Развод. Предатель, я ненавижу тебя!

Глава 9

Лена

Я отшатываюсь от глазка.

Трясущимися руками дергаю замок.

Щелчок. Дверь распахивается.

— Дима… — выдыхаю я, и ноги подкашиваются.

Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать.

Мой брат стоит на пороге, привалившись плечом к косяку. Его куртка порвана на рукаве. Но это ерунда. На скуле уже наливается темной, зловещей синевой огромный синяк. Губа разбита в кровь, припухла так, что ему, наверное, больно даже рот открывать. В уголке рта запеклась темная корка.

Меня накрывает паника. А следом за ней приходит вина.

Это из-за меня. Дима пострадал из-за меня.

— Кто?.. — выдыхаю я, хватая его за рукав и затаскивая в квартиру. — Кто это сделал?!

Дима морщится, пытаясь изобразить улыбку, но выходит гримаса боли.

— Не шуми, Лен. Мелкого переполошишь. Да и не важно это.

— Как это не важно?! — мой голос срывается на визг, я тут же понижаю его до зловещего шепота. — Это Артур? Это ведь он?!

Брат отводит взгляд и молчит.

Но мне не нужны слова. Я вижу ответ в его глазах. В том, как он прячет их, как сжимает кулаки.

Да. Это сделал мой муж.

— Заходи, быстро, — командует Катя, которая стоит за моей спиной, бледная как мел. — Сейчас аптечку достану.

Мы ведем его на кухню.

Дима тяжело опускается на стул, ставит на пол спортивную сумку.

— Вот… — хрипит он. — Вещи. Документы твои нашел. Серегина форма, учебники… Робот этот дурацкий. Все забрал.

Я даже не смотрю на сумку. Я смотрю на его разбитое лицо. Слезы душат.

— Рассказывай, — требую я, хватая ватный диск и перекись, которые сует мне Катя. — Что случилось? Ты же сказал, что просто заберешь вещи!

— Я и забирал, — неохотно бурчит он, шипя, когда я касаюсь разбитой губы. — Почти собрался уже. А тут замок щелкнул. Я думал — ты. А это он.

У меня внутри все холодеет.

— Артур приехал домой?

— Я бы даже сказал, прилетел, — усмехается Дима, и тут же морщится от боли. — Злой, как черт. Глаза бешеные. Увидел меня с сумками — вообще с катушек слетел.

— Что он сказал?

— Орал, — Дима смотрит мне в глаза. — Требовал, чтобы я тебе мозги вправил. Чтобы позвонил и сказал возвращаться немедленно. «Скажи этой дуре, чтобы не совершала ошибку!» — так и орал.

Меня трясет от ярости.

— Ошибку?! Он называет это ошибкой?!

— Он уверен, что ты все неправильно поняла, Лен. Он так и сказал: «Она накрутила себя, она рушит семью из-за своих фантазий». Пытался меня убедить, что я должен на тебя повлиять. Давил. Дима сплевывает сукровицу в салфетку. — Знаешь, что самое страшное? Он говорил о тебе… как о вещи. «Верни ее на место», «Она моя», «Я не позволю ей уйти». Ты для него просто сбежавшая собственность, Лен.

Собственность.

Это слово ударяет меня сильнее, чем пощечина.

Вот, значит, как.

Не любимая женщина. Не мать его ребенка.

Вещь. Инвентарь. Актив, который посмел выйти из-под контроля.

— А ты что?.. — шепчу я.

— А что я? — Дима пожимает плечами. — Я его послал. Сказал, что ты не вещь. И что если он еще раз к тебе подойдет — будет иметь дело со мной.

Он горько усмехается, трогая челюсть.

— Ну, он и не стал разговаривать. Просто ударил. Быстро, профессионально. Я даже дернуться не успел, Лен. Он же боксер, у него реакция… Я попытался ответить, но…

— Вот ублюдок! — вырывается у меня. — Какой же он ублюдок!

Ярость затапливает меня с головой.

Мало того, что Артур изменяет. Мало того, что он врет и угрожает отобрать сына. Он поднял руку на моего брата. На единственного мужчину, который встал на мою защиту. Он избил его, просто чтобы показать свою силу. Чтобы доказать, что он здесь хозяин.

В этот момент во мне что-то умирает окончательно.

Последние капли страха, сомнений, какой-то жалкой надежды на то, что можно договориться по-хорошему.

Нет. С террористами не договариваются. Их уничтожают.

Я больше не боюсь его.

Я хочу его уничтожить.

Размазать.

Стереть в порошок.

— Димочка, — я глажу брата по плечу, глотая злые слезы. — Посиди, сейчас лед приложу. Чай попьешь… Ты же голодный, наверное…

— Не надо, Лен, — он мягко, но настойчиво убирает мою руку. Он выглядит подавленным. Ему стыдно. Стыдно, что не смог дать сдачи. Что пришел к сестре побитым, а не победителем. Мужская гордость уязвлена, и я вижу, как ему больно от этого.

— Я поеду, — он встает, слегка пошатываясь. — Пашка ждет. Не хочу здесь… стеснять вас.

— Дим, ну куда ты в таком виде?! — всплескивает руками Катя. — Оставайся!

— Нет. Мне надо проветриться. Он берет меня за плечи, заглядывает в глаза. — Лен, он опасен. Реально опасен. Будь осторожна, ладно? И… прости, что я так. Не защитник из меня, видимо…

— Ты самый лучший защитник, — шепчу я, обнимая его. — Спасибо тебе. За все спасибо.

Он криво улыбается, накидывает капюшон, чтобы скрыть лицо, и выходит из квартиры. Дверь за ним захлопывается. А я остаюсь стоять посреди коридора, чувствуя, как в груди разгорается пожар.

— Лен? — тихо зовет Катя.

Я поворачиваюсь к ней.

Мои глаза сухие.

— Все, Кать. Хватит соплей. Мой голос звенит сталью. — Он объявил войну не той женщине. Он думает, я слабая? Думает, я сломаюсь? Я смотрю на закрытую дверь, за которой скрылся мой избитый брат. — Я заберу у него все, чем он так дорожит. Его репутацию. Его деньги. Его спокойствие.

— Развод? — уточняет подруга.

— Развод, — киваю я. — И такой, от которого он не отмоется.

***

Дорогие читатели!

В ожидании новой главы, обратите внимание на новую книгу нашего моба

Софа Ясенева "Развод. Пусть все знают правду" (18+)

https://litnet.com/shrt/87E8