Развод. Первая любовь моего мужа

17

Двери поезда закрываются с громким металлическим лязгом, как будто отрезая меня от того, что случилось в этом городе.
Я сижу у окна, не снимая пальто. Руки сложены на коленях, спина неестественно прямая. Всё ещё держу себя в руках, хотя внутри уже начинается распад.

Стоит дверям закрыться, как меня накрывает. Сначала приходит холод, начинается где-то под рёбрами и медленно расползается по телу. Потом приходит дрожь – мелкая, противная, изнуряющая.

Вот он, откат. Тот самый, о котором говорил Солнцев, да и я сама ожидала подобной реакции после увиденного и случившегося.

Я не плачу, даже не особо расстраиваюсь, просто вдруг понимаю, что очень устала. Не только сегодня, а вообще. За прошедшие годы.

В кармане пальто вибрирует телефон. Я не смотрю на экран, не проверяю. Зачем? И так всё понятно. Муж не может мне сказать ничего такого, что меня удивит.

Вибрация повторяется. Ещё раз.
И ещё.

Игорь упорно мне названивает, как будто наш разговор сможет что-то изменить. Будто ему есть что сказать.

Я не отвечаю и стараюсь не думать о муже. Хочу сохранить тишину внутри, пусть она и ледяная. Смотрю в окно. Там темнота, редкие огни, отражение моего лица в стекле – чужого, бледного, с заострившимися чертами. Я будто постарела за один вечер. Или, наоборот, наконец-то перестала притворяться моложе, чем есть.

Телефон снова оживает. Теперь уже не звонки, а сообщения, они приходят одно за другим. О чём Игорь может мне писать? Всё и так очевидно.

Резко выдохнув, достаю телефон и смотрю на экран, хотя заведомо знаю, что не увижу ничего хорошего.

«Ты хоть понимаешь, что ты наделала?»
«Ты меня подставила при всех»
«Ты разрушила мою карьеру из-за своей тупой ревности. Я велел тебе подождать…»
«Ты выставила меня идиотом»
Каждое сообщение как будто проходит сквозь меня молнией.

Я была права: ничего удивительного в сообщениях Игоря нет. Как и предполагалось, по его версии событий, во всём виновата я. Он велел мне тихо сидеть и ждать вердикта, пока он шурует под чужой юбкой. А я не послушалась, а проявила недопустимую инициативу и разрушила его карьеру.

Не он разрушил свою рабочую репутацию, обжимаясь с любовницей босса перед коллегами, а я.
Колёса выстукивают успокаивающий ритм, почти убаюкивающе. Вагон живёт своей жизнью: кто-то дремлет, кто-то листает ленту в соцсети, кто-то ест бутерброд. Мир не рухнул. Никто не замечает, что у меня сегодня закончилась одна жизнь и началась другая. Я застряла где-то между.

На пересадочной станции поезд задерживают. Табло мигает, объявляют что-то неразборчивым голосом, люди раздражённо вздыхают и выходят на платформу.

Холодно. Пахнет кофе и чем-то жареным, и я вдруг понимаю, что целый день ничего не ела. В маленьком кафе при вокзале покупаю суп и чай. Сижу за низким столиком, смотрю в окно, за которым проходят чужие люди с чемоданами. У всех есть направление, планы. У всех, кроме меня. Я начинаю новую жизнь и буду строить планы, когда приду в себя.

Телефон снова вибрирует, но я больше не хочу читать сообщения Игоря. Открываю поисковик. Набираю: «Срочная замена замков круглосуточно». Сохраняю пару номеров, потом выключаю звук и убираю телефон.
На сегодня достаточно.

Возвращаюсь в поезд, откидываюсь на спинку кресла, закрываю глаза и не думаю совершенно ни о чём. Добираюсь домой на автопилоте. Ноги идут, руки открывают двери, но всё это происходит без участия мыслей. Я настолько устала от сегодняшнего дня и от эмоций, что еле двигаюсь.

Выхожу из лифта и застываю.

На полу под дверью сидит Игорь.

Это настолько неожиданно, что я отшатываюсь и чуть не падаю обратно в лифт. Тут же понимаю, что муж доехал на машине быстрее меня из-за пересадки и задержанного поезда.

Смотрю, как закрываются двери лифта. Хочется запрыгнуть внутрь, чтобы не вести с мужем пустых, бесполезных разговоров.

Как будто почувствовав мой настрой, Игорь приподнимается и тянется ко мне.

– Не уходи, Кира! Ты всё не так поняла!