Развод по-темному. Попаданка познакомится с мужем

Часть 7. Сладость или гадость?

— Зачем ты притащила меня на эту распродажу?

— Это не распродажа, Лиза, это презентация. А если приглашенный приведет подругу, плед бесплатно.

— А плед кому? Тому, кто приведет, или тому, кого привели?

— Обоим.

— Тогда почему просто не дать плед всем, кто пришел?

— Так на всех зевак пледов не напасешься.

— Тут явно что-то не то.

. . .

«Что бы ни произошло, я вел себя с вами недопустимо. Прошу простить и принять в качестве извинений», — гласила сопроводительная записка к шарику со сферой заката.

Пока возвращалась в «Номера», собирала немногочисленные пожитки и радовала портье своим отъездом, фраза моталась паровозиком у меня в голове, а за ней вдогонку — слова Риза, которые он сказал о сфере на складе: «С него (заката) всё началось».

Что началось? Его знакомство с Эльзбет? Его роман с Эльзбет за спиной Извера? Иначе зачем Ханту мне такое дарить? Намекает, что не прочь продолжить отношения? Тогда зачем упрекает, что у него всё кувырком из-за этой связи?

У меня от чего-то сложилось стойкое ощущение, что у них с Эльзбет если и был инцидент, то всего один. Ну, может, целовались пару раз тайком, записочки писали, обжимались за портьерами, а потом бегали к исповеднику по очереди грехи замаливать. Эльзбет бегала. Она представлялась мне нежной трепетной ланью, которую все бросаются оберегать. Из-за внешности. Но вряд ли была дурой. Сильно сомневаюсь, что Риз повелся бы на пустышку, да и Изверг на портрете не выглядел полным идиотом. В конце концов, он же женился на Эльзбет вопреки мамочке. Даже если это был его единственный взбрык.

Вот только сфера оказалась лишь частью подарка. В снятой комнате ожидали коробки. Териза, отдавая мне ключ внизу, сказала, что посыльный всё принес и бросил у двери, и чтобы я сразу свет зажгла, а только потом входила, а то могу упасть.

Я и упала на жалобно скрипнувший стул, который обнаружила рядом с дверью. Держала на коленях сумку и в немом изумлении разглядывала этот аналог золотого дождя.

«Так что давайте будем считать, что я неким образом всё же обеспечил вам стабильное существование взамен за… услуги…» — голос Риза слышался будто наяву, и я поежилась.

Вряд ли эта фраза касалась произошедшего, ведь тогда Блейз еще не знал, что я сняла комнату, а значит, и Риз знать не мог, но подходила она как нельзя лучше.

В одной из коробок я нашла белье. Нужного размера. И тем самым местом, на которое его надевают, чуяла — сядет идеально.

Забираю свои слова о трепетной лани и возвращаю о ду… Нет, пожалуй, тут бы кто угодно слабину дал, вздумай Риз ухлестывать всерьез, а не так, как со мной. Будто кот с мышью: цапнет и смотрит, будет добыча дрыгаться или лапки поднимет и сдастся.

А вот присутствие среди вещей двух больших цветастых пледов вызвало бурю эмоций и истерический ржач. Мне припомнился мой эпический поход на какую-то презентационную распродажу, где парам раздавали пледы в подарок. Какое счастье, что внизу только пекарня и сейчас там никого нет. Териза, услышь подобное в любое время суток, а не только среди ночи, мигом выставила бы меня на улицу со всем этим добром.

Вместо шкафа была стойка с перекладиной для вешалок и древний тяжелый комод с визжащими ящиками. Узкая кровать с высокими спинками — ровесница комода. Небольшой круглый стол, пузатая тумбочка, три разнокалиберных стула. Окно находилось над входом в пекарню, развилка перекрестка просматривалась как на ладони, и магазинчик «Погода в доме» был виден великолепно. Подоконник широкий. На таком сидеть — одно удовольствие, особенно в пледе и с книжкой.

Удобства нашлись за дверями комнаты слева в тупике и внешне выглядели как санузел в общежитии блочного типа. Ванная представляла собой емкость со сливом, вместо душа был ковшик. Зато вода из крана над умывальником текла и холодная, и горячая. Недурно. Так что, можно сказать, я удачно попала. Я еще в «Номерах» радовалась, что и не нужно изобретать велосипед, чтобы вымыться и привести в порядок одежду.

За всеми этими хлопотами я так и не сообразила, прохладно в комнате или нет, и спать легла почти перед рассветом. Даже не легла — упала и вырубилась, замотавшись в новый плед и изредка подхихикивая. И спала так крепко, что утренний шум, о котором предупреждала Териза, если и был, то меня не разбудил.

Разбудил Кор. Как эта сволочь меня нашла, я потом в книжке почитаю. А вот как в комнату пролез — отдельный вопрос. Разве что он местами кот. Потому что только коты умудряются просачиваться в запертые помещения волшебным образом. И вел себя ворон в этот раз совсем по-кошачьи. Он исследовал коробки, сваленные кучей в углу пустые и недоразобранные не пустые. Скребся и шебуршал, повизгивал, нацеплял на лапы каких-то лент, развернул коробку с посудой. Спасибо тому, кто придумал снабжать такие ящики заклинанием неразбиваемости, и спасибо, что к утру оно еще работало. Затем птиц влез головой в пакет и устроил забег и залет по периметру комнаты.

Я наблюдала мракобесие лежа в постели, решив просто переждать. Наконец Кор замаялся, повис летучей мышью на потолочной балке, свесив крылья тряпками, и порадовал меня прогнозом погоды, как внезапно заговорившее радио. Будто ему от жо… хвоста в голову прилило.