Развод. Призрак из прошлого.

Глава 38

Влада

Санкт-Петербург... Как же мы с Борей мечтали сюда попасть! Сколько раз планировали эту поездку, рассматривали фотографии Эрмитажа, Петергофа, разводных мостов. Борис даже нашёл в интернете некоторую информацию, и каждый вечер читал мне вслух о достопримечательностях этого прекрасного города, а я представляла, как мы будем гулять по набережным, держась за руки...

- Обязательно съездим, — постоянно обещал он. — Увидишь, какой там красивый закат над Невой!

Но работа, вечная работа... То срочный заказ, то новый контракт. И наша мечта так и осталась мечтой, как оказалось, только моей мечтой...

Резкая боль пронзила грудь, словно кто-то сжал сердце в кулаке и медленно выкручивал его. Я зажмурилась, заставляя себя дышать ровно, считая вдохи и выдохи. Нет, не сейчас, не здесь, не при нём!

- Вероника Андреевна? — обеспокоенно позвал Державин, и я почувствовала, как его внимательный взгляд буквально обжигает кожу.

- Всё в порядке, — быстро ответила я, распрямляя плечи и стараясь выглядеть собранной. — Просто... устала с дороги.

Он изучающе посмотрел на меня, и мне снова показалось, что этот пронизывающий взгляд видит меня насквозь. Словно рентген, проникающий в самые потаённые уголки моей израненной души. Что он там ищет? Что хочет найти? Мои руки непроизвольно сжались в кулаки.

- Ну что, идём в ресторан? А потом, как и обещал, будет прогулка, — обратился ко мне он.

И я больше не стала сопротивляться, согласившись на предложение босса. Не нужно вызывать у него ещё больше подозрений... Хотя каждая клеточка моего тела кричала об опасности. Или это я во всём теперь видела опасность, разучившись доверять людям?!

В ресторане Державин оказался удивительно галантным кавалером. Он красиво ухаживал за мной, отодвинул стул, сделал заказ, не забыв уточнить мои предпочтения. Его движения были плавными, уверенными, как у человека, привыкшего к роскоши и вниманию.

А после ужина мы отправились на непринуждённую прогулку по вечернему Петербургу. Город встретил нас мягким светом фонарей, отражающихся в тёмной воде каналов, и лёгким ветерком.

И хоть я в присутствии босса всё так же чувствовала себя напряжённо, вида старалась не показывать. Улыбалась, кивала, изображала заинтересованность.

А он рассказывал мне о достопримечательностях города на Неве. Говорил легко, интересно, непринуждённо, рассказывал о городе с такой искренней любовью, что я невольно заслушалась, забывая на мгновения о своих страхах.

- Видите тот особняк? — указал он на величественное здание с резными балконами. — У него тоже своя не менее захватывающая история.

Но даже в эти моменты я чувствовала его взгляд. Изучающий, оценивающий, словно он пытался разгадать какую-то сложную загадку. И этот взгляд не давал мне покоя, заставлял нервничать и постоянно контролировать каждое слово, каждый жест, каждое выражение лица.

«Может, он что-то знает или подозревает? Или я просто схожу с ума от постоянного напряжения?»

- Вы очень загадочная женщина, Вероника Андреевна, — вдруг произнёс он, остановившись под старинным фонарём и пристально глядя на меня. Свет падал на его лицо, подчёркивая резкие черты и делая взгляд ещё более проницательным. — В вас есть что-то... неуловимое.

Сердце пропустило удар, а потом забилось так громко, и я была уверена, что он слышит этот предательский стук. Я сжала в руке телефон, стараясь сохранить спокойствие и не выдать охватившую меня панику.

- Все женщины загадочны, разве нет? — попыталась я отшутиться, натянув на лицо непринуждённую улыбку.

Но я почувствовала, какой фальшивой она получилась. И я была уверена, что Державин заметил эту фальшь.

- Не все, — покачал он головой, не отводя с меня пронзительного взгляда. — У вас в глазах такая глубина... Словно вы пережили гораздо больше, чем можно предположить. Там, в глубине, прячется боль. Настоящая, глубокая боль.

Его слова ударили точно в цель, и я едва сдержала дрожь. Как он может так точно читать меня? Это пугало и восхищало одновременно.

- Жизнь никого не щадит, — тихо ответила я, отводя взгляд к тёмной воде канала. — У каждого есть свои потери, свои шрамы.

- Это правда, — согласился он, и в его голосе послышались удивительно мягкие нотки. — Но у вас... у вас взгляд человека, который начал жизнь заново. Это редкое качество. И очень привлекательное.

Я замерла, чувствуя, как кровь отливает от лица. Неужели он догадывается? Неужели видит сквозь тщательно выстроенную маску Вероники настоящую меня, Владу, которая действительно начала новую жизнь из пепла старой?

- Простите, если говорю слишком личные вещи, — добавил Державин, заметив моё замешательство и сделав шаг ближе. — Просто вы мне очень... интересны.

Ничего себе, вот это новость! Или это очередная уловка босса? Способ заставить меня расслабиться и выдать себя?

«Держись, Влада, держись! Не давай волю своим чувствам! Ты сильная! Ты столько всего пережила: предательство, разлуку с дочкой, колонию, справишься и с этим!» — мысленно командовала я себе, сжимая кулаки до боли.

- Благодарю за комплимент, — ответила я, стараясь говорить легко и непринуждённо. — И за прекрасный вечер. Питер действительно удивительный город, — решила я перевести тему на более безопасную.