Развод. Право на счастье

Глава 12

Никита

— Чего хмурной такой? Семейная жизнь не складывается? — ехидный голос друга раздался за спиной, а меня всего передернуло.

В последние дни Петра словно подменили, он стал нервным, дерганым, постоянно недобро косился в мою сторону. Я догадывался, что все это из-за Даши и бесился еще больше.

Еще там, в Байресе, он съездил мне по роже, когда узнал, что я затащил Дашку в постель. Неудивительно, честно говоря. Видел, что Петька сам на нее запал, но отступить уже не мог.

Какой-то механизм Даша в моих мозгах повернула, что меня переклинило. Не смог я тогда остановиться и не полезть к ней. Слишком велико оказалось искушение, слишком сладким висящий у самых глаз плод. Вот и сорвался.

А потом все понеслось под откос. Сумасшедшая выходка Илоны окончательно переполнила чашу терпения, показав уродливую сущность нашего брака. От которого, по сути, уже ничего не осталось. Тогда я и правда преисполнился решимости прервать эти кабальные отношения.

После возвращения в Россию первым делом встретился с адвокатом по бракоразводным делам. Илона сдаваться легко не собиралась и я понимал, что процесс будет весьма и весьма грязным. Но не представлял, что ей удастся найти тот козырь, который переломит ситуацию в корне.

— Слушай, хорош мне мозг сношать, а? —прорычал в ответ. — Прекрасно же знаешь ситуацию. Илона и так мне все нервы в соломинки скручивает. Так ты еще масла в огонь подливаешь.

— Так зачем ты бросил Дашу и к ней вернулся? — Кузнецов плюхнулся в кресло. Неприязнью от него так и фонило. — Может, ты мазохист?

— Петя, — я резко крутанул кресло. — Ты же знаешь, что дело в ребенке. Не будь Илона беременна, меня и рядом с ней не было бы.

— И что? Развод это не повод отказываться от ребенка. Но и не повод, чтобы жить с женщиной, которая доводит тебя до белого каления. Да Господи, — Петр стукнул по столешнице, — вы же оба психику ребенку поломаете своими склоками и скандалами!

— А ты что предлагаешь? — рыкнул я. — Отправить жену на аборт? Я, конечно, мерзавец, но не до такой степени.

— А просто уйти и не мучить себя не вариант? Причем тут аборт вообще?

— Да при том, что не доверяю я Илоне! Ни на грамм, понимаешь? Если я от нее уйду, она совсем слетит с катушек. И либо сама аборт сделает, либо доведет дело до выкидыша. И так неделю на сохранении лежала. У меня просто нет выбора.

— И именно поэтому ты повел себя с Дашей как мразь последняя? Нельзя было по-человечески поговорить, объяснить все?

— Я посчитал, что так будет лучше, понимаешь? Для нее в первую очередь. Ну вот что я мог ей сказать? Дашенька, моя жена беременна и я не могу от нее уйти? Ты должна понять и принять это? Надо было ее заставить ждать, пока я разбираюсь с Илоной? Даже если наши разборки затянутся на годы?

— А что ты вообще планируешь делать дальше? — как от зубной боли скривился Петр. — С рождением ребенка Илона только укрепит влияние на тебя. Это же отличный метод манипуляции.

— По крайней мере, тогда у меня будет больше шансов защитить малыша, чем сейчас. Если Илона начнет творить херню, я просто заберу у неё ребенка. Сука! — запустив руки в волосы, дернул их изо всей силы. — Как же вовремя Илоне подвернулась эта беременность. Только вот ни черта она ей не нужна. Вернее, нужна лишь как рычаг давления на меня.

— Уверен в этом?

— Петь, я, конечно, не знаток психологии, но ни одна мать, которая дорожит своим ребенком, не будет угрожать абортом. Язык не повернется.

— М-да.

— Сам понимаешь, мне нужно время. Даже боюсь представить, сколько. — тяжело вздыхаю. — А Даша уже не совсем молода, ей хочется любви, выйти замуж. О детях мечтает, я уверен. Не хочу портить ей жизнь.

— А тебе не кажется, — снова взъярился друг, — что об этом надо было думать до того, как тащить ее в постель? А ты наплевал на все, на то, что женат, на то, что Даша твоя сотрудница, на то, что она нравится мне, в конце концов. Ты ведь знал об этом? Решил поиметь ее назло мне?

— Да, виноват! — огрызнулся в ответ. — Во всем виноват. Не сдержался, переклинило меня. Но уж точно назло тебе ничего не делал. Нам с Дашей обоим крышу сорвало, понимаешь? Если бы ты ей нравился, она бы дала мне по яйцам, а не просто дала. Ты сам это понимаешь, так что нечего злиться.

Судя по воцарившемуся молчанию и кислой роже Петра, он это прекрасно осознавал. Поэтому и держал себя в руках, хотя кулаки чесались начистить мне рожу, я был уверен.

— И все равно это было жестоко.

— Нельзя было по-другому, понимаешь? — тяжко вздохнул. — В офисе завелась крыса, которая сливает Илоне все. Доносит о каждом моем шаге. От нее Илона и узнала так быстро о наших с Дашей отношениях. Потому и разрыв должен был быть таким, чтобы крыса донесла хозяйке и та успокоилась. Не смела лезть к Даше

— Думаешь, она начала бы её прессинговать?

— Прессинговать — это не то слово. Если она Насте чуть все волосы не повыдергивала, то… Мля, даже думать о таком повороте событий не хочу. В общем, я попытался как мог оградить Дашу. Получилось херово, признаю. Особенно когда она в обморок упала. Чуть не ***ся, честное слово.

— А потом еще увольнением порадовал.