Развод с адмиралом-драконом

Глава 11

Меня будит чье-то осторожное прикосновение.

Сначала я не понимаю, где нахожусь. Здесь тепло и спокойно, в теле разливается приятная нега, будто я завернута в мягкое облако. Потом сквозь сон пробивается тихий голос:

— Мамочка, вставай…

Голос дочки я узнаю сразу, и понимаю, что это именно она аккуратно трясет меня за плечо.

Медленно открыв глаза, я несколько секунд просто моргаю, привыкая к свету. А затем вижу склонившуюся надо мной Мэйлис. В ее взгляде — забота и нетерпение одновременно.

— Мэй?.. — хрипло шепчу я и тут же сажусь на кровати.

В голове удивительно ясно.

Нет привычной тяжести, нет головной боли и ощущения, будто кто-то вычерпал из меня всю энергию. В руках нет вчерашней дрожи, дыхание ровное, а мысли не путаются.

Я… по-настоящему отдохнула. Даже не верится, что для этого оказалось достаточно всего одной ночи крепкого сна. Похоже зелья мастера Корвуда сотворили настоящее чудо.

Первым делом я машинально закатываю рукав халата, в котором вчера уснула, и смотрю на плечо.

Метка все еще тусклая, размытая, словно подернутая дымкой. Золотого сияния нет, линии не жгут кожу.

Отлично, средство работает. Главное, не забывать вовремя выпивать следующую порцию.

Облегченно вздохнув, перевожу взгляд на дочь и спрашиваю:

— Сколько я проспала?

Мэйлис задумчиво морщит нос.

— Ну… уже утро. На часах почти восемь. Нам на завтрак пора. — Потом внимательно меня осматривает. — Как ты себя чувствуешь, мама?

Она стоит передо мной в пижаме, но волосы уже аккуратно заплетены в косу. Такая взрослая, собранная, ответственная… даже не верится, что передо мной моя малышка Мэй.

Я улыбаюсь и протягиваю к ней руки.

— Все хорошо, солнышко. Правда. Мне стало намного легче.

Обнимаю ее, прижимаю к себе и вдыхаю родной запах.

— А ты мне расскажешь, как прошел твой вчерашний день? — добавляю я.

Мэйлис радостно кивает.

— Конечно! Но сначала ты должна одеться и умыться, а то мы опоздаем на завтрак! — заявляет она с важным видом. — Леди Роминда сказала, что тебе нужно много есть и отдыхать, чтобы поправиться.

Потом ее глаза загораются.

— И если все будет хорошо, то уже завтра мы сможем поговорить с Теей!

От этих слов становится чуть труднее дышать.

Завтра.

Совсем скоро я поговорю со старшей дочкой, посмотрю ей в глаза и сразу все пойму… На самом деле, мне даже ее ответа не понадобится. Если Кириан уже настроил ее против меня, это будет очевидно в первые же секунды.

— А еще, — продолжает Мэй, — пока ты спала, приходил хмурый дядечка с длинными белыми волосами. Передал тебе вот это.

Она указывает на прикроватную тумбочку.

Перевожу взгляд и вижу знакомый флакон с зельем. Мастер Корвуд уже позаботился, чтобы следующая порция попала ко мне вовремя.

— Какая ты у меня уже взрослая, Мэй, — тихо говорю я. — Я так тебя люблю, солнышко.

Она тут же обнимает меня и шепчет в ответ:

— И я тебя люблю!

Потом резко отстраняется.

— Побегу одеваться!

И, словно маленький вихрь, выскакивает из комнаты.

Я еще несколько секунд сижу на кровати, глядя на захлопнувшуюся дверь.

Мысли о том, что скоро я услышу голос Галатеи, придают мне дополнительные силы. Я поднимаюсь, беру флакон и первым делом выпиваю зелье.

После этого иду в ванную.

Умываюсь прохладной водой, приводя себя в порядок. В зеркале на меня смотрит уже не изможденная, сломленная женщина, а пусть уставшая, но живая и собранная Лайла. На щеках даже появился румянец, и синяки под глазами едва заметны.

Я аккуратно расчесываю волосы и собираю их в высокую прическу, закрепляя заколками. Потом открываю шкаф и выбираю платье глубокого синего цвета с мягким корсетом и струящейся юбкой в пол. Оно сидит идеально, будто было подобрано специально под мою фигуру.

Еще один мысленный поклон Роминде.

Когда я уже полностью одета, в комнату заглядывает Мэйлис, и мы вместе направляемся в столовую.

По дороге Мэй начинает тараторить без остановки, стараясь рассказать сразу обо всем.

— Мама, ты представляешь, я вчера сходила на четыре занятия! И у нас был такой предмет — древние руны! В моей старой школе такого не было. Это так интересно! Там есть целый язык, на котором составлены заклинания, а я ведь могла никогда о них не узнать. А еще…

Она почти не делает пауз, и я всерьез задумываюсь, как у нее хватает воздуха на такую длинную непрерывную речь.

— А еще я подружилась с Тирой и Несс! Им тоже по одиннадцать, и они тут уже три года живут! Представляешь, мама, здесь ни у кого нет родителей!

Я слушаю ее, улыбаюсь, киваю, иногда вставляю короткие реплики, но задать полноценный вопрос просто не успеваю. Она говорит быстро, взахлеб, стараясь поделиться всем сразу, будто боится что-то забыть.

И я позволяю ей это. Пусть говорит.

Пусть радуется, узнает новое и чувствует себя в безопасности.

Когда мы входим в столовую, Мэйлис тут же машет мне рукой.

— Я к девочкам!

И убегает к своему столику, где ее уже ждут новые знакомые.

Я смотрю ей вслед с мягкой улыбкой, а потом, как и в прошлый раз, направляюсь к преподавательским столам у стены.

Роминды я не вижу, зато взгляд сразу же цепляется за идеально ровную спину Филиуса Корвуда. Надо бы поблагодарить его за помощь. Совершенно не помню, делала я это вчера или нет.

Кириан

Ярость.

В последнее время это чувство настолько глубоко проросло в нем, что стало неотъемлемой частью его сущности. Благодаря этому они и выиграли последнее сражение. Но еще не войну.

Небольшая передышка перед следующей операцией должна бы остудить его голову, но гнев лишь разрастается, пускает корни и уничтожает все остальные эмоции, на которые он был когда-либо способен.

Кириан крушит столовую, не прибегая к магии — сейчас она кажется ему слишком слабой и незначительной, неспособной выразить то, что горит, кипит и плавится у него внутри.