Развод с драконом. Газета с сенсациями от попаданки

Глава 5

Катерина

— Благодарю, но мне твоя помощь не нужна, — слова слетели с губ слишком резко, будто это сказал кто-то другой.

Хотя почему “кто-то”? Это сказала Катрин, и меня обдало ледяным душем ненависти, которую она питает к Селине.

“Как интересно,” – мелькнула в голове отстранённая мысль, – “моё сознание раздвоилось? Или я просто слышу эхо эмоций Катрин? Или… или она всё-таки где-то здесь?”

Последнее прозвучало жутко, но я не успела сконцентрироваться на этой догадке, потому что Селина отреагировала на мой отказ.

Она замерла, словно не поверив своим ушам. Склонила голову набок, и её пухлые губы растянулись в сладкой до приторности улыбочке.

— Ах, дорогуша, — протянула она, словно нарочно растягивая это слово так, чтобы вызвать у меня максимальное отвращение. — Я же не со зла! К тому же, ты сейчас не в том положении, чтобы отказываться от любой помощи.

И, продолжая улыбаться, протянула ко мне руку, словно желая обнять.

Я – уже по своей воле – отпрянула от неё, как от ядовитой змеи.

“Неспроста она ко мне лезет!” – мелькнуло в голове, – “Она что-то задумала!”

И вдруг в памяти пронеслась яркая вереница воспоминаний Катрин, в каждом из которых фигурировала Селина.

И везде она действовала украдкой, исподтишка, словно крыса, в самый неподходящий момент высовывающаяся из норы.

То она подставляла подножку, когда Катрин, желая сделать Эридару приятное, несла ему на подносе его любимый чай с листьями-чёрной смородины. То уносила любимое платье Катрин в прачечную, а возвращала густо измазанным дёгтем и исполосованное ножницами. Невинно хлопала ресницами и заявляла: “Понятия не имею, как это случилось! Я просто отвлеклась на секунду, пока несла его, и произошло вот такое!”

То Катрин внезапно обнаруживала кучу булавок, которыми была истыкана стена за зеркалом в её спальне – явный знак того, что на неё пытались навести мощную порчу, а потом пальцы у Селины оказывались истыканными “шипами роз”, как она поясняла…

И каждый раз Селину было невозможно поймать за руку, хотя Катрин на двести процентов знала, что она виновата! И ответ был всегда один и тот же: огромные глаза, невинно хлопающие ресницы и жалобный голос, с придыханием: “Дорогуша, я желаю тебе только добра! Как ты можешь думать обо мне так плохо!”

Эридару Катрин жаловаться боялась. Во-первых, он сам повергал её в трепет, и одна только мысль показать, что ей что-то не по душе, заставляла её паниковать.

Во-вторых, у неё не было ни одного доказательства того, что всё это сделала именно Селина, а разбрасываться пустыми обвинениями – значило выставить саму себя круглой дурой и истеричкой в глазах мужа.

И всё это Селина точно просчитала.

Ну всё, змеюка! Катрин была с тобой слишком мягкой, а меня ты не обманешь. Я тебе сейчас всё выскажу!

Я набрала воздуха в грудь, и меня понесло.

— До-ро-гу-ша? — переспросила я, нарочно отчеканив это слово так, словно гвозди им забивала. — Может, хватит уже притворяться, а, Селина? Ты настолько уверовала в себя, что решила, что этот твой приторный голосок и сюсюканье способны кого-то обмануть? Так вот, учти, я знаю, что ты задумала. И сразу предупреждаю – у тебя ничего не получится!

Селина на мгновение замерла, словно не веря ушам. Улыбка сползла с её губ, превратившись в злобный оскал, а глаза расширились от неожиданности.

Она глубоко вздохнула, словно беря себя в руки, и на её лицо опять вернулась прежняя слащавая маска показной заботы.

— Ах, нет-нет, дорогуша… — умоляюще засюсюкала она, но голос её дрожал – не то от злобы, не то от растерянности, — я ведь хотела только помочь!

Ого. Кажется, я наугад ткнула в больную точку и попала прямо в цель. Селина точно что-то затеяла!

— Помочь? — рассмеялась я холодно, — Я по горло сыта твоей “помощью” в прошлом. Мне от тебя ничего не нужно! Я вижу, кто ты, и мне достаточно, чтобы понять: чем дальше от тебя, тем чище воздух.

И, выдохнув, с усмешкой припечатала:

– Дорогуша.

Кукольное личико Селины исказилось от ярости: неприкрытой и самой, что ни на есть, настоящей. Она наклонилась вперёд, и её тонкие ноздри затрепетали, словно и она пыталась обнюхать меня, чтобы понять: настоящая или фальшивая Катрин стоит перед ней.

Сердце у меня нехорошо ёкнуло. А ну, как и она тоже дракон? С неё тогда станется сожрать меня на месте и не поморщиться! Может, зря я сейчас полезла на рожон?

Но Селина никого жрать не стала, а только выдавила микроскопическую ухмылочку, обнажив острые белые зубки.

— Ты мне за это ответишь, – прошипела она, – не знаю, что с тобой стало и почему у такой тихони вдруг прорезался голос, но я сделаю так, что ты пожалеешь о своих словах! Ты уже в этом доме никто и звать тебя никак!

Ответить по достоинству я Селине не успела: выпалив это, она развернулась и убежала прочь по коридору, явно нарочито громко цокая каблучками.

В коридоре повисла напряжённая тишина. Я почувствовала, как каждая клетка моего тела трепещет от напряжения, словно я уже нанесла удар, даже не двигаясь.