Развод. Почти не изменил

4

– Наташа, перестань, а? У нас с тобой и так не самая простая жизнь. Давай не будем добавлять нам проблем. Если мне снилась Алёна, то на это есть уважительная причина. Пару дней назад я встретил её в центре, и мы выпили кофе. Вот и всё. Не смотри на меня так, Наташа! Мы выпили кофе, а потом разошлись по домам.

Выпили кофе, а потом Дима ничего мне об этом не сказал, – добавляю мысленно.

Пауза затягивается.

Муж надеется, что этого объяснения будет достаточно.

– А кто она такая, эта Алёнка? – спрашиваю тихо.

Дима хмурится, потом поводит плечом.

– Я не упоминал её раньше? Ну да, наверное, не упоминал, потому что и говорить было не о чем. Мы с Алёной встречались в выпускном классе и потом ещё какое-то время после школы. Это было сто лет назад, и после этого я встречался с другими женщинами. – Он замолкает на несколько секунд и с недовольным прищуром смотрит на меня. Оценивает мою реакцию. – А после этого я женился на тебе, – добавляет жёстким тоном. – Знаешь почему? Потому что я тебя люблю, и ты единственная женщина для меня. Разве этого недостаточно?

Он произносит это так, будто ставит точку. Как будто декларация любви – это аргумент, который отменяет все вопросы и сомнения.

А я… просто сижу и наблюдаю за мужем. Видимо, мой взгляд кажется ему подозрительным, слишком пристальным, потому что он закатывает глаза.

– Наташ, это был сон. Господи… я вообще не контролирую, что мне снится.

– Ты назвал её «девочка моя».

Он морщится, будто я придираюсь к мелочам.

– Ну и что? Это просто слова, Наташ. Мне теперь оправдываться всю оставшуюся жизнь, да? Мы с Алёной встретились по чистой случайности. Я вышел из офиса, и мы столкнулись в толпе. Обрадовались встрече, потому что очень давно не виделись, и решили зайти в кафе. Там сели и хорошо поговорили.

– Насколько хорошо?

– Издеваешься?! Мы с Алёной просто поговорили, и в этом нет ничего подозрительного! Тебе приспичило поругаться?! В два часа ночи?

– Нет, конечно. – Выдавливаю из себя улыбку. – Спасибо, что объяснил. Мне просто… стало неприятно. Думаю, ты бы отреагировал так же, если бы я назвала тебя чужим именем… в постели.

Муж оценивает меня несколько долгих секунд, потом усмехается.

– Вот насчёт этого я могу быть спокоен. Ты теперь никуда от меня не убежишь.

Я улыбаюсь, хотя на душе горчит. Не потому, что он пошутил о моей проблеме с ходьбой, нет. Мы постоянно шутим по этому поводу, потому что так легче. Когда Дима зовёт меня, я всегда отвечаю: «Бегу!»; наши прогулки в парке мы называем пробежками… Так что дело не в этом, а в том, что, оказывается, муж теперь считает меня непривлекательной. Думает, что я не смогу заинтересовать другого мужчину, потому что я медленная, скучная… неинтересная.

Я только что получила очередное подтверждение, что мужу со мной скучно, и я не могу его в этом винить.

Он встаёт, обходит стол и берёт меня за руку.

– Пойдём, – говорит он мягко. – Тебе надо поспать. Ты просто накрутила себя, а на самом деле ничего не случилось. Ну встретил я бывшую девушку, что из этого? Даже если во сне вылезли какие-то воспоминания, это не имеет никакого отношения к нашей жизни.

Дима помогает мне подняться, как делал сотни раз. Поддерживает. Ведёт в спальню. Укладывает в постель, обнимает меня. Накрывает одеялом.

– Всё хорошо, – говорит, целуя меня в лоб. – Слышишь? Всё хорошо. Ничего не изменилось и не изменится.

Я закрываю глаза.