Развод с адмиралом-драконом

Глава 5

Медальон в моей ладони вдруг теплеет.

Зеркальце становится мутным, затем проясняется, и в отражении появляется знакомое лицо.

— Роминда…

Горло сжимается так, что я не сразу могу вдохнуть. Губы дрожат, и я всхлипываю, не успев сдержаться.

Я сразу узнаю свою наставницу, она почти не изменилась. Те же теплые карие глаза, заостренный тонкий нос, седина в темно-красных волосах. Разве что морщинок прибавилось и лицо немного похудело.

— Роминда! Я так рада, что ты… что ты не потеряла медальон…

Женщина в отражении сначала тепло улыбается, но уже через секунду ее брови сходятся к переносице, а взгляд становится особенно внимательным.

— Лайла… — мягко говорит она. — Что с тобой, детка? Ты в беде?

Я до боли прикусываю губу, чтобы не разрыдаться прямо сейчас, а затем киваю. Просто киваю, потому что слова находятся не сразу.

— Да, — выдыхаю наконец. — Мне нужно спрятаться от мужа. Он… — голос ломается, и я замолкаю, сглатывая. — Это долго. Очень долго рассказывать. Я сбежала из замка, но очень скоро Кириан меня найдет.

Очередная слеза все же срывается и скользит по щеке. Я зло смахиваю ее тыльной стороной ладони и мысленно приказываю себе успокоиться.

Роминда потрясенно ахает, словно не верит услышанному. Но тут же берет эмоции под контроль, становясь собранной и серьезной.

— Где ты сейчас?

— В сквере рядом с магической школой Стакфорт. Мне нужно забрать младшую дочь. И еще… — я на секунду прикрываю глаза. — Нужно как-то связаться со старшей. Она в академии. Туда нельзя открыть портал, а времени ехать у меня нет.

Роминда кивает, словно все это — обычная задача, а не крушение чужой жизни.

— Хорошо, — говорит она. — Забирай младшую, а старшей напишешь уже отсюда. Я сейчас пошлю к тебе мистера Берга. Он будет ждать у ворот и заберет вас порталом.

Я облегченно выдыхаю и шепчу:

— Спасибо… Ты даже не представляешь, Роминда… Ты буквально спасаешь меня.

— Не трать время, Лайла, — перебивает она строго. — Действуй.

Я киваю, но тут же вспоминаю очевидное.

— Школа еще закрыта… — говорю растерянно.

Роминда вскидывает брови, словно я только что сказала что-то до смешного нелепое.

— Так вызови дежурного наставника! — восклицает она. — Они обязаны быть на месте.

Я моргаю.

И правда.

— Ты права… Конечно, ты права. Я проверю. Спасибо. Спасибо тебе.

Отражение гаснет, зеркало тускнеет, и медальон снова становится просто холодным куском металла в моей ладони.

Я убираю артефакт в сумочку и поднимаюсь со скамьи.

Вытираю лицо, делаю несколько глубоких вдохов, приводя дыхание в порядок. Расправляю плечи, словно собираюсь не просто войти в школу, а выйти на поле боя, и отправляюсь к воротам.

Подхожу к ним почти вплотную и осторожно касаюсь одного из холодных металлических прутьев.

Они заколдованы, я чувствую это сразу.

По коже пробегает знакомая вибрация, и от моей ладони по защитному полю расходятся серебристые волны энергии.

Если в школе кто-то дежурит, он это точно заметит.

Я замираю, обращаясь в слух, и просто жду.

Примерно через пару минут высокие двери особняка распахиваются. На пороге появляется женщина в строгом темно-синем платье. Она окидывает взглядом двор, задерживается на воротах и направляется ко мне.

Я делаю медленный вдох и так же медленно выдыхаю.

Внутри все сжимается, но лицо остается спокойным. Я надеваю привычную маску — ту самую, за которой легко спрятать себя-настоящую.

Мой слишком ранний визит — уже повод для вопросов. Не стоит зарождать дополнительные подозрения нервозностью и странным поведением.

Когда женщина подходит ближе, я узнаю ее. Это леди Селестина, заместитель директора школы.

Даже к лучшему, что дежурила именно она. Любой другой сотрудник все равно не решился бы ничего сделать без ее одобрения. Пришлось бы ждать и терять драгоценное время.

Она открывает ворота и произносит с легким удивлением:

— Леди Авердейн? Что-то случилось? В такой ранний час…

— Здравствуйте, Селестина, — мягко улыбаюсь, держа под контролем эмоции. — Я хотела бы забрать дочь на несколько дней раньше выходных. Она столько писем мне отправила… Вы наверняка уже знаете о победе в Изумрудном заливе. Мой супруг вернулся с границы, а Мэйлис так давно не видела папу.

Сердце болезненно сжимается на этих словах.

Как я заберу ее… и не дам ей встретиться с ним?

Как объясню, почему так поступаю?

Ужасно, что приходится делать такой выбор.

Селестина понимающе кивает, в ее взгляде появляется сочувствие.

— Ох, конечно, я вас понимаю, — говорит она. — Но правила… Мы не можем отпускать детей раньше положенного срока. Мы несем за них ответственность.

— Я подпишу любой документ, снимающий с вас эту ответственность на эти лишние два дня.

Она задумывается и слегка поджимает губы. Несколько секунд тянутся мучительно долго.

— Да… — наконец произносит она. — Это могло бы стать выходом. Пройдемте.

Я едва заметно выдыхаю.

Мы направляемся к особняку, и Селестина добавляет на ходу:

— Но только в порядке исключения.

— Разумеется. Не каждый день наш папа отсутствует дома по полтора года.

Она неловко улыбается, пропуская меня первой.

Когда мы входим в просторный холл, наполненный приглушенным утренним светом, Селестина останавливается и говорит:

— Я подготовлю заявление, а вы пока можете разбудить Мэйлис. Вы же знаете, где у нас спальный этаж?

— Да, конечно. Спасибо, — отвечаю я.

И на ватных ногах иду к боковой лестнице.

Внутри все дрожит и натянуто до предела. Я не верю, что пока все так гладко складывается.

Но самое сложное еще впереди.

Мне предстоит посмотреть в глаза одиннадцатилетней девочке и объяснить ей, что папа, по которому она так скучала, сделал маме очень больно.

И что теперь нам придется прятаться от него.