Развод по ее правилам

Глава 19

Я моргаю. Слова пролетают мимо ушей, как быстрые джебы, которые не успеваешь блокировать. Он что, на китайском говорит? Уля вообще вжалась в дверь у порога и не шевелится, только зрачки все больше становятся.

- Че? – выдавливаю я, пытаясь сохранить лицо, хоть в моей ситуации это сложно. Но перед врагом нельзя показывать слабость. - Слышь, Стратег, ты давай проще. Мы тут академий не кончали. Твое паскудное нутро я знаю, нечего выпендриваться.

Марк тяжело вздыхает, глядя на меня с нескрываемой жалостью. Так смотрят на больного голубя, который пытается взлететь со сломанным крылом.

- Ожидаемо. Синаптические связи в твоем мозгу, Николай, атрофировались. - беглым взглядом осматривает комнату. - Перевожу. Я привез тебе твою дочь. Биологический результат твоей диверсии.

- Дочь? – переспрашиваю.

В голове со скрипом от шока начинают вращаться шестеренки. Клиника в Германии. Стратег, который снова лег на очередную операцию. Он много лет лечится после того, как его отколошматили в подворотне, а я так и не показал ему, кто настоящий король ринга. Я приехал туда спецом. Якобы проведать «друга». На самом деле — позлорадствовать.

Алена была там, и я начал действовать. Подкатывал как умею, четко и с размахом. Еще и подготовился, заплатил бабки, чтобы мне собрали компромат на этого гниду, и подсунул это все Алене. Заливал, как я в нее влюбился, какая она необыкновенная и прочую лабуду. Она сначала слабо велась. Я втирал, что ей не надо гробить жизнь, Марк все равно ее никогда не ценил и гулял направо и налево. Я включил всю свою чемпионскую харизму. А потом пригласил на ужин, утешал ее, рассказывал сказки, как жить без нее не могу, а потом повел в свой номер. И там я брал ту, что принадлежала моему врагу. Вот она победа! Я доказал, кто настоящий чемпион!

Она мне даже не нравилась. Пресная, как диетический хлебец. Но я делал это, покрывал ее, оставляя свое семя, представляя как в это время Марк валяется в палате. Я чувствовал себя королем мира. Я поимел его жизнь.

Я расплываюсь в улыбке. Кривой, злобной, торжествующей.

- Ааа… Аленка! - тяну, поднимая взгляд на Марка. - Вспомнил. Было дело. Скучала она, бедняжка. Пока там утки под тебя подкладывали, я ее утешил. По-мужски. Качественно. Не вывез ты свою бабу. В постели ты такой же скучный, как и в разговоре. Формулами ее грузил, а ей страсти хотелось.

Ульяна издает звук, похожий на писк придавленной мыши.

- Коля… - шепчет она, белея как мел. - Ты… ты спал с ней? Изменял мне? А как же верность?

- Цыц! - шикаю я на нее. - Не мешай моему триумфу. Это была важная миссия.

Я жду, что Стратег сейчас заорет, впадет в бешенство, покажет свои чувства. Но он смотрит на меня так, будто наносит удин точный удар на поражение.

- Алена сейчас в медикаментозной коме, - произносит он ровно. - Осложнения после родов. Организм не выдержал стрессовой нагрузки.

- Кома? - я хмыкаю. Жалости нет. Только презрение. - Слабая она у тебя. Шасси хлипкое. Не выдержала напора настоящего самца. Мой генофонд для нее оказался слишком мощным. Ну извини, я привык работать на максимальных оборотах. Это тебе не интегралы решать, тут энергия нужна.

Глаза Марка на секунду вспыхивают таким холодом, что, кажется, таракан Стасик под шкафом покрывается инеем.

- Твоя способность превращать любую трагедию в фарс самолюбования — это, безусловно, уникальная патология, - тихо говорит он. - Но не обольщайся. Ты не самец, Николай. Ты — оппортунистическая инфекция. Ты поразил организм, когда иммунитет был на нуле. Это не победа. Это паразитизм.

- Ой, да хорош умничать! - фыркаю. - Факт есть факт. Моя кровь победила твою! – впервые фокусирую взгляд на свертке. – Только жена у тебя бракованная, девку родила. Слабые гены… - замолкаю.

И тут мой мозг, заточенный на выживание, рождает гениальный план.