Развод. Отпусти и забудь

глава 11

- Твой приходил, поговорили мы с ним чуток, осадила наглеца, - как бы между прочим рассказывает мама за столом.

- Правильно сделала, - тихо отвечаю я, не поднимая головы, так стыдно, сама вляпалась, сама затянула, сама расхлёбывать должна, а впутываю родных и дорогих мне людей.

- Бабуль, папа возле школы к нам подходил, цветы маме принёс, а она их не взяла, - вперёд меня рассказывает про наш инцидент Лиза.

- И ты правильно сделала, - вторит мне мама, и мы грустно смеёмся.

Разговор не сильно клеится, обсуждаем насущную ерунду, планируем завтрашний день, стараемся при этом обходить Лёшу в разговорах, но так или иначе все дороги ведут к этой больной теме.

- Как сегодня на работе? – интересуется мама.

- Как обычно, - отмахиваюсь я, - хотя нет, был смешной случай, - и я рассказываю про десятиклассника Семёна.

- Ой, Ритка, ты с ними поаккуратнее, сейчас подростки такие непредсказуемые, обидишь, потом расхлёбывать будешь с его нервной мамашкой.

- Да, ладно, мам, я уже их насмотрелась этих подростков, у меня вся преподавательская деятельность с ними связана. Нормально всё будет, - успокаиваю я её.

- Ну смотри сама, просто у вас в школе контингент не как в обычных, там наверняка за своих отпрысков сразу к директору идут, а у тебя уже есть заявление от свекрови, будь поаккуратнее, - наставляет она меня, пытаясь заранее огородить от ненужных проблем.

- Хорошо, мам, спасибо, - встаю с табурета, подхожу к ней сзади и с благодарностью обнимаю за плечи, она гладит мои руки, и становится так хорошо, так спокойно, я всё смогу, через всё пройду.

- А давайте в монополию поиграем? – предлагает Лизка, быстро метнувшись за коробкой с её любимой игрой.

Убираем со стола, раскладываем игровое поле и начинаем игру. Кубики, фишки, ходы, занятие позиций, постройка домов и отелей затягивает, и мы азартно радуемся по ходу действий. Это весёлое занятие прерывает настойчивый стук в дверь.

- Давайте не будем открывать, - Лиза вмиг сникает, взгляд затухает, кажется, она понимает, кто там за дверью.

- Можно и не открывать, - соглашаюсь я, тоже не имея никакого желания сейчас снова выяснять отношения.

- Так. Всё с вами понятно. Сдаться решили? Я открою. Вдруг там вообще не тот, о ком вы думаете?

Мама решительно встаёт из-за стола и шагает в прихожую. Я слышу, как она отпирает замок и с порога раздаётся резкий возглас моей свекрови.

- Здравствуй, Нина. Надеюсь, ты не просто так приехала? Наставишь свою дочку на путь истинный, а то она совсем уже ополоумела. Представляешь, что натворила? Семью рушит. Ребёнка отца лишает, где это видано, чтобы любящие матери так поступали. Кукушка!

Ирина Ивановна совершенно не стесняется, дерёт глотку так, что весь подъезд слышит каждое её слово, выгораживает своего сыночка, делая меня со всех сторон виноватой, ещё и мораль сюда подключает. Надо идти маме помогать выпроваживать эту склочную женщину. Встаю, но, не успев сделать и шагу, слышу, как мама парирует.

- Прикрой свой рот, Ирочка, воняет, - такого я от неё вообще не ожидала, мама воспитатель в детском саду, всегда ведёт себя сдержанно и культурно, а тут…

Небольшая заминка, представляю себе оторопевшее выражение лица нашей гостьи, а мама продолжает.

- Ты сына своего воспитала кровопийцей, он из моей дочки все соки вытянул. Всё. Натерпелась. Иди и скажи ему, чтобы новую жертву искал, тем более он уже и кандидатуру, насколько я знаю, подобрал. Так что не волнуйся, Ирочка, скоро новая невестка у тебя появится, а про Риту забудьте. И хватит сюда шастать, как к себе домой! Разговор окончен.

- Ты с ума сошла? Собственными руками счастье дочери рушишь? – я не выдерживаю и выхожу из кухни в коридор, где Ирина Ивановна картинно всплёскивает руками.

- Не даю тебе его порушить, - как скала стоит мама на моей защите, у меня от переизбытка чувств слёзы ручьями по щекам текут.

- А как же Лизочка, такая девочка хорошая и без папы останется? Вы хоть понимаете, что это травма для ребёнка? Она же вырастет и не скажет вам за это спасибо. Как вы можете? Изверги!

- Ир, кончай драмтеатр устраивать, когда твой Лёшенька не стесняясь ребёнка сюда шалаву привёл, он травму никому не нанёс? Или может для ребёнка самая здоровая среда там, где вечно ругаются родители?

- А знаешь почему они ругались? Мне Лёша рассказал, что твоя Ритка толком не готовит, дома бардак, вечно со своей работой ковыряется, внимания никому не уделяет, живёт для себя, - огрызается свекровь.

- Не правда, - не выдерживает дочь и тоже срывается из кухни в коридор, - мама хорошо готовит, и дома у нас чисто!

Лизка подбегает ко мне и крепко обнимает, желая по-детски искренне защитить свою мамочку.

- А что ж ты тогда мой ужин нахваливала, когда в гостях была? – обращается свекровь к Лизе. – Мамка, наверное, такое не готовит, дома котлеты из магазина, сосиски и макароны. Плохо она о тебе заботится, плохо.

Взгляд Ирины Ивановны впивается в Лизку, и та отворачивается от неё лицом ко мне. На лице ребёнка извиняющаяся улыбка, она шепчет, что я лучше, чем бабушка готовлю, но я на дочь не в обиде. Ласково отлепляю её от себя, смотрю в глаза и прошу чуть-чуть подождать. Лиза отодвигается к стенке, а я шагаю к своей обидчице.

- Вашему сыну уже не пять лет, не десять и даже не пятнадцать, - поставленным холодным голосом чеканю я. – Не понимаю одного, если он хочет свою семью вернуть и добиться прощения, почему не он здесь, а его мамочка?

- Ах вот ты какая бываешь, Риточка? Теперь я очень Лёшеньку понимаю, до этого не могла поверить, а теперь верю. Извела моего сына? Лёша тебе не тряпка, чтобы пороги обивать. Он взрослый мужчина, у него гордость есть! – она многозначительно поднимает палец вверх.

- А я значит должна при этом гордом мужчине тряпкой работать? И вы об меня будете ноги вытирать? – я делаю ещё пару шагов в сторону свекрови, вопросительно наклоняя голову и приподнимая брови.