Развод. Предатель, я ненавижу тебя!

Глава 2

Я моргаю.

Раз. Другой. Картинка перед глазами не исчезает.

Мой муж.

Мой Артур.

Тот самый, что еще утром целовал меня в щеку.

Тот самый, что говорил о том, что наша с сыном безопасность для него важнее всего.

Сейчас он стоит у своего массивного дубового стола. Спиной ко мне. А на столе…

На столе сидит женщина. Я вижу только стройные, загорелые ноги, обхватившие его талию.

Растрепанные светлые волосы, разметавшиеся по его пиджаку.

И слышу громкие, животные стоны.

Они заполняют кабинет, бьют по перепонкам, заглушая даже стук моего собственного сердца.

Этого не может быть.

Я ошиблась дверью?

Это не может быть Артур.

Просто похожий пиджак.

Просто похожая фигура.

Мозг отказывается верить. В панике ищет оправдания, подсовывает спасительные иллюзии.

Но тут он чуть поворачивает голову, впиваясь поцелуем в шею блондинки, и я вижу профиль.

Его профиль.

Жесткий, любимый, родной.

Мир рушится. Беззвучно. Страшно.

Пол уходит из-под ног.

Они так увлечены, так поглощены друг другом, что даже не заметили, как открылась дверь.

Не слышали моих шагов.

Для них меня не существует.

— Глубже… Артур… еще! — визгливо стонет блондинка.

Это имя.

Как пощечина.

Последняя надежда рассыпается в прах.

— Так вот, значит, как ты готовишься к открытию? — мой голос звучит чужим. Скрипучим, ледяным. Я даже не узнаю себя. — Вот почему тебе не нужна была моя помощь? Вот какие тебе помогают «специально обученные люди», да?

В кабинете повисает тишина.

Мертвая. Звенящая.

Они замирают.

Артур резко отшатывается. Он оборачивается ко мне. Его лицо… на нем на секунду мелькает растерянность. Шок.

Но не страх.

Артур Гром никогда не боится.

Он быстро поправляет рубашку, прячет взгляд.

Блондинка же… Она медленно сползает со стола. Поправляет короткую юбку. Спортивная, подтянутая, хищная. Идеальная фигура фитнес-модели, легкий ровный бронзовый загар.

В ее глазах нет ни капли стыда.

Она смотрит на меня с откровенным раздражением. Будто я — назойливая муха, залетевшая в суп.

Буравит меня ненавистным, оценивающим взглядом, кривит пухлые губы.

— Лена? — Артур делает шаг ко мне. — Ты?

— Представь себе, я! — выплевываю я. — Или ты уже забыл свою жену?

— Это не то, что ты подумала, — выдает он.

Классика. Он говорит это с таким серьезным лицом, что мне хочется расхохотаться.

— Не то? — переспрашиваю я, чувствуя, как внутри закипает лава. — А что это, Артур? Деловые переговоры? Углубленное изучение бизнеса? Ты меня за идиотку держишь?!

Он хмурится.

Его лицо снова становится жестким, непроницаемым. Маска хозяина жизни вернулась на место.

— Лена, прекрати, — его голос понижается. Тон, которым успокаивают капризных детей. — Не устраивай сцен. Не здесь.

Он подходит ближе, выставляя руку, словно хочет меня остановить.

— Мы поговорим дома. Спокойно. Без истерик.

Меня накрывает.

— Сцен?! — задыхаюсь я. — Я застала собственного мужа, который трахает какую-то девку на рабочем столе, в день нашего праздника! И я, по-твоему, устраиваю сцены?!

— Следи за языком, — холодно обрывает он. — Ты ведешь себя неадекватно.

— Я?! Неадекватно?!

— Лена, посмотри на себя, — он морщится. — Ты на взводе. Ты сейчас наговоришь лишнего. Ты реагируешь чересчур остро.

— Остро?! — я почти кричу.

— Именно, — жестко чеканит он. — Раздуваешь из мухи слона. Ничего страшного не произошло. Успокойся и иди в машину.

Ничего.

Страшного.

Он стоит передо мной, пахнущий чужими духами и сексом, и говорит мне, что измена — это пустяк. Что моя боль — это просто ерунда.

Да как он смеет?!

Блондинка, все еще сидящая на краю стола, лениво поправляет бретельку белоснежного лифа, который на ее бронзовой коже кажется чересчур вызывающим.

Она смотрит на меня с такой брезгливостью, будто я испортила ей свежий маникюр.

— Артур, — тянет она капризно, кивая в мою сторону. — Она у тебя всегда такая бесячая? Или это обострение?

У меня перехватывает дыхание. Эта шлюха смеет открывать рот?

— Заткнись, Марго! — резко осаживает ее Артур, не глядя в ее сторону. — Лучше оденься.

Марго.

Имя щелкает в голове, как затвор пистолета.

Я вспоминаю.

Пару месяцев назад Артур хвастался. Гордо рассказывал, как увел топ-менеджера у своего главного конкурента, бывшего противника по рингу.

«Я забрал у Волкова его лучший актив, Лена. Марго — самая настоящая акула бизнеса».

Акула.

Я смотрю на нее.

На ее пухлые губы, на размазанную помаду.

— Так вот, значит, какой это «актив», — мой голос звенит от ярости. — Теперь понятно, на какой именно «крючок» ты ее поймал! Я выразительно смотрю на его ширинку. — Видимо, предложение было слишком… большим, чтобы отказаться?

Лицо Артура идет красными пятнами.

— Хватит! — рявкает он.

Мне противно.

Здесь нечем дышать. Воздух пропитан ложью и ее дешевыми духами.

Я разворачиваюсь к двери.

— Я ухожу.

— Стоять! — он хватает меня за запястье.

Железная хватка. Больно.

— Пусти! — я дергаюсь, пытаясь вырваться. — Не трогай меня!

— Успокойся, я сказал! — шипит он мне в лицо. — Ты никуда не пойдешь в таком состоянии!

— ОТПУСТИ МЕНЯ, НЕМЕДЛЕННО! — реву я во весь голос, теряя остатки самообладания.

И в этот момент в коридоре становится шумно — он заполняется людьми. Первые гости, которые приехали раньше и услышали крики.

Я вижу их лица. Мужчины в смокингах, дамы в вечерних платьях. Охрана, которая тоже сорвалась с места. Все они застыли в дверях.

Все смотрят.

На полуголую Марго, которая не спеша застегивает блузку, даже не пытаясь спрятаться. На Артура, взъерошенного, с расстегнутой рубашкой, под которой мускулистое накачанное тело, со следами помады на шее. И на меня. Заплаканную, которую бьет дрожь.