Развод под прицелом объектива

Глава 17. Георгий

Сажусь на кровать. Настроение на нуле. По низу джинсы обтрепались, отрываю пару ниток.

Сашка вокруг вьется: то задницу оставит, то грудь “случайно” потрогает. А что виться, если уже никакого секса не хочется. С такими выходками у меня и стоять скоро перестанет, если каждый раз “суженая - не простуженная” мне будет закидоны подкидывать.

Вот этого разговора ее с матерью не прощу. На коленях ползать будет, обувь языком мыть - никакого прощения.

Мать мне весь мозг вынесла и теперь до скончания века будет нервы трепать, что я жену не воспитываю, что свободы у нее многовато, а язык слишком длинный.

А Улька думает, что это хамство ей просто так с рук сойдет.

- Гош, ты спать пойдешь, может? Или домой? - Сашка уже надела халат. По ее лицу видно, что никакого продолжения она не хочет.

- А что так? - завожусь, ненавижу, когда меня отшивают. Я что мальчик, бегать за каждой юбкой? - Пару минут назад ты готова была на все.

- Ты злишься, а я не люблю, когда нет чувственности. Я же не жена, тебя любого терпеть. Ты для меня радость, положительные эмоции. А сейчас ты больше на Отелло похож. А меня это не устраивает.

“Я же не жена, тебя любого терпеть?” Ах так! Во мне просыпается волк, завоеватель, добытчик не только мамонта, но и справедливости.

Через секунду Сашкин халат уже на полу, она на диване в не очень удобной позе. Но меня это не касается, сейчас это удовольствие только для меня, ее я наказываю.

- Гош, - кричит, вырывается. - Хватку ослабь, синяки останутся.

Рычит, извивается, чем не чувственность? Это Сашка себя еще не знает, я раскрою ее женственность, не ту, которую она себе придумала, глядя на тренды. А то, что у нее внутри: животное, похотливое.

Встаю, Сашка остается на диване. Трет запястье. На лице целый спектр эмоций, но я-то знаю, что ей понравилось.

Молча одеваюсь. Пришло время второй женщине в моей жизни отвечать за свои поступки.

Еду домой. Ну держись, Ульяна. Синие ягодицы тебе гарантированы.

Подъезжаю домой. В окнах темно, открываю дверь — тишина. Никого. Ага, она снова не ночует дома. Рычу, в душе всех крою матом. Снова видеть ее долбанутую мамашу, будет еще одна бабка мне мозги промывать.

Еду к ее родителям. Два часа ночи на часах. А мне все равно, что люди должны отдыхать, я тоже хочу быть дома в тишине и спокойствии, как было раньше. а не искать свою законную жену непонятно где и на ком.

А как было раньше? Да так и было. У меня же было много чувств к Ульянке. Она глуповатая и наивная. Грезила всемирно известными компаниями, хотела карьеру в компьютерных технологиях. И у нее бы все получилось. Но мне не нужен конкурент. Мне не нужен человек, который может меня подвинуть, вызвать внимание на себя. А еще работы было много, а мы начали планировать ребенка.

Мне надо было, чтобы Улька родила и ушла со сцены. Я не терплю конкуренции, привык во всем быть лучшим. И тут бодаться с женой, ну такой себе вариант.

Пока она сдавала всякие анализы, я купил ей камеру. Дорогую, приличную. Я вообще на ней никогда не экономил. Улька начала с беби-съемок, а потом рыдала после каждой часами. Пришлось мне, помочь сменить ей профиль. Моделей она хорошо фоткает, деньги начала зарабатывать

Но она и тут многих местных фотографов заткнула за пояс. А лишнее внимание нашей семьей, да еще и через Ульянку, мне не нужно.

Останавливаюсь у дома тестей. Достаю старый телефон, он не просто звонилка, он хранитель моих трофеев. Каждая женщина, которая была со мной - занесена в список, с фото и личной характеристикой. Листаю их, хороши.

Телочки - важная страница в моей жизни. Они были всегда, и до свадьбы, и после. И на семейной жизни это никак не отражалось. Что это Улька решила взбрыкнуть?

Набираю в домофон.

- Кто? - сонный голос тещи.

- Ульяна у вас? - стараюсь больше волнения в голос, чтобы сумасшедшая тетка поняла, что мне не все равно. - Домой приехал после работы, а ее нет.

- И у нас нет. Гош, иди домой, - молчит, ждет, что я положу трубку. Не тут-то было.

- Если не откроете, я начну названивать вашим соседям. Хотите?

- Идиота кусок, - говорит тихо, но я все равно это слышу. За эти слова твоя любимая дочка еще поплатится. Открывает уличную дверь.

Влетаю в квартиру. Обуви на пороге нет, куртки тоже.

- Где она? Пусть выходит, не дети уже в прятки играть, - смотрю в комнатах. Пусто. - У вас ее точно нет?

- Гош, нет, Ульяна не приезжала сегодня. Что у вас снова произошло? Не обижай ее, не любишь - отпусти. Я сразу говорила, что вы не ровня, вы разные. Ты взрослый, серьезный парень, зачем ей голову пудришь. Все же знают, что у тебя есть любовница, вот и будь счастлив с ней, а дочку мою оставь. Георгий, поезжай домой.

- Любовниц не для семьи заводят, а как собаку - для статуса и развлечения. А если Ульки дома нет, может, вы ее и ее любовника прикрываете?

Теща подходит, замахивается, ударить не успевает. Перехватываю ее руку. Она плюет мне под ноги, открывает входную дверь, ждет, что я уйду.

Резко оборачиваюсь к ней, теща отскакивает. Правильно, пусть боится.

- Гош, подумайте над разводом. Вы молодые, каждый свою жизнь устроить еще может.

- Развод? Никогда! Улька моя навсегда, как бы вы к этому не относились. И вам меня терпеть придется до сдоху.

Конечно, я знаю, что никакого мужика у Ульки нет. Тяму не хватит его завести, ей же мне в глаза врать придется. А она совсем не умеет. Глаза, как у бездомного щенка, ногой шоркает, пальцы трет. Или еще хуже - ногти грызет.

Я свою жену знаю, как облупленную. Даже по выражению лица понимаю, как у нее прошел день.

Приезжаю домой. На плите пусто, холодильник битком продуктов. Кому мы их покупаем, помойному ведру?

Надо заняться Ульяной, ей пора взрослеть.