианта: либо она там работает, либо, что наиболее вероятно, он помогает ей обслуживать машину.

И это, черт возьми, вдвойне обидно. Потому что тогда это не просто страсть, а настоящее проявление заботы. Лично мне Давид уже давно не помогает. Все вопросы, касающиеся автомобиля, я решаю сама: и колеса меняю, и ТО прохожу, и на мойку загоняю.

Шорох, раздавшийся откуда-то снизу, заставляет меня напрячься и вздрогнуть. Неужто Давид пришел? Кидаю беглый взгляд на часы: двадцать минут девятого. Похоже, действительно он.

– Не спишь? – муж неспешно заходит в спальню и, встав у зеркала, принимается расстегивать рубашку.

Чисто визуально все такой же: никаких следов помады на вороте, чужих волос и прочих признаков наличия другой женщины. Однако это меня не успокаивает.

– Как раз собиралась, – отвечаю сдержанно.

– Как прошел вечер?

– Играли в «Монополию». У меня есть подозрение, что мы растим либо гениальных финансистов, либо выдающихся мошенников. Одно из двух.

– Рад это слышать, – усмехается муж. – В мире шакалов лучше быть львом.

Он снимает рубашку и отшвыривает ее в корзину для белья.

– Я хотела спросить, – осторожно перехожу к главному, – ты давно был в автосервисе на Чуйкова?

– Недавно, – он и бровью не ведет. – А что?

– Просто я туда вчера звонила, а администратор сказала, что Артур, наш мастер, больше не работает…

– Наверное, что-то перепутала. Я заезжал туда буквально пару дней назад, и Артур был на месте.

Что ж. Похоже, Ира не ошиблась.

– Ясно, – киваю, ощущая ноющую тоску где-то под левым ребром. – А что ты там делал?