Развод по-драконьи. Новый брак по моим правилам

Глава 3. Жена моего мужа

Я замерла в “своей” комнате, в особняке, куда мы приехали… в самой настоящей карете! Запряженной лошадьми, с вензелями и гербами, и даже люди расступались на улицах так, словно мы тут почти короли.

Ну, герцоги — это же всего на ступень ниже. И если всё это хоть как-то связано с жизнью моей прабабушки, то… мы, кажется, очень её недооценивали. Вернее, мы вообще ничего о ней не знали. Да кто вообще знает про своих прабабушек? Хорошо, если хоть что-то помнят про ближайших предков, а дальше уже сплошной туман.

Когда меня учтиво проводили до моей комнаты, я осторожно вошла внутрь и осмотрелась. Платье душило тугими завязками, но я осталась посреди комнаты, пока одна из служанок, маленькая худенькая девушка, не сунула нос с предложением помочь. Я отказалась.

Пожалуй, здесь мне уже никто не поможет.

Если в зале “суда” я ещё строила надежды, что всё это большой и весьма качественный спектакль, в котором мне выделил роль чудотворец-психолог-системный-расстановщик, то теперь лавиной накрыло осознание, что… это всё всерьёз. По-настоящему. И никто не будет ради моей личной жизни выстраивать целый чёртов мир.

— Не-воз-мож-но! — выдохнула я в потолок, украшенный резьбой. — Это бред! Полный бред…

Упав на постель на живот, я подгребла под себя одну из кучи декоративных подушечек, сжала руками, уложила на неё подбородок и уставилась на свои новые покои.

Из приоткрытого окна мягко проникал бриз, наполненный влагой океана, раскинувшегося за окнами. Яркий солнечный свет бликовал на далёких волнах. Казалось, я переместилась в один из залов Эрмитажа и теперь возлегаю на подушках, точно Екатерина Великая, и туалетный столик и изящные спинки стульев бликуют золотом.

“Армянский ампир” — обычно называл подобный интерьер мой муж.

Только есть ли тут вообще Армения? Хотелось подумать, что меня напоили чем-то дурманящим и перевезли в другую страну, но, давайте честно, никто не будет устраивать такую авантюру ради какой-то среднестатистической меня, Дианы Леоновой из-под Питера.

Я уже собиралась навсегда остаться в состоянии «просто лежу и сделаю вид, что меня тут нет», когда заметила: из ящика прикроватного столика торчит уголок бумаги. Я подползла на локтях и вытащила его, чтобы не портил общий интерьер. Не ожидая ничего интересного, перевернула небольшой листок и увидела кособокие, явно торопливо написанные строки.

Почерк был красивый, но тот, кто писал послание, спешил.

Сначала мне показалось, будто эти закорючки вовсе не похожи на хоть какой-то знакомый мне язык, я несколько раз поморгала, и вдруг строки превратились во внятные… слова.

Я не знаю, кто ты будешь. Но знаю, что тебе будет несладко. Однако, и жить здесь в этих условиях я более не могу, и мне нужен кто-то, кто исполнит эту роль за меня. Обратно не повернуть, прощай! Магия Первого Древа сильна, и вскоре я обрету свободу и от опостылевшего этого дома, и от всего, что сделало мою жизнь несчастной.

П.С. Не вздумай обращаться к своей драконьей силе, если хочешь остаться в живых.

Впрочем, дело за тобой, мне всё равно.

Первые мгновения я смотрела на письмо как на что-то, не имеющее ко мне никакого отношения. Что за несчастная страдалица? Что за драконья сила? Причём здесь я?

Но ответ пришёл сам собой. Кажется, расстановки призывали довериться ощущениям в теле, и вот сейчас мне не было нужды спрашивать кого-то ещё. Это письмо здесь для меня.

И настоящая Виана эн Фирд – это и есть автор письма. Эта женщина…

Жена моего мужа. Та, которая испортила, судя по всему, не только свою жизнь, но и Сайрена, и мою, и вот теперь… ушла в другой мир? Призвала сюда меня, чтобы я сыграла роль двойника?! А сама трусливо сбежала, прикрываясь тем, что все вокруг виноваты. Хорошая же герцогиня!

“Обратно не повернуть, прощай”.

Чудно. Просто чудесно. Но одна мысль медленно, как яд, растекалась внутри. Так значит ли это, что оно вот так… навсегда?

Тело стало тяжёлым и чужим, дыхание сбилось. Хотелось перестать дышать, закрыть глаза — и снова открыть их дома. И хотелось бы задаться вопросом, почему, почему именно я, но я вдруг поняла, что даже не знаю, осталось ли от прежней меня хоть что-то — кроме воспоминаний.

Я подняла руку, чтобы разглядеть поближе. Тонкие пальцы, ногти безупречной формы, кольцо с камнем величиной с вишню — всё выглядело так, будто я родилась не для клавиатуры, а для медленных, выверенных жестов под звуки вальса.

Пальцы коснулись волос — гладких, густых, чуть вьющихся. Они упали на плечи, щекоча кожу, и я почувствовала, что ключицы стали острее, талия — уже, а в груди… ну, скажем так, изменения тоже налицо.

Я не успела рассмотреть своё лицо в зеркале. Вернее, не хотела. Это слишком… слишком странно! В полировке туалетного столика мелькнуло что-то светлое, и чужие черты сложились в ясное ощущение: это не я. Совсем не я.

— Ваша светлость, герцог уже ожидает вас в гостиной, — заглянула та же служанка, и голос её прозвучал испуганно.

Значит, тут все уже на иголках?

Я вздохнула, но решила не спорить. Поднялась, как марионетка, которую дёрнули за ниточки, и последовала за служанкой. Царственно кивнула даже, хотя внутри царственности не прибавилось ни на грамм. Но девчушка скользнула в сторону, поклонившись и оставила одну, ускользнув по своим делам. Конечно, я ведь должна знать, куда идти?