Развод с адмиралом-драконом

Глава 2

— Конечно, Кириан, — отвечаю я не своим голосом. — Стол давно накрыт.

Разворачиваюсь и выхожу, громко хлопая дверью. Вымещаю в этом резком движении все, что во мне кипит. Очень хочется, чтобы это была не дверь, а лицо мужа. Чтобы он на себе ощутил хотя бы малую толику того, что я чувствую.

Но драться с ним я точно не готова. Все, на что меня хватает, — почти бегом подняться по лестнице, словно за мной гонится стая диких псов.

Ноги не держат, и я цепляюсь за перила, чтобы не упасть. Добираюсь до спальни и торопливо запираюсь на ключ.

Колени подгибаются, спина скользит по холодной поверхности, и я сжимаюсь на полу, обнимая себя за плечи. Воздух рвется из груди рыданиями, которые я больше не пытаюсь сдерживать.

Как же больно!

Будто невидимые когтистые лапы разрывают мое сердце на тысячи мелких кусочков. Я прижимаю ладонь к груди, словно могу удержать его, не дать действительно рассыпаться на части.

Как Кириан мог так меня унизить? Не только словами, а действиями и поступками.

Но самое горькое – судя по тому, как он себя вел, ему совершенно не совестно.

Совсем.

Ему просто… все равно.

Будто происходящее — не предательство вовсе, а неудобный разговор о хозяйственных делах.

Я утыкаюсь лбом в колени и плачу так горько и безутешно, как не плакала уже очень много лет.

Мой муж никогда не был таким бессердечным.

Никогда.

С войны будто вернулся не он, а его злой, искаженный двойник.

Я не знаю, сколько проходит времени. Как долго я сижу на полу, изливая свою боль.

Но в какой-то момент понимаю, что слез больше нет, а на душе остается лишь тяжесть.

Тело слабеет, становится чужим, неподъемным.

Хочется лечь тут же, под дверью, и не двигаться.

Но еще больше хочется в ванную.

Доползти до нее, забраться в горячую воду, погрузиться с головой и... исчезнуть.

Мелькнувшая на подкорке сознания темная мысль действует на меня отрезвляюще. Я резко выпрямляюсь и встряхиваю волосами, отгоняя ее прочь.

Нет, ни в коем случае я так не поступлю!

Ведь у меня есть мои девочки, мои дочки.

Я буду жить ради них.

На самом деле ради Мэйлис и Галатеи я готова очень многое вытерпеть.

И предательство мужа в этом списке далеко не на первом месте.

Тут раздается тихий стук в дверь.

Я вздрагиваю и вытираю лицо ладонями, хотя слез уже давно нет. Поднимаюсь, поправляю платье, делаю глубокий вдох и только потом открываю.

На пороге стоит наш дворецкий Джекоб.

Седовласый, худощавый, с безупречно прямой спиной и спокойствием во взгляде, которое очень мало что способно стереть с его лица. Он служит нам уже много лет, практически с первых дней, как мы приехали сюда.

— Что случилось, Джекоб? — спрашиваю я.

Он склоняет голову и не сразу поднимает взгляд, словно ему неловко смотреть мне в глаза.

— Простите, госпожа… — начинает он тихо. — Лорд Кириан просил вас спуститься к ужину.

Я хмурюсь.

Не секрет, что за столом будет Маиза. И это одна из причин, по которой я не собираюсь туда идти. Сидеть за одним столом с беременной любовницей мужа, да еще наблюдать его довольную физиономию — это выше моих сил.

На Кириана я вообще смотреть не хочу.

По крайней мере — не сегодня.

— Передай лорду, что я не голодна, — говорю я спокойно.

Джекоб не уходит. Он продолжает стоять на пороге, глядя куда-то мне под ноги.

— Ну что еще?

Он медлит, будто собирается с духом.

— Простите, что вынужден передавать вам это, госпожа… — начинает он и наконец поднимает глаза. — Ваш супруг сказал… если вы не спуститесь… он накажет вас за строптивость.

Несколько секунд я просто смотрю на него.

А потом меня пробирает нервный, почти истеричный смешок.

— Накажет?.. — переспрашиваю я тихо, не веря собственным ушам.

Это звучит настолько абсурдно, что даже душевная боль на секунду отступает.

Я делаю глубокий вдох, заставляя себя успокоиться.

— Я не спущусь, Джекоб, — говорю твердо. — Передай ему, что я уже легла спать. Иди.

Он согласно кивает и поворачивается уходить.

Я закрываю дверь, снова запираясь.

Постояв немного в тишине, припоминаю плетение чар, что когда-то учила в академии. Касаюсь замка и шепчу слова заклинания, вплетая в них остатки сил. Металл едва ощутимо теплеет под пальцами, сигнализируя, что магия сработала.

Кириан, конечно, блефует.

Он уже достаточно меня «наказал». Понять бы только — за что.

Я поворачиваюсь и иду в ванную, на ходу расшнуровывая платье. Мне хочется смыть с себя грубые прикосновения мужа, его запах, его поцелуи.

И первую за долгие месяцы близость… которая в итоге стала жирной точкой в наших отношениях.

Я набираю ванну почти до краев, бросаю туда мочалку, обильно заливаю мыльные средства из небольших стеклянных бутылочек и забираюсь внутрь.

Тепло сразу обволакивает напряженное тело, расслабляет мышцы и осторожно вытягивает из меня боль. Я медленно выдыхаю и опускаюсь глубже, пока вода не доходит до подбородка.

На несколько минут — или часов? — я просто выпадаю из реальности.

Смотрю, как поднимается пар, как он застилает зеркало, стены, потолок.

Мысли сначала мечутся, цепляются одна за другую, но постепенно редеют, растворяются, как этот самый пар.

Я не замечаю, как проходит время.

В какой-то момент становится зябко. Вода остывает, кожа покрывается мурашками. Я морщусь и, лениво шевельнув пальцами, подпитываю ванну магией. Тепло возвращается.

Беру мыльную мочалку и начинаю тереть кожу. Сначала медленно, осторожно, потом сильнее, резче — плечи, руки, грудь, живот, ниже... Хочется стереть с себя абсолютно все.

Его прикосновения. Его запах. Сам факт того, что случилось между нами.

Я тру до покраснения, до жжения, словно боль снаружи способна заглушить боль внутри.

Но Кириан въелся в меня слишком глубоко. Я вся насквозь им пропитана.