Развод. Первая любовь моего мужа

10

Самое неприятное – это не крики, не скандал, не хлопанье дверей, а ожидание.
Подвешенное состояние, когда твою жизнь будто ставят на паузу. Ты просыпаешься утром и не знаешь, какие планы строить, потому что твоя вторая половинка ещё не разобрался в себе.

Некоторые скажут, что мне надо срочно отвоёвывать мужа у соперницы, потому что его кризис однажды пройдёт, он опомнится, и всё вернётся на круги своя. Люда – это всего лишь яркая картинка из прошлого, манящая, красивая, но у нас с мужем тоже много хорошего и интересного, даже если сейчас он этого не видит. Надо ему об этом напомнить, заманить его обратно…

Я всё понимаю. Да, у нас семья, в которую мы вложили годы усилий. Да, так просто отпустить человека – это очень больно.

Некоторые посоветуют наряжаться для Игоря, соблазнять его, приглашать куда-то или устраивать праздник дома, чтобы доказать, что и нам тоже может быть интересно.

Как будто дело во внешнем антураже. Как будто дело в том, что я недостаточно старалась быть желанной. Как будто любовь – это конкурс, а я просто перестала вовремя обновлять программу моих выступлений.

Но, увы, для меня этот путь не сработает.

Во-первых, потому что для этого необходимо желание со стороны мужа.

А во-вторых… Даже если я смогу заново завоевать Игоря и добьюсь успеха, то потом никогда уже не смогу быть счастливой. Не смогу жить с воспоминанием о том, что он выбрал меня не потому что любил, а потому что я оказалась настойчивее обстоятельств.

Муж, которого приходится завоёвывать, уже не мой по определению. Не то, чтобы мы принадлежали друг друга, но… он больше не хочет выбирать меня.

Эта мысль болезненная, но честная.

Жить с мужем, которого пришлось завоёвывать, – это подставлять свою шею под очередную петлю. Не завтра, но когда-то появится очередная Люда, и тогда мне снова придётся сражаться за своё отвоёванное счастье.

Да и потом, когда в следующий раз у нас начнутся трудности, Игорь всё свалит на меня, сказав, что он предупреждал меня о том, что у нас проблемы, а я его не послушала и настояла на воссоединении. Он уже сейчас готовит оправдания.

На любви настоять нельзя. Это не договор, не компромисс. Не совместное решение, принятое под давлением страха потерять.

Я варюсь в этих мыслях слишком долго и слишком упорно, даже на работе, и не могу сосредоточиться ни на чём другом. Экран компьютера плывёт перед глазами, цифры и буквы теряют смысл, письма остаются непрочитанными. Я ловлю себя на том, что перечитываю одно и то же предложение по пять раз и всё равно не понимаю, о чём оно.

Мысли ходят по кругу. Возвращаются. Цепляются. Давят.

Поэтому, когда мне звонит жена Пети, чтобы проверить, как у меня дела, я очень рада возможности хоть с кем-то поговорить.

Разумеется, она в курсе случившегося, ведь Игорь ночевал у них после первого ночного разговора. Она приятная женщина, разумная и не особо болтливая.

Говорю ей, что, к сожалению, пока что ничего не решилось, потому что мы с мужем так и не смогли поговорить. Игорь попросил тайм-аут, пока он разбирается в своих чувствах.

Говорю это спокойно, отстранённо. Как будто пересказываю чужую историю. Не договариваю то, что и так очевидно: когда мужчине требуются раздумья, это значит, что ты для него больше не на первом месте. А может, и никогда не была.

– Сколько времени ты ему дала?

– До завтрашнего вечера. У него сегодня выездное совещание филиалов, и он вернётся завтра, но дальше я уже тянуть не буду.

Какое-то время она молчит, потом вздыхает.

– В такой ситуации не знаешь, как поступить правильно, но… Кира, послушай, разве ты не знаешь, где и как Игорь встретился с Людой?

Копаюсь в воспоминаниях нашего с мужем разговора, но не могу воспроизвести ничего точного.

– Нет, честно говоря, не знаю или не помню. А что?

Она делает паузу, слишком длинную для обычного вопроса.

– Люду назначили директором одним из филиалов этой фирмы. Она приезжала в город, чтобы посмотреть, как Игорь ведёт дела. Так что, насчёт выездного заседания… Люда там тоже наверняка будет.

Её голос хриплый, несчастный от того, какой информацией ей приходится делиться. Она не хочет быть той, кто рушит иллюзии, но предпочитает правду молчанию.

– Спасибо.

Это слово даётся мне с трудом.
А вот в том, что делать дальше, сомнений нет.

Переодеваюсь и вызываю такси до железнодорожной станции.