Развод с драконом. Газета с сенсациями от попаданки

Глава 17

Элоиза даже не вздрогнула. Она только красноречиво посмотрела на меня, мол, я же тебе рассказывала о главном редакторе, так что сейчас будешь лицезреть его вживую.

— Янык Борзе, — произнесла она ровно, но так, что воздух в комнате будто заледенел, — немедленно выйдите. Сейчас же.

За дверью повисла короткая пауза, а затем раздался глухой смешок.

— А ты кто такая, чтобы мне приказывать? — хрипло огрызнулся голос. — Я тут, между прочим, главный редак…

– Я уверена, что имя Элоизы Вальде тебе что-нибудь, да скажет! – перебила его Элоиза, на чьём лице не дрогнул и мускул.

От меня не укрылось, как мужчина и женщина с покрасневшими глазами побросали свои бумаги и жадно подались вперёд, со жгучим любопытством следя за происходящим. Даже робкая Милей вытянула шею, наблюдая.

— Так что ты либо выходишь добровольно, — спокойно продолжила Вальде, — либо я вызываю стражу. Они уже наготове. И тогда разговор пойдёт не только о твоём свинском поведении, но и о пропавших средствах редакции! Напомни-ка, что случилось с пятьюдесятью тысячами серебряных монет, которые были выделены на реконструкцию здания?

– Что?! – хрипло прорычал голос, и я услышала какие-то постукивания, – Ты смеешь обвинять меня? Меня?! Врёшь ты всё, никакая ты не Элоиза… и я сейчас тебе покажу…

Дверь распахнулась с такой силой, что едва не ударилась о стену.

На пороге появился покачивающийся мужчина в неопрятном сером костюме и всклокоченными седеющими волосами. Помятый, небритый, с мутным взглядом и стойким амбре перегара, которое стало почти осязаемым. Он явно собирался продолжить скандал — рот уже открылся, плечи подались вперёд.

Я дёрнулась, чтобы защитить Элоизу – испугалась, что этот маргинал действительно кинется на неё. С него станется, похоже, выпивка совсем его с ума свела! Однако Вальде сделала повелительный жест, остановив меня.

– Всё будет хорошо, – усмехнулась она, – не бойся и наблюдай.

Она сделала шаг вперёд и посмотрела Яныку прямо в глаза.

Тишина стала вязкой. Слышалось только испуганное сопение Милей и нерешительные покашливания двух других сотрудников редакции.

Янык дёрнулся, будто хотел что-то выкрикнуть, но вместо этого его взгляд вдруг заметался, а сам он сник. Плечи опустились, голос сорвался на злой шёпот:

— Госпожа Вальде… простите дурака старого, сразу-то не признал… только вы это, погорячились насчёт серебра, я ничего и знать не знаю…

– А вот об этом мы сейчас и поговорим! – отрезала Элоиза и обернулась ко мне:

– Пожалуйста, дорогая Катрин, подождите меня тут. Я хочу поговорить с господином Борзе наедине.

Услышав своё имя, Янык тут же побледнел, но ничего не ответил. Только кадык нервно дёрнулся на его тощей шее.

Он беспрекословно отступил в сторону, пропуская Элоизу в кабинет. Когда та, величаво кивнув ему, зашла, он юркнул следом, громко хлопнув дверью.

Я медленно выдохнула.

Похоже, знакомство с газетой обещало быть… запоминающимся.

– П-простите, – вдруг донёсся до меня робкий женский голос, – это правда? Вы будете у нас новым главным редактором?

Я повернулась на звук. На меня выжидательно смотрела женщина с покрасневшими глазами, а её коллега тоже явно навострил уши.

– Буду, – кивнула я, – а вы?..

Женщина тут же сделала шаг вперёд, словно боялась, что я передумаю.

— Простите, — торопливо сказала она, — я не представилась. Меня зовут Аделина Фрош. Я журналист. А это мой брат Рихард, он тоже журналист, — она кивнула в сторону мужчины. Тот торопливо поклонился мне, — Мы здесь с самого начала, ещё до того, как… — она замялась и выразительно посмотрела на дверь кабинета, — всё покатилось под откос.

Рихард коротко наклонил голову.

— Мы думали, нас просто разгонят, — сказал он ровно, но в голосе слышалась усталость. — Газета давно никому не нужна в таком виде. Материалы не выходят, долги растут, а Янык… — Рихард сжал губы. — Он появлялся пьяным, рвал тексты, кричал, что мы бездари, а потом требовал, чтобы мы всё бросали и писали хвалебные заметки о его дружках из трактиров.

Я невольно фыркнула. Вот это да! Хвалебные оды местным забулдыгам? Впервые о таком слышу. Это ж до каких чертей надо было упиться?

А вообще, интересно, что из себя представляли эти заметки. Надо будет поднять архив и глянуть!

И тут, словно подслушав мои мысли, из кабинета Яныка донеслась гневная перебранка. Борзе что-то горячо доказывал, хотя из-за толстой двери было непонятно, что именно. В ответ слышался убийственно спокойный голос Элоизы.

Её фраз я тоже не разобрала, только различила отдельные слова: “растрата”, “вино” и почему-то “овцы”.

Тряхнула головой, выдернув себя из невольного подслушивания, и переключилась на Аделину и Рихарда. Тем более, что в тираде женщины меня кое-что смутило.

– Очень приятно, – улыбнулась я обоим, – но погодите, госпожа Вальде сказала, что в газете публиковалась целая серия заметок и статей о… светской хронике.