Развод с драконом. Газета с сенсациями от попаданки

Глава 10

— Прошу… пожалуйста, молчите, — выдохнула я, вскинув ладонь, прежде чем дама успела издать хоть звук. — Мы не желаем вам зла! Умоляю вас, не выдавайте нас криком!

Она замерла, будто кто-то нажал на кнопку “стоп”. Ладонь в перчатке, уже приподнятая к груди, замерла в воздухе. Лишь глаза — тёмные, внимательные — метались от меня к Мартине и обратно.

Словно женщина проверяла нас на вшивость.

Мартина вжалась в угол, дрожа так, что я слышала, как клацают друг о друга её зубы. Она тихо всхлипнула — едва, почти беззвучно, но в тишине закрытой кареты этот звук прозвучал, как щелчок хлыста.

Я судорожно сглотнула. Надо что-то сказать. Спасти ситуацию. Срочно!

Попыталась говорить ровнее:

— Мы в беде. Я и моя служанка Мартина. Я сбежала от мужа, а Мартина мне помогла. Мой муж жестокий. Очень! Мне нужно лишь оказаться подальше отсюда, потому что он меня ищет. По нашим следам уже идут его стражники! Просто отвезите нас за пределы этого города, и мы вас покинем, клянусь! Умоляю, не оставьте нас с Мартиной в беде, вы наша последняя надежда!

К концу тирады я так разгорячилась, что принялась тараторить. К концу тирады запал кончился, воздух в лёгких – тоже, и я перевела дух, с удивлением обнаружив, что лицо аж горит от напряжения.

По шее проползла капля пота.

Дама не пошевелилась, но кричать не стала. Однако было видно, что она выслушала мой крик о помощи очень внимательно.

В полумраке кареты её лицо казалось расплывчатым, мягким — полноватые щёки, аккуратный подбородок, плавные линии, какие бывают у женщин, привыкших к сытости и комфорту. Но в этой округлости было что-то холодное: неподвижность, выверенная осанка, тонкие губы, сжатые в строгое, почти надменное выражение.

Меня вдруг пробил озноб. В молчании, которое хранила эта женщина, мне померещилось что-то зловещее.

А что, если она просто ждёт подходящего момента, чтобы поднять панику?!

— Она… она не врёт, госпожа, — пискнула Мартина, сжав в ладонях края своего плаща. — Она добрая… очень… пожалуйста…

Дама повернула голову и так глянула на Мартину, что та моментально осеклась.

— Довольно, — произнесла она негромко, но твёрдо. Девушка, что-то страдальчески пискнув, втянула голову в плечи и замолчала на полуслове.

Я судорожно сглотнула. Этот голос… ровный, уверенный, бесстрашный. Не такой, какого ожидаешь от женщины, в чью карету только что ворвались двое запыхавшихся беглянок!

Она явно хотела сказать ещё что-то, но не успела.

По боковой стенке кареты тяжело ударили кулаком. Удар, ещё один — карета покачнулась.

— Открывайте! — рявкнул мужской голос, и словно аккомпанируя ему, раздался звон оружия, — Немедленно! По приказу канцлера!

У меня внутри всё оборвалось. Мартина вцепилась в моё предплечье так, что её дрожь передалась мне через одежду.

– Госпожа, они… они сейчас… – задыхаясь, пролепетала она.

Я ничего не ответила. Тело одеревенело, а в голове осталась одна-единственная мысль: “Не хочу обратно к психу! Даже готова на улице ночевать, лишь бы не к нему и его любовнице!”

— Открывайте! — повторил голос, ещё более нетерпеливо. Дверь дрогнула и чуть ли не выгнулась от нового удара, – Мы разыскиваем двух опасных беглых преступниц, и у нас есть все основания думать, что вы можете их укрывать в своей карете!

Дыхание у меня перехватило. Ну всё. Сейчас женщина нас точно вышвырнет, услышав про преступниц.

Да и стражники психа так всё разнесут в щепки!

Но прежде чем я успела хоть что-то придумать, незнакомка выпрямилась резко, будто до этого только притворялась расслабленной.

На её лице впервые проступила эмоция, и это было раздражение. Она зачем-то коснулась подлокотника, словно проверив что-то, и отчеканила в ответ ледяным тоном:

— Никто не будет вам ничего открывать! А если вы и дальше будете ломать мою карету, то я получу полное право вас засудить! Вас и ваше начальство, если вы действительно те, за кого себя выдаете, в чем я сомневаюсь.

Снаружи тут же повисла тишина. Только было слышно сбивчивое хриплое дыхание нескольких человек. Они явно были ошеломлены таким отпором.

Женщина воспользовалась этой паузой мгновенно.

— Я герцогиня Элоиза Вальде, — произнесла она так надменно, что меня окатило холодным потом, а Мартина молча съёжилась, окунув голову в плечи. — не сомневаюсь, вам известно это имя. Должна сказать, я крайне оскорблена тем, что вы посмели заподозрить меня в укрывательстве преступников!

Она мельком глянула на меня. Моё сердце пропустило удар.

Герцогиня прищурилась и ядовито добавила:

– Кроме того, я имею право не пускать к себе в карету каких-то проходимцев, которые выламывают двери!

– Мы подчинённые самого канцлера Д’Архайра! – вякнул второй мужской голос, но уже не так уверено, – И вы обязаны…

– Я вам не верю, – хмыкнула Вальде, – вы не похожи на тех, кого канцлер нанял бы, ни манерами, ни повадками. Немедленно уйдите вон, иначе я вызову настоящих стражников!