Развод с драконом. Газета с сенсациями от попаданки

Глава 13

Мои колени подкосились, и я села на край кресла, не в силах удержать равновесие. Сердце стучало так, что казалось, вот-вот выскочит из груди.

– Подождите… — выдохнула я. — Как это может быть?

Мне совершенно не верилось в то, что она сказала. Нет. Ну нет же! Таких совпадений просто не бывает. Не может быть!

Элоиза вздохнула. Кажется, она чувствовала моё недоверие.

– Понимаю, это звучит бредово и неожиданно… – мягко начала она.

– Ещё как!

– Но! – повысила голос женщина, давая мне понять, что хочет договорить, – Я и сама не до конца в этом уверена. Давай-ка проверим.

– Вы хотите сказать, что есть несколько миров, откуда сюда попадают люди? – не унималась я. Сердце бешено колотилось, а шум в ушах мешал ясно соображать.

– Я просто хочу проверить! – ледяным тоном гаркнула Элоиза, и это меня отрезвило. Я перевела дух и медленно выдохнула, успокаиваясь.

– Итак, – сказала женщина и наставила на меня палец. Я сглотнула и невольно попятилась, – отвечай, только честно! Как тебя зовут в твоём мире?

– Катя… в смысле, Морозова Катерина Сергеевна, – поправилась я, невольно отметив то, как лихо она перешла на “ты”. Но перечить ей я побаивалась.

– Кем была в том мире?

– Почему была? – обиделась я, – Я, вообще-то, хочу туда вернуться и продолжить жить свою жизнь! Или… погодите, вы хотите сказать, что это невозможно?

Элоиза ничего не ответила, только неопеделённо подвигала бровями. Мне это не понравилось, и я решила так эту тему не оставлять. Задам ей вопрос чуть попозже, а то сейчас могу и разозлить её, и тогда она вышвырнет нас с Мартиной на улицу. Или вообще сдаст стражникам Эридара за милую душу!

– Так кем? – продолжила наседать на меня женщина.

– Редактором районной газеты, – пробурчала я, – почти тридцать лет на одном месте отпахала. Начинала корреспондентом и докарабкалась до самого верха. Потом на пенсию ушла. Муж у меня в той же газете работал, правда, как был корреспондентом, так и остался. Неамбициозный он у меня.

При воспоминании о муже на глаза невольно навернулись слёзы, и я незаметно смахнула их. Надо же, столько времени прошло, а прошлое до сих пор болит…

– У тебя был муж, что с ним произошло? – резко отреагировала Элоиза, – Умер?

Я глубоко вздохнула, чтобы успокоиться.

– Нет. Он потребовал развод и ушёл. Я… – тут мой голос сорвался окончательно и горло перехватило, – дело в том, что я не могу иметь детей. В детстве перенесла одну операцию, попала к не очень хорошему врачу, и в общем… в общем, я не хочу об этом говорить.

И, хрипло выдохнув, потрясённо взглянула на Элоизу. Внезапная лёгкость, с которой я открылась ей и выложила свою самую болезненную тайну, шокировала меня до глубины души.

На лице женщины отразилось сочувствие. Её глаза потемнели, и она молча положила ладонь на моё плечо. Всего лишь на миг, но от её прикосновение внутри разлилось тепло.

Я почувствовала, что она сочувствует мне, и от этого на душе стало легче.

– Всё пройдёт, – сказала она глухим, будто бы чужим, голосом, – всё выправится. Вот увидишь. Год.

– Что? – моргнула я, недоумевая от такого резкого перехода.

– Из какого ты года? Заметь, меня не интересует страна или город, а вот год – очень даже.

– Две тысячи двадцать пятый, – пожала я плечами, – а ты?

Приоткрыв Элоизе душу, я осмелела и тоже перешла на “ты”. После этого мне показалось, что у нас есть что-то общее, и даже если мы окажемся из разных миров, могли бы вполне стать… ну ладно, если не подругами, то хотя бы приятельницами.

Она же и наши с Мартиной жизни спасать взялась. А это тоже многого стоит.

Вот только реакция Элоизы меня потрясла. Она побледнела и вытаращилась на меня так, словно я прибыла не из две тысячи, а, как минимум, из пяти тысяч двадцать пятого.

Или её моя фамильярность так поразила?

– Надо же… – пробормотала она, – интересно…

– Что такое? – напряглась я.

Элоиза уставилась на меня и невесело усмехнулась.

– А то, что я очень хорошо запомнила дату, когда попала сюда. Второе апреля тысяча девятьсот одиннадцатого. Мне тогда шестнадцать стукнуло. Вот так-то. Когда-нибудь расскажу тебе свою историю того, как я сюда угодила. Кстати, на самом деле меня зовут Елизавета Смирнова. Павловна по батюшке, если тебе интересно.

Теперь уже у меня глаза выкатились на лоб. Сами по себе. И челюсть ещё отпала.

– То есть тебе больше ста лет? – брякнула я и тут же испуганно добавила, ошалев от собственной беспардонности, – Ой, прости… выглядишь ты просто замечательно!

Элоиза отмахнулась, пустяки, мол.

– Мне пятьдесят один, – сообщила она таким бесстрастным тоном, словно была торговкой и я спросила у неё про цену на капусту.

– Ого! – вырвалось у меня. В льющемся из окон утреннем свете она показалась намного моложе, чем в неверном полумраке кареты, – Как такое возможно?