Развод по-семейному. Разорванные узы

Глава 26 Анатолий Краснов (отец Златы)

Я жестко сжимаю руль. Нервы дают о себе знать. За окном мелькают серые панельки спальных районов. Не та часть города, где живу я сам.

Здесь все проще, грубее, честнее, что ли.

Навигатор монотонно отсчитывает метры до поворота, а я все пытаюсь подобрать слова.

Какие слова нужны, чтобы мой сын наконец услышал меня?

Припарковываю машину у подъезда, глушу мотор и сижу еще минуту, глядя на дверь подъезда. Я знаю этот адрес наизусть, хотя бываю здесь редко. Слишком редко.

Поднимаюсь по лестнице, и каждая ступенька отдается тяжестью в груди. На площадке между вторым и третьим этажом кто-то нацарапал на стене матерное слово. Надо же до сих пор этими вещами занимаются.

Звоню в дверь. Жду. Слышу за дверью неторопливые шаги.

Алексей не спешит открывать мне, и я это понимаю. Дверь распахивается, и он стоит на пороге. Высокий, широкоплечий, с моими глазами и чужим выражением лица.

Холодный.

Закрытый.

- Здравствуй, Леша.

Он молчит, только отступает в сторону, пропуская меня внутрь. Я вхожу в маленькую прихожую, стягиваю ботинки. Квартира чистая, и не большая. Он ее снимает уже несколько лет.

Работает в продажах. Говорят хороший специалист. Я интересовался. Даже общался с одним из его коллег.

- Проходи, - бросает он, и в голосе нет ни капли тепла.

Я сажусь на край дивана. Он остается стоять, скрестив руки на груди. Защитная поза. Я видел ее сотни раз в переговорах . Человек выстраивает стену, когда не хочет слышать.

- Леша, я хотел поговорить...

- Опять? - перебивает он. - Анатолий Иванович, мы уже все обсудили. Не один раз.

Анатолий Иванович. Не папа. Даже не отец. Формально, отстраненно, как обращаются к начальнику или случайному знакомому.

- Я знаю, что тебе непросто, - начинаю я, подбирая слова осторожно, как сапер обезвреживает мину. - Понимаю, что я не был рядом, когда ты рос. Что Виктор заменил тебе отца...

- Не заменил, - резко обрывает Алексей. - Он и был моим отцом. Он водил меня в школу, лечил, когда я болел, учил меня всему. А ты... - он замолкает, и я вижу, как напрягается его челюсть. - Ты просто отсутствовал.

Слова бьют точно в цель.

И я чувствую, как внутри все сжимается. Он прав.

Конечно, он прав. Но я не могу просто принять это и уйти.

- Я был неправ, - говорю я тихо. - Я совершил ошибку. Много ошибок. Но сейчас я хочу все исправить. Хочу, чтобы ты стал частью семьи, чтобы мои дети...

- Твои дети? - усмехается он, и в этой усмешке столько горечи, что мне становится больно. - Твои дети меня ненавидят. Они даже не хотят знать о моем существовании.

- Они просто не понимают...

- Они все прекрасно понимают! - повышает голос Алексей, и я вижу, как в его глазах вспыхивает гнев. - Для них я угроза. Я незаконнорожденный ублюдок, который может претендовать на наследство, на твое внимание, на место в семье, которое им не хочется делить. И знаешь что? Я их даже понимаю!

Он проводит рукой по волосам . Точно так же, как делаю я.

- А твоя жена... - продолжает он тише, но голос становится жестче. - Твоя Галина Сергеевна разговаривала со мной.

- О чем?

- Да все об этом же, - отвечает Алексей, глядя мне прямо в глаза. – Очень доходчиво объяснила мне, что я должен исчезнуть из твоей жизни.

Я чувствую, как кровь приливает к лицу. Галя, Галя…

- Что именно она сказала?

Алексей усмехается, но без улыбки.

- Хочешь дословно? Она сказала, что я разрушаю семью. Намекнула, что мое появление - это удар по репутации, по детям, по всему, что вы строили годами. - Он делает паузу. - А еще она сказала, что если я попытаюсь влезть в вашу жизнь, она сделает все, чтобы я пожалел об этом! У нее есть связи, есть деньги, есть адвокаты! Она уничтожит меня.