Развод после стольких лет

Глава 7

Да, у Рустама две жены…

А еще у него случился инсульт после родов второй жены, когда та решила, что может требовать больше, чем ей дает муж. Потому что она родила ему мальчиков близнецов, а первая жена только четверых дочерей. А ему за шестьдесят. По его глазам было видно в последнее время, что он постоянно подавляет в себе раздражение и недовольство, потому что вторая жена решила, что может помыкать им как вздумается, только потому что родила ему таких долгожданных наследников.

Только нет счастья в их доме.

Первая жена уехала за город, живет в отдельном особняке, занимается разведением роз, а так же к ней постоянно приезжают дочери с внуками и внучками. Слышала, что они не поддержали решение отца и видятся с ним редко, а к маме постоянно приезжают.

Кто по итогу выиграл?

Кто счастлив?

Желание мужчины обернулось крахом многолетней семьи…

— Я не могу, — говорю тихо. — И не буду.

Я не думала, что мой муж посмотрит на другую. Мы с ним были разными по характеру и мне казалось, что мое спокойствие уравновешивает его крутой нрав и желание постоянно достичь новых вершин.

Мы с Джамалем полюбили с первого взгляда. Я думала мы пронесем эту любовь до конца своих жизней. Но все оказалось очень непредсказуемо.

Элина смотрит на меня с таким разочарованием, что сердце сжимается. Моя девочка. Моя малышка, которую я качала на руках, когда она болела. Которой заплетала косички перед школой. Которая так похожа на своего отца — те же глаза, тот же упрямый подбородок, та же решительность.

— Знаешь что, — она делает шаг назад, — я не собираюсь выбирать чью-то сторону. Ни твою, ни папину. Мне надоело всё это!

— Элина, — я протягиваю к ней руку, но она отшатывается.

— Нет, хватит. Я... я после диплома уеду. В Европу. Буду учиться там.

Кровь отливает от лица. В глазах темнеет.

— Что? Куда? — мой голос звучит глухо, словно из-под воды.

— В Миланскую школу моды, — она вздергивает подбородок, готовая к спору. — Я уже подала документы. Поговорю об этом с папой. Он поймёт.

Конечно, поймёт. Джамал всегда поддерживал её мечты, какими бы несбыточными они ни казались. А я... я просто хотела, чтобы она была рядом. Эгоистично, как она и сказала.

Хочу возразить, сказать, что Милан слишком далеко, что она ещё слишком молода, что... Но слова застревают в горле. Если я скажу хоть что-то, она лишь убедится, что я действительно думаю только о себе, о своих правилах.

— Элина... — только и могу произнести.

— Не начинай, мам, — она поднимает руку, останавливая меня. — Я уже всё решила.

И с этими словами она разворачивается и выходит из кухни. Через несколько секунд слышу, как хлопает входная дверь. Ушла, даже не дослушав. Как и её отец.

Я остаюсь одна в пустом доме, который ещё вчера был полон смеха и радости на дне рождения внука.

***

Прошло четыре месяца. Я сижу в своей машине перед входом в женскую консультацию и не могу заставить себя выйти. Внутри всё сжимается от страха и неопределённости.

«Это просто климакс», — убеждала я себя последние недели, игнорируя утреннюю тошноту, думала на фоне стресса желудок протестует. А прекращение менструации списала на начавшийся климакс.

За эти месяцы моя жизнь превратилась в руины того, что когда-то было счастливой семьёй.

Развод прошел быстро и безболезненно — для Джамала. Он, как всегда, всё продумал и организовал. Мне достался дом, коммерческая недвижимость в центре города и ежемесячные дивиденды от его бизнеса. Дети получили свою долю, Джамал позаботился, чтобы у ребёнка от второй жены не возникло «диссонанса» в будущем, как он выразился.

Элина улетела в Милан, как и обещала, отец поддержал ее решение. Теперь она почти не звонит, а когда я звоню сама, разговаривает сухо и коротко. Словно это я разрушила нашу семью.

Зато Азамат, вопреки моим страхам, встал на мою сторону. «Я не одобряю поступок отца, мама, — сказал он, крепко обнимая меня. — Ты можешь на меня рассчитывать».

Его поддержка была единственным светом в моей новой, пустой жизни. Я стала чаще видеться с маленьким Амиром, который делает свои первые шаги, безуспешно пытается складывать слова и заливисто смеется, когда я щекочу его пухлый животик. А ещё у них с Альфией скоро родится второй ребёнок — девочка. Они хотят назвать её Софией.

Наконец решаюсь и выхожу из машины. Прохладный осенний ветер обвевает лицо, забирается под воротник лёгкого пальто. Последние недели я занималась обустройством цветочного бутика — единственное, что помогало не погрузиться в отчаяние полностью. Уже нашла дизайнера интерьера, заказала оборудование, составила бизнес-план. Это должно было стать моим новым началом. А теперь...

В кабинете врача прохладно и пахнет антисептиком. Немолодая женщина в белом, с аккуратно збранными на затылке в пучак волосами и белом халате внимательно изучает результаты анализов, которые я сдала два дня назад.

— Что ж, Амина Рашидовна, — говорит она, глядя на меня поверх очков, — могу вас поздравить. Мои прогнозы подтвердились, вы беременны.