Развод. Ошибка императора дракона

Глава 22. Желания

Дыхание перехватывает. От возмущения. От боли. От того, насколько мы близко, и я не иначе как по привычке ловлю приятное тепло от его объятия. Голову кружит знакомый аромат смеси бергамота с чем-то терпким, свойственный только Рэю. Плотину вот-вот прорвёт.

— Какой же ты… — начинаю я с горечью, но замолкаю, потому что ругательство не приходит в голову.

А следом из глаз идут слёзы, делая лицо Рэйнгарда нечётким.

Не хочу! Как просто ему дались эти слова. А что я хочу, это совсем неважно! Захотел — выкинул, захотел — обратно взял. Я для него кто, послушная кукла?

— Сана, — зовёт он меня. На миг я погружаюсь в прошлое. Голос такой же, как раньше, без холода и стали, без недоверия, а с искренним беспокойством.

Или мне так только кажется.

Это я хотела обманываться, хотела верить в то, что он любит меня. А на деле…

— Сана, — повторяет он и смазывает мою слезу большим пальцем.

Меня прорывает. Не думала, что простые прикосновения Рэя могут принести столько отторжения и боли.

— Пусти! — чуть ли не рычу я.

Я вырываюсь, я на грани, чтобы ударить или укусить его. Но вбитое в голову воспитание не позволяет. Бабушка бы в обморок упала, ударь я императора.

— Отпусти же, — теперь в голосе слышно отчаяние, сжимаю пальцы, царапая ткань его камзола, вырываюсь так, словно попала в лапы бандита, а не в объятия бывшего мужа.

Рэйнгард отпускает. Отхожу на несколько шагов, вытираю ладонью слёзы и набираю в грудь воздух.

— Как ты можешь так говорить? Выкинул меня, а теперь приехал? Ради чего? Любовницей меня решил сделать?

Всматриваюсь в лицо и глаза Рэйнгарда, словно надеюсь прочитать на нём ответ.

— Сана, успокойся, — уже жёстче говорит он, делая шаг вперёд.

Но я и не думаю. Я только начала!

— Ты обещал заботиться о сыне, а сам!.. Зачем ты прилетел? Не хочешь отпускать? А я не хочу тебя видеть!

— Сана! — он снова хватает меня и прижимает к стене, заставляя замолчать от неожиданности. Цедит, — Хочешь ты или нет, мы с тобой уже связаны.

— Ты всё разрушил, — мой голос теряет силу.

Вспышка прошла, и меня выключили будто магическую лампу. Накатывает равнодушие. Я скольжу взглядом по некогда любимым чертам лица Рейнгарда, мужественному подбородку, скулам, тонкой линии губ, меланхолично отмечая, что выглядит он уставшим и явно сдерживает злость, чтобы подобрать слова.

— Раз выкинул, будь последовательным до конца, — уже спокойнее и тише говорю я. — Ты делаешь только хуже.

— Ты устала, — настаивает он. Похоже, я так до него и не достучалась. — И я тебя не выкинул. Отправил в родительское поместье.

— Спасибо, — не сдерживаю сарказма.

— Здесь безопаснее. И здесь ты выросла.

— И встретила тебя, — горько усмехаюсь.

Рэй замолкает. Наконец, начинает понимать, что я чувствую. По крайней мере, хочется в это верить.

— Хочешь, чтобы я выделил тебе один из дворцов? — чуть помедлив, говорит он.

— Нет, предпочту остаться. Хотя бы до весны.

Мы уже обустроились. Договорились с кормилицей из деревни, потому что у меня почти пропало молоко. В дороге можно попасть в буран и застрять, малышка может раскапризничаться. Нет уж, лучше останусь здесь.

— Тогда чего ты хочешь? — прямо спрашивает он. Наконец, соизволил поинтересоваться.

— Чтобы ты ушёл, — так же честно отвечаю я.

Рана не зажила, а только начала затягиваться. А Рэйнгард одним присутствием её ковыряет.

— Я тебе помешал? — прищуривается он, явно меня в чём-то подозревая.

Хотя в чём? Из потенциальных любовников у меня тут только пожилой Тобрин. Или Рэй докатился до того, чтобы подозревать своего человека, Эда? Смотрю на Рэйнгарда хмурым взглядом исподлобья, желая выразить им всё то, что я о нём думаю.

— Я думал, ты хочешь забрать ребёнка, — говорит он спокойнее. — Уже нет?

— И ты бы вернул? — хмыкаю я.

Мы замолкаем, разговор зашёл в тупик. Стараюсь не смотреть на Рэйнгарда, поворачиваю голову вбок.

Он отходит назад, отпуская меня. Поправляет камзол.

— Хорошо. Я исполню твоё желание и уйду. Но в следующий раз, когда мы встретимся, я заберу тебя.

— Зачем? — уже в который раз спрашиваю я, не особо надеясь на ответ.

Рэйнгард оглядывает наш малый зал, не забывает посмотреть на пол и на потолок. И заканчивает:

— Потому что ты должна быть не здесь.

После этих слов он выходит, чеканя каждый шаг. А я подхожу к диванчику и без сил опускаюсь в него. Устала словно от физического труда, хотя мы просто поговорили. Надо подняться, проводить гостя.

Кому надо? К чему эти условности, если я его, по сути, выгнала?

Сижу, откинувшись на спинку, сама не знаю, сколько времени. Пора проверить малышку и спать. Но стоит мне подняться, как в комнату заходит Лэйла.

— Госпожа. Неужели император заберёт нашего Эрина?

— Кого? — переспрашиваю я. А потом вспоминаю, что Эд назвался при Лэйле именно так. — Как?

— Не знаю. Он оделся и вышел за ворота вместе с императором. И не вернулся.