Развод по медицинским показаниям

Девятнадцатая глава

– И как давно это было?

– Дак около часа назад, но ты не думай, – она вдруг строго посмотрела на меня. – Я у него паспорт попросила и когда увидела, что ты записана, как его супруга, только тогда отдала.

– Спасибо, тёть Марусь, я в вас не сомневалась, – отвечаю с улыбкой, а внутри всё бурлит от негодования. – Я тогда пойду.

– Конечно, милая. Но, если что, ты приходи.

– Ещё раз спасибо.

Женщина закрывает дверь, а я с трудом сдерживаю рвущееся наружу раздражение. Не на неё, на себя. Зачем я вообще рассказывала своему мужу обо всём. Он ведь прекрасно знал, что мы с соседкой в доверительных отношениях, вот и пришёл, наверное, выпытывать, что здесь и как. А здесь такая удача.

И, самое главное, ведь как быстро сориентировался. Не иначе мамаша уже про мою мнимую беременность напела. Вот и что мне теперь делать? Да, можно вызвать слесаря, чтобы вскрыл замки, но для этого сначала нужно будет съездить к маме за документами. Может, проще нанять какого-нибудь медвежатника по объявлению? Всё равно теперь замок менять.

Не знаю зачем, но со злости резко дергаю ручку нужной мне двери, и она вдруг открывается. Я толкаю её чуть сильнее, раздаётся пронзительный скрип, а следом в коридоре тут же появляется Тимофей. Надо было видеть его глаза в тот момент, когда он заметил меня.

– Лариса?! Ты что тут делаешь? – даже с каким-то наездом спрашивает он. – Ты же должна быть в больнице?

– Меня больше интересует, что здесь делаешь ты?

– Как это что? – он с каким-то возмущением смотрит на меня. – Оцениваю состояние квартиры.

– Ты часом не оборзел? – захожу в квартиру, закрывая за собой дверь. – Кто вообще дал тебе право здесь находиться?

– Я понимаю, что ты расстроена, – он вдруг резко меняет тон своего голоса и начинает говорить как с маленьким ребёнком. – Давай, ты сейчас не будешь нервничать. Пойдём на кухню, я заварю тебе чаю.

Меня порядком настораживает такая заботливость и ещё тот факт, что он ощущает себя здесь, как полноправный хозяин.

– Какой чай? Я ещё раз тебя спрашиваю, Тимофей. Что ты здесь забыл?

– Да что ты как заведённая? Говорю же, оцениваю квартиру. Надо же понять, в каких условиях будет расти наш будущий малыш.

– А что, мамочка уже передумала отдавать МОЮ, – специально выделяю голосом это слово, – квартиру Андрею и его отпрыскам?

– Послушай, мама очень сожалеет о том вашем разговоре.

Я складываю руки на груди, поскольку ни на йоту не верю его словам.

– Ларис, вчера у всех был очень трудный день.

– Да, особенно у тебя. С самого утра начал трудиться.

– Поверь, это всё в прошлом, я сделаю всё ради тебя и нашего малыша, – он подходит вплотную ко мне и кладёт руку на мой живот.

Я резко отбрасываю его руку и обхожу его, проходя вглубь квартиры.

– Никакого нашего ребёнка нет.

– В тебе просто говорит обида, я понимаю и признаю, что не был идеальным мужем. К тому же каждый может оступиться в этой…

– Оступиться? – перебиваю я его. – Да ты как споткнулся, так и принялся кувыркаться по этой лестнице без остановок. Куда ты, кстати, дел тот диск, там много занимательного контента.

– Я уже сказал, это всё в прошлом. Теперь есть только ты и наш малыш, – вновь повторяет он. – Я люблю тебя.

– Хватит, – взрываюсь я. – А, когда ты бросил в меня гладильной доской, это тоже было проявлением твоей любви? Пошёл вон отсюда, Тихомиров. Я ненавижу тебя всеми фибрами своей души. Ты хоть представляешь, сколько боли ты мне причинил? Я же любила тебя, доверилась тебе, а ты…

– Ларис, я просто с катушек вчера слетел от страха потерять тебя!

Может это всё воспалённый бред в моей голове и доктор прав, что мне нужна помощь специалиста? Я закрываю глаза руками в надежде, что если я не буду ничего видеть, то это всё исчезнет, раствориться без следа.

– Сладкая моя девочка, я же так люблю тебя.

Не рабочая техника оказалась, а жаль, насколько всё было бы проще.

– Да ты и представить себе не можешь, как я ждал, когда у нас появиться маленький, а ты всё со своими анализами носилась. Но ничего, теперь мы заживём полноценной семьёй. Мама даже согласилась переехать к нам, чтобы помогать с малышом.

– Что?!

– Ну ты хоть представляешь, как это тяжело? Я, до сих пор, как вспомню, как Андрюхина жена после родов и бессонных ночей выглядела, так вздрогну. А ты-то у меня красавицей быть должна. Ты ещё благодарить маму будешь, что она на такое дело добровольно согласилась, чей не молодая уже, – нравоучительно заявляет он мне. – Конечно, мы выделим ей отдельную комнату, вторая под детскую, ну а мы с тобой в зале будем. Правда, здорово?

Ты не переживай, я уже всё примерно распланировал. Кстати, хотел у тебя попросить прощения. Я думал, ты деньги на какую-то ерунду сливала, а ты вон как хорошо здесь всё сделала, а то я видел, что здесь после похорон было. Да и теперь больше денег сэкономим. Ребёнку ведь столько всего надо купить, хотя я думаю, за Андрюхой не заржавеет, поделиться старыми вещами.

Он тараторил практически без остановки так, что у меня дико разболелась голова. У меня складывается впечатление, что Тимофей вместе со своей мамой живут в каком-то вымышленном параллельном мире, где всё будет так, как они распланировали. Точнее, поправочка, как его мать всё распланировала.

Нет, это просто уму непостижимо, а самое главное, как оперативно они работают в этом направлении. Утром она мне угрожает, а днём уже переезжает жить в мою квартиру. Боюсь даже представить, что будет вечером. Кто знает, может ещё какая дамочка с угрозами будет меня разыскивать. Это, видимо, какой-то последний писк моды в отношении меня. Кстати, об угрозах.

– Ну раз ты у меня весь из себя такой заботливый, – я прерываю поток его рассказов о такой "чудесной" жизни в моей квартире. – Почему ко мне в больницу приезжает твоя любовница и угрожает расправой, если ты не перестанешь её шантажировать?