Развод с драконом. Газета с сенсациями от попаданки

Глава 16

Если местный народ так любит печатное слово, как уверяет Элоиза, и так охоч до сплетен, то я с радостью предоставлю им всё это!

И сплетни будут не пустопорожние, а самые настоящие, основанные на фактах.

Я с удовольствием расскажу и о не самом чистом моральном облике советника, и о его похождениях по секретаршам (что-то мне подсказывает, что Селина Карлайл – далеко не первая его любовница. А даже если и первая, из самого факта её наличия можно такую историю раздуть, закачаешься!)

Я аж заёрзала на стуле, почувствовав небывалый прилив азарта.

А если советник попытается как-то меня остановить, то я заранее заручусь поддержкой Элоизы и через неё – её мужа. Надеюсь, она мне не откажет…

И надо заранее узнать, как тут обстоят дела с иерархией в высших инстанциях. И со свободой слова. А то я сейчас раскатаю губу, а потом придётся болезненно закатывать обратно, если выяснится, что всё паршиво.

– В общем, – подытожила Элоиза, пока не подозревающая о моих мыслях, – Вот зачем мне газета. И вот почему мне нужен человек, который понимает силу слова.

– Но получается, что сейчас она тебе уже не так сильно-то и нужна, – вдруг сообразила я, – Жаннетт нейтрализована, всё на мази. Или нет?

– Так-то оно так, – согласилась Вальде, – вот только нужно всегда быть начеку и держать руку на пульсе общественной жизни. Вдруг у меня вновь появится какой-то интерес, где будет нужна газета? Сейчас сложно сказать наверняка, но привести редакцию в порядок я хочу.

Элоиза что-то недоговаривала. Я это затылком чуяла. Было у моего затылка такое свойство – его сводило, когда в воздухе веяло опасностью.

Ладно, если вдруг на горизонте забрезжит что-то нехорошее, я мигом нажму на тормоза и попрошу расчёт. К этому моменту подкоплю денег, чтобы мы с Мартиной смогли уйти по-тихому.

Служанку Катрины я не собиралась бросать на произвол судьбы. Она мне здорово помогла, так что я должна отплатить ей тем же!

– Итак, – Элоиза испытующе уставилась на меня, – ты согласна взять на себя управление газетой и занять пост главного редактора?

Я снова быстро прикинула в уме возможные перспективы и оценила опасности. Глубоко вздохнула и кивнула:

– Согласна!

Ну, а если так посмотреть, то какой у меня сейчас выбор-то?

***

Элоиза времени терять не стала и на следующий день повела меня в редакцию.

Здание встретило нас облупленной дверью и узким коридором, в котором сразу ударил в нос стойкий запах дешёвого алкоголя. Он словно въелся в стены и половицы.

Я тут же поморщилась. Это не укрылось от Элоизы, и она раздражённо фыркнула:

– Не зря говорят, что дом быстро пропитывается запахом хозяина, правда?

Я молча кивнула, изо всех сил зажимая нос. Не стесняясь, решительно распахнула ближайшее окно с мутным стеклом, засиженным мухами. Свежий воздух, вихрем ворвавшийся в коридор, немного разогнал вонь, но я уже на этом этапе поняла, что нужно будет прямо капитально всё распахивать и выветривать.

Сама редакция располагалась в крошечном и откровенно убогом помещении, куда вела дверь в конце коридора. Потолок в трещинах, выцветшие стены, местами ободранные до штукатурки, старые столы, пережившие явно не одно десятилетие. Всё выглядело так, будто здесь давно махнули рукой и на порядок, и на внешний вид.

Я недоумённо огляделась. Совсем не так я представляла себе редакцию газеты под руководством Элоизы!

Народу было немного.

У входа, за покосившимся столом, сидела секретарша — пожилая женщина с аккуратно забинтованной рукой. Она подняла на нас спокойный, но усталый взгляд и поднялась.

– Госпожа Вальде! Рада вас видеть.

— Взаимно, – улыбнулась Элоиза и пояснила мне, – это госпожа Сюзанна Милей. Секретарь редактора.

Милей! Ну конечно же! Я могла бы и сама догадаться по забинтованной руке. Неужели рана ещё не зажила? Это ж с какой силой Жаннетт её тяпнула?

– Очень приятно, – вежливо сказала я, – я Катерина… в смысле, Катрин…

– Катрин Вальде! – громко сказала Элоиза, предупреждающе зыркнув на меня, – моя родственница. Она тоже будет тут работать.

Сюзанна Милей настороженно уставилась на меня и робко, как мне показалось, пожала мою руку. Ладонь у неё была мягкая и тёплая.

В глубине комнаты находились двое: мужчина и женщина неопределённого возраста. Стоило нам с Элоизой появиться на пороге, как они заинтересованно подняли головы, но, перехватив мой взгляд, вновь уткнулись в какие-то бумаги.

От меня не укрылся их помятый вид и красные – явно от недосыпа – глаза.

— А главный редактор? — резко спросила Элоиза.

Сюзанна только вздохнула и кивнула на дверь в противоположной стене. На ней висела кривая табличка: “Янык Борзе, гл. ред.”

Ну и имечко…

Словно услышав меня, незнакомый мужской голос хрипло проревел из-за двери:

— Кто там ещё приполз?! Я сказал, меня сегодня нет! Милей! Овца тупая! Неужели так сложно было запомнить?!