Развод. Отомщу всем

Глава 1

– Наконец-то ты приперлась. – неожиданно, слышу строгий голос своей свекрови, что выглядывает с моей кухни, – Почему ты так задерживается на работе, Наташа? Уже не в первый раз, мне Руслан жаловался.

Я только зашла в квартиру и сбросила туфли у порога. Спина гудит после восьми часов за компьютером, но отдыхать не собиралась.

Нужно ужин приготовить, посуду помыть после этого самого ужина, потом проверить у Маши домашнее задание, решить с ней математику, вещи заранее подготовить Димке в садик, чтобы муж не напутал, во что сына завтра одевать. Стирку закинуть, продукты на завтра заказать…

В общем, куча дел помимо работы, на которой я специально никогда не задерживаюсь, чтобы дети не ждали и муж.

Но свекровь, которой вообще здесь быть не должно, никогда мне не верит. Всегда считала, что я специально в офисе отлыниваю от домашних дел.

– Что вы здесь делаете, Раиса Петровна? – спрашиваю, прислушиваясь к звукам.

В квартире стоит непривычная тишина, не считая голоса свекрови, которая обратно скрывается на кухне. Никаких звуков мультиков, голосов детей или мужа из гостиной.

Неужели все так рано спать легли? Не верю...

– Я разговаривать через коридор с тобой не собираюсь. Быстро иди ко мне! – повышает голос свекровь.

У меня аж сердце опускается куда-то в желудок. Вот уж кого я точно не хотела бы видеть после тяжелого рабочего дня, так это Раису, чтоб она была здорова, Петровну. Как будто проблем мне не хватает.

Сцепив зубы и заранее приготовившись к очередной порции нравоучений, я оставляю сумку в прихожей и захожу на кухню.

Свекровь уже восседает за столом с видом царицы. Вечно недовольно поджатые губы сжимаются в еще более тонкую линию, а критический взгляд оценивающе пробегается по мне.

Раиса Петровна всегда умудрялась находить пыль на моих, казалось бы, безупречно вымытых полах, а мои блюда то и дело оказывались то пересолены, то вообще несъедобны. По меркам свекрови, конечно, потому что родные и друзья всегда хвалили мою готовку.

Ее присутствие всегда предвестник непрошеных советов и плохо скрытого осуждения. Мы с ней, мягко говоря, не ладим.

Каждая встреча для меня оказывается сплошной нервотрепкой, но мужа ведь обижать я не хочу, как-никак это его мама.

Вот и приходится терпеть неожиданные визиты свекрови и ее постоянные упреки.

– Пиджачок могла бы и получше погладить, Наташенька, – едко вворачивает она вместо запоздалого приветствия.

– И вам здравствуйте, Раиса Петровна, – говорю максимально вежливо, стараясь скрыть раздражение.

– Проходи, не стой в дверях. Чаю хочешь? – предлагает она на моей же собственной кухне.

Вместо ответа я спрашиваю то, что меня волнует больше всего:

– Где Руслан? Где дети?

Свекровь медленно отпивает чай из моей любимой чашки прежде чем ответить.

– Русланчик деток на дачу увез. Решил, что им на свежем воздухе побыть полезно. А то в городе, знаешь ли… душно стало. От некоторых ситуаций. – она ставит чашку, и звук фарфора о блюдце кажется оглушительным, – А меня попросил с тобой поговорить. Важный разговор, Наташенька. Очень важный. Для всех нас.

– Какой еще разговор? По какому поводу? – хмурюсь, мгновенно чувствуя укол куда-то под ребра от напряжения, – И что значит увез на дачу? У Машки школа, а Димке в садик надо ходить!

В груди вспыхивает возмущение. С чего вдруг муж, не посоветовавшись, даже можно сказать вообще тайком, увез ребятишек посреди недели? В душе зреет нехорошее предчувствие.

– Что-то случилось? – с тревогой подгоняю я с ответом.

Неужто Руслан опять куда-то семейные деньги вложил и снова прогорел? Меня в жар бросает, стоит только вспомнить тот день, когда в прошлый раз муж пришел с повинной… мол, знакомый предложил быстро подзаработать, он поверил, перевел деньги на счет фирмы, а через месяц ее объявили банкротом.

Пришлось брать кредит, занимать у друзей деньги, просить аванс на работе и прятать глаза.

Ведь тогда Авдеев еще и деньги за рабочий проект на это спустил, а их срочно нужно было докладывать в кассу. Иначе не посмотрели бы, что Руслан руководитель филиала и уволили бы с волчьим билетом.

Помню, полгода после этого мы еле концы с концами сводили, приходилось есть пустой суп даже малышам. Макароны с подливой из томатной пасты и муки тогда казались верхом изыска. Мне это даже вспоминать не хочется!

Муж после этого обещал не рисковать больше. Да и теперь мы договорились хранить деньги на моем счету. Но вдруг...

Из безрадостных воспоминаний меня вырывает елейный голос свекрови:

– Случилось, милая, случилось, – Раиса Петровна чуть кривит губы в подобии дружелюбной улыбки. – Жизнь, она такая, знаешь ли, непредсказуемая. Русланчик мой… он ведь мужчина. А мужчины, они… ну, ты понимаешь. Им иногда нужно разнообразие.

Свекровь говорит это и смотрит на меня выразительно, как будто я уже должна понять, о чем она говорит.

– Какое еще разнообразие? – раздражаюсь я, – О чем вы вообще говорите?

– Он мужчина видный, молодой, как-никак тридцать семь лет всего. А ты сама понимаешь, двое детей, заботы, быт… рутина, она кого хочешь доконает. Вот он и… увлекся немного, – ласково воркует она и смотрит на меня выразительно.

Слова доходят до сознания медленно, вязко, как будто сквозь пелену. Но все же достигают сердца. Оно пропускает удар.

Вечные придирки свекрови к моей стряпне, к тому, как я воспитываю детей, к моему "недостаточному" вниманию к Руслану - все это меркнет перед тем, о чем она говорит сейчас.

А затем она встает, проходит мимо меня в коридор и там распахивает дверь в гостиную.

– Русланчик попросил меня тебя подготовить. Сказал, ты у нас дама впечатлительная, можешь не так все понять, начать разводить драму. А драмы нам не нужны. – растянув губы в еще более широкой улыбке, Раиса Петровна указывает рукой вглубь гостиной, – Познакомься, это Ангелина.

Прямо на диване, где мы с Русланом обычно смотрим фильмы каждые выходные, обнявшись, или где еще вчера вечером играли наши дети, сидит девушка.