Развод с драконом. Брошенная, но не сломленная

Глава 1. Годовщина, которая стала приговором

Весь замок сиял так, будто сегодня праздновали не годовщину брака, а коронацию. Золотой свет магических сфер скользил по белому камню, отражался в высоких зеркалах, тонул в бокалах с рубиновым вином и цеплялся за драгоценности придворных дам. Музыка лилась мягко, торжественно, и каждый звук отдавался у меня под кожей тревогой, которую я с самого утра пыталась назвать волнением.

Я стояла у входа в главный зал и смотрела, как слуги в последний раз поправляют длинные темно-алые драпировки с гербом рода Эстейн — серебряный дракон на черном пламени. Мой муж любил, чтобы все выглядело безупречно. Любил порядок, роскошь, подчинение и тишину. Особенно тишину от тех, кто был слабее его.

— Леди Лиора, вы прекрасны, — прошептала Мира, моя камеристка, отступая на шаг. — Сегодня он точно не сможет отвести от вас взгляд.

Я медленно подняла глаза на свое отражение. Темное платье мягко облегало фигуру, серебряная вышивка на корсете повторяла рисунок драконьих крыльев, волосы были уложены высоко, чтобы открыть шею, на которой покоилась тонкая фамильная цепь рода Эстейн — подарок Рейнара в первую брачную ночь.

Когда-то он сам застегивал ее на мне, касаясь пальцами кожи так бережно, словно я была самым дорогим сокровищем в его жизни. Тогда мне казалось, что я действительно любима.

Теперь я уже не была в этом уверена.

— Ты слишком бледна, — заметила Мира, вглядываясь в мое лицо. — Может, вам лучше сесть? Праздник только начинается.

— Я в порядке, — ответила я слишком быстро и сама услышала фальшь в собственном голосе.

Я не была в порядке уже очень давно.

Последний год нашего брака превратился в бесконечную зиму, где не было ни скандалов, ни открытой жестокости, ни громких обвинений. Было хуже. Холод. Вежливый, безупречный, выверенный холод. Рейнар все реже смотрел на меня, все реже говорил со мной без необходимости, все чаще исчезал на заседаниях совета, в военных поездках, в делах, о которых мне не полагалось спрашивать. Он по-прежнему оставался идеальным лордом драконов в глазах двора. Сильным, сдержанным, прекрасным. И по-прежнему был моим мужем только на бумаге и перед людьми.

Я долго убеждала себя, что это временно. Что на него давят обязанности. Что он устал. Что наше молчание — всего лишь этап, через который проходят многие браки. Что если я буду терпеливой, мягкой, удобной, он однажды снова посмотрит на меня так, как смотрел раньше.

Сегодня была наша седьмая годовщина.

Семь лет назад он выбрал меня среди десятков благородных невест, и весь двор шептался, что юный наследник рода Эстейн слишком привязался к тихой девушке без громкого дара и заметной силы. Тогда мне завидовали. Теперь — жалели. Или насмехались. Я давно научилась не вслушиваться в шепот за спиной, но в такие вечера он звучал особенно отчетливо.

Двери распахнулись, впуская в зал новый поток гостей. Я выпрямилась, натянула на лицо ту самую спокойную улыбку, которой пользовалась последние годы как щитом, и шагнула вперед.

Музыка стала громче. Придворные склоняли головы. Кто-то приветствовал меня с нарочитой почтительностью, кто-то с ленивой вежливостью. Я двигалась между ними плавно, не позволяя себе сбиться с шага, хотя внутри с каждой секундой росло странное ощущение, будто воздух стал гуще и тяжелее. Будто что-то вот-вот должно случиться.

Рейнара в зале еще не было.

Это тоже было странно. Обычно на приемах такого уровня он появлялся первым или одновременно со мной, чтобы весь двор видел нас вместе. Даже если между нами давно ничего не осталось, внешнее благополучие рода было для него священно.

Я остановилась у возвышения, где нас ждали два кресла из черного дерева. Одно — мое. Второе — его.

Пустое.

Сердце стукнуло сильнее.

— Лорд задерживается, — тихо произнес один из старших слуг, не глядя мне в глаза.

— Я вижу, — так же тихо ответила я.

Минуты тянулись слишком долго. Разговоры в зале становились все тише, будто даже гости начинали чувствовать неладное. Я ловила на себе взгляды — любопытные, цепкие, оценивающие. Где-то у дальней колонны две молодые аристократки шептались, прикрывая улыбки веерами. У лестницы стояла леди Верена, двоюродная тетка Рейнара, и смотрела на меня с тем холодным превосходством, которым одаривала всякий раз, когда речь заходила о наследниках.

Наследниках.

Слово полоснуло внутри так же больно, как всегда.

Семь лет брака, а я так и не смогла подарить роду Эстейн ребенка. Ни сына, ни дочь. Ни даже надежду, которая продержалась бы дольше нескольких недель. Лекари разводили руками. Маги говорили о слабом истощении ауры. Старшие драконицы намекали, что некоторые женщины просто не способны выдержать силу брачного союза с истинно сильным мужчиной. Никто не обвинял меня в лицо. Для этого наш двор был слишком воспитан. Но каждый взгляд, каждая пауза, каждый слишком вежливый совет напоминали мне: я не справилась.

И все же сегодня я надеялась, что, быть может, этот вечер что-то изменит. Глупо. Почти унизительно. Но надеялась.

Когда двери зала распахнулись снова, музыка смолкла сама собой.

Я обернулась.

Рейнар вошел так, как входил всегда: спокойно, уверенно, будто само пространство расступалось перед ним. Высокий, в черном камзоле с серебряной отделкой, с холодным профилем, от которого у многих женщин во дворце подкашивались колени. Его волосы, почти белые в свете сфер, были зачесаны назад, а в глазах горело то самое драконье золото, которое когда-то заставляло меня забывать обо всем на свете.

Но сегодня рядом с ним шла женщина.

Не служанка. Не дальняя родственница. Не посланница чужого дома.

Женщина.

Молодая, яркая, гибкая, в платье цвета расплавленного янтаря, с открытыми плечами и слишком уверенной улыбкой для той, кто впервые должна была появиться при дворе Эстейн. Ее рука лежала на сгибе локтя моего мужа так естественно, словно она имела на это полное право.